Ребёнок Розмари

«Как здорово, - думала Розмари. - Все люди счастливы в тот самый день, когда счастлива я сама».

Где бы мы не находились, мысленно мы каждую минуту будем с вами.

Как же это получилось, что ты единственная нормальная в семье чокнутых?

- Каждый, кому требуется более одного чемодана, - заявил Роман, - не путешественник, а презренный турист.

– Вот из-за чего мне так хотелось получить эту квартиру, – сказала она. – Чтобы сидеть у камина и смотреть, как падает снег.

Хьюг с любопытством посмотрел на нее.

– Ты, наверное, до сих пор еще читаешь Диккенса?

– Конечно. Все читают Диккенса.

"Нет войне", – говорил он. Неужели эти слова не дойдут далее до самых твердолобых политиков?

– Если человек берет с собой больше одного чемодана, – весело сказал он, запирая дверь на оба замка, – то он обыкновенный турист, а никакой не путешественник.

Если раньше боль жила в ней, то теперь она сама начала жить внутри этой боли: боль для неё стала всем тем, что постоянно окружает человека, — целым миром и временем.

Кино должно воздействовать на вас так, чтобы вы забыли, что сидите в кинотеатре...
Роман Полански
---------------------------

- Тот, кому требуется больше одного чемодана, - не путешественник, а турист.
-------------------------------

«я – та самая дамочка, которая поставляет тебе молоко. Наверное, ты думал, что молоко получают из бутылок? Нет, его получают из мам, а я-твоя мама"

Теперь вокруг Розмари появилось множество новых опасностей: пожары, падающие предметы, потерявшие управление автомобили… То, что раньше не представляло для нее особой угрозы, отныне приобрело совсем другое значение, потому что уже начал жить Эндрю-или-Сюзан.

Если бы они не были женаты, она бы уже сто раз успела забеременеть!

— Ну, он всё-таки Папа, — смутилась Розмари. — Я всегда его уважала и сейчас уважаю, хотя давно уже не считаю святым.
— Если ты не считаешь его святым, — сказал мистер Кастивет, — то не следует его и уважать, потому что он обманывает людей, заявляя о своей святости.

– Просто ужасно! Ты похудела Бог знает на сколько, а под глазами такие круги, что даже бамбуковый медведь позавидует. Ты случайно не сидишь на какой-нибудь дзен-буддмстской диете?

Розмари обнаружила, что соль – даже несколько крупинок – делает для нее пищу совершенно несъедобной.

– Это вполне нормально, – успокоил доктор Сапирштейн, когда она пришла к нему во второй раз. – Как только организм потребует, все это прекратится. Ну, а, пока, значит, никакая соль вам не нужна. Доверяйте своему организму во всем. И отвращениям, и новым потребностям.

А пирог? - перебила его Розмари. - Как только ты смог съесть целых два куска? Он был ж у т к и й!

• Милая, это был акт свехчеловеческого мужества и самопожертвования. Я сказал себе: "Черт побери, наверное, никто никогда не просил добавки у этой старой летучей мыши". И я попросил! - он сделал величественный жест рукой. -В моей душе иногда возникают благородные порывы.