Сегодня, мама!

– Оживитель! – заорал я. – Он еще включен! Стас, доставай!
Он уже и сам понял. Вытянул из кармана пульт, поглядел на переключатель и горестно закричал:
– Включен! Неменхотеп неуязвим!
– Так выключайте, чтобы уязвимым стал! – крикнул нам папа, отбегая обратно к экспозиции японского оружия. Ему предстоял ещё один бой. Но, между прочим, по его же вине: кто просил папу щёлкать переключателем? А если бы у нас в карманах лежали портативные атомные бомбы? Никогда нельзя ничем щёлкать и нажимать на кнопки, если не знаешь, какой получишь результат!

– Стоять! – заорал один из них, поднимая лапу с оружием.
– Я и так не шевелюсь, – резонно ответил Кубатай.
Сфинксы посовещались и крикнули:
– Ты кто такой?
– Я метеозонд, – спокойно сообщил Кубатай. – Температура воздуха – сто двадцать градусов выше нуля, ветер южный. Продолжаю полёт.
– А ты не земной диверсант Кубатай? – подозрительно спросил сфинкс с пистолетом.
– Я метеозонд, а вовсе не Кубатай! – твёрдо стоял на своём генерал-сержант. Сфинксы заколебались.
– Если он Кубатай, то он врёт. Люди умеют, – сказал один.
– А если метеозонд, то говорит правду, – заявил другой.

Папа у нас тоже не сумасшедший. Честное слово. Он археолог, так же как и мама. Просто папа верит в палеоконтакт. Знаете, что это такое? Те, кто верит в палеоконтакт, думают, что на Землю прилетали инопланетяне. Только не сейчас, а давным-давно, ещё в первобытные времена. Так что если покопаться хорошенько в древних развалинах или просто в земле, то можно найти скелет инопланетянина, его любимый бластер или даже целый космический корабль. И это вовсе не для того, чтобы прославиться. Просто папа считает, что когда имеешь перед собой такую интересную задачу, то жить веселее и интереснее. Я с этим согласен. Жить веселее. Особенно окружающим.