Сфинкс. Рассказы

Я ждал ее; но хрупкий дух крепко держался за свою бренную оболочку в течение многих дней, недель и томительных месяцев, так что мои измученные нервы взяли верх над духом, и отсрочка стала бесить меня, и полный адской злобы я проклинал дни и часы и горькие минуты, которые, казалось, все удлинялись по мере того, как нежная жизнь угасала подобно теням умирающего дня.

Бывают мгновения, когда мир нашего скорбного человека, даже для трезвого ока рассудка, может принимать всю видимость ада; но воображение человека не Каратида, чтобы исследовать безнаказанно каждую пещеру. Увы! угрюмый легион гробовых ужасов не может быть рассматриваем как совершенная выдумка; но как демоны, в сообществе которых Афрасиаб свершил свое странствие вниз по Оксусу, они должны спать, или они пожрут нас - нужно дать им быть в дремоте, или мы погибли.

"... день за днем я находил в дочери новые черты сходства с матерью, скорбной и мертвой."

В глубокомыслии легко перемудрить.

"Умереть смеясь — вот славнейшая смерть."

Да это сама жизнь, -- быстро обернулся, чтобы взглянуть на свою возлюбленную, -- она была мертва!

... в их потаённом смысле мне впервые приоткрылось, как ясно понимает Ашер, что высокий трон его разума шаток и непрочен.

... и всё с большей горечью понимал я, сколь напрасны всякие попытки развеселить это сердце, словно наделённое врождённым даром изливать на окружающий мир, как материальный, так и духовный, поток беспросветной скорби.

Падение Дома Ашеров

Если бы наш образ жизни в этой обители стал известен миру, нас сочли бы маньяками, хоть и безобидными маньяками.