Избранное

О ЭТИ

опустошенные, темные дни, когда природа в своем бесплодии подобна глупости человека.

Год погружается в ночь, а сердце еще глубже в пустынное

продуваемое ветром пространство без солнца, звезд и луны, и только странный свет, словно мысль,

вспыхивает — и начинает кружиться, пока наконец не разгорится на лютом холоде

и не заставит человека понять, что он ничего не знает, даже одиночества — Перед нами

не призрак — а пустота, отчаянье — (Они скулят и свистят) среди

вспышек и гула войны; дома, в которых холод сильнее, чем можно себе представить.

Люди, любимые нами, ушли, кровати пусты, белье отсырело, стулья никому не нужны —

Спрячь это куда-нибудь подальше от памяти, пусть это укоренится и растет вдали

от ревнивых ушей и глаз — само по себе. Эти залежи когда-нибудь будут раскопаны. Неужели это поворот по спирали

к сладчайшей музыке, источнику поэзии? Поэзия смотрит на молчащие часы и говорит: «Часы остановились,

а еще вчера они шли так хорошо» И слушает плеск озера, ставшего камнем.