Собрание сочинений, том 1

Лучше бы они землю пахали у себя на родине или дороги бы прокладывали! Так вот нет же, сударыня, от военных никто проку не видит! И зачем это горемычный народ кормит их, раз они только тому и учатся, как людей убивать?

...как дети полей, близкие к природе, они подчинялись тому жестокому инстинкту, который заставляет кур на птичьем дворе приканчивать раненую птицу.

Что было бы, если бы она не потеряла ожерелье? Кто знает, кто знает... Как изменчива и капризна жизнь! Как мало нужно для того, чтобы спасти или погубить человека.

–Объясните мне, пожалуйста, – сказал я старому танцовщику, – что такое менуэт?
Он вздрогнул.
–Менуэт, сударь, –это король танцев и танец королей. С тех пор как не стало королей, не стало и менуэта...

Быть может, Бог создал такие ночи, чтобы покровом неземной чистоты облечь любовь человеческую.

Он был убежден, что Бог создал женщину лишь для искушения, для испытания мужчины. Приближаться к ней следовало осторожно и опасливо, точнее к западне. Да и в самом деле она подобна западне, ибо руки ее простерты для объятья, а губы отверсты для поцелуя.

Однако подорванную репутацию так трудно восстановить, и она так непрочна, что, несмотря на всю суровую сдержанность Бланшотты, в селе уже начались пересуды.

Что ни говорите, сударь, бедняки должны помогать друг другу… Войну-то ведь затевают богачи.

...испорченную репутацию восстановить трудно, а запятнать еще больше ничего не стоит...

– Вот почему жалко, что жизнь ушла. Но ведь вы, нынешние мужчины, о любви не думаете. Вы теперь биржевики, коммерсанты, дельцы. Вы даже разучились разговаривать с нами. Я говорю «с нами», но имею в виду, конечно, молодых женщин. Любовь превратилась теперь просто в связь и нередко начинается со счета портнихи, которой женщине надо скрыть. Если вы найдете, что женщина не стоит таких денег, то отступайте; если же найдете, что стоит больше, оплатите счет. Хороши нравы! Хороша любовь!