
Анархия
kinyokushugisha
- 59 книг
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Самое жуткое в "обществе спектакля" - что все патетические проклятия адресуются безликим силам: буржуазии, бюрократии и т.д. Получается, что одна безликая сила должна сменить другую (пролетариат буржуазию). Не знаю, что таким образом можно преодолеть: роли поменяются, а представление продолжится. Эти бравые ребята кричат, что нужна тотальная критика всех существующих партий и союзов (на с. 57 у них зубные щетки смеются над политическими партиями: мол, все они солидарны с существующей идеологией). Критикуют они метко и остроумно (о мемы ручной работы!), только сами ситуационисты действовали через студенческий профсоюз и объединения, которыми возмущались. Чем они так кардинально отличаются?
Первые главы, где кидаются камешки в огород студента и университетской системы в целом, прекрасны. Пятьдесят лет прошло, а всё прям про мою студенческую жизнь. В их критике нет очарованности студенческой тусой, наоборот, очень грамотно спускают с небес на землю умненького студентика, мечтающего перевернуть мир. Но вывод, что студенчество должно соединиться с пролетариатом, свергнуть всех и учинить мировую революцию - неожиданен. Ну нет, понятно, что где цитатки Маркса, там и... все вытекающие. Но. При чём кучка продвинутых ребят, которые не хотят быть офисным планктоном? Впечатление, что первая часть логически не связана со второй. Задумались студенты о своей жизни - и айда всё крушить.
Ответ издателя Лебовичи (даже если это не он писал) очень по делу. Впрочем, письма, которыми разразились в ответ ситуационисты, тоже порадовали. Когда умные люди наезжают друг на друга и никого не агитируют - это самый предметный спор.

То, что в "Обществе спектакля" выгравировано в лучших словах на лучших местах, здесь свалено в кучу и разбавлено слишком очевидным снобизмом. Другой общей чертой является то, что понятные по вещи здесь разжевываются для какой-то мнимой аудитории, а ей, скорей всего, плевать.
Юные друзья с синдромом "левизны" и более менее почитавшие анархистов и коммунистов вряд ли найдут здесь что-нибудь, сейчас же не конец 60ых.

Студент игнорирует то, что университеты превратились в коллективные организации невежества, что «высокая культура» рушится в ритме серийного производства профессоров, все эти профессора — идиоты, которых освистали бы в любой средней школе. Наоборот, студент продолжает почтительно внимать своим наставникам, сознательно и добровольно подавляет критический дух во имя наилучшего единения с мистической иллюзией бытия «студентом» (действительно посвятившим себя изучению «серьезных вещей»), в надежде на то, что профессора сообщать ему высшие истины. Подлинный климакс духа! Всё, что сейчас происходит в аудиториях школ и факультетов, будет осуждено революционным обществом как социально вредный шум. Современный студент воистину смешон.

Разрыв между теорией и практикой был скалой, о которую разбилось старое революционное движение. Лишь самые яркие моменты пролетарской борьбы смогли преодолеть этот разрыв и обрести свою истину. Ни одной из организаций до сих пор не удалось добиться этого. Идеология, какой бы «революционной» она ни была, всегда служит господам и является сигналом тревоги, указывающим на замаскированного врага. Поэтому критика идеологии должна в итоге стать главной задачей революционной организации. Мир отчуждения производит ложь, и она не должна появляться внутри организации, претендующей на общественную правду, иначе эта организация превращается в ещё одну ложь этого тотально лживого мира.

Главная задача студента заключается в поддержании культурного статуса.
Студент полагает, что Le Monde, стиль которой малопонятен для него, — действительно объективная газета.
Студент — такой же продукт современного общества, как Годар и кока-кола.













