Унесенные ветром. Том 2

И, увы, не нашлось человека, который помог бы Скарлетт понять, что все, заложенное в ней от природы, даже ее беспощадная жизненная хватка, куда привлекательнее, чем любая личина, которую она сумеет на себя нацепить. Впрочем, хотя ей и было бы приятно это услышать, она бы все равно не поверила. Да и весь тот мир, плотью от плоти которого она была, тоже не принял бы такого воззрения, ибо простота и непосредственность в женщине никогда не имели большой цены в глазах этих людей.

— Не чертыхайтесь.
— Придётся вам к этому привыкать и самой начать чертыхаться. Придётся вам мириться и с моими дурными привычками. Это часть платы за то ... что я вам нравлюсь и что мои денежки попадут в ваши прелестные лапки.

Странно, что именно он предстал перед ней в таком свете, — непостоянный, как ртуть, и порочный, как дьявол из преисподней. Но он сочувствовал ей, а как раз этого ей и не доставало, хотя меньше всего она рассчитывала встретить сочувствие у него.

Реконструкции отняли у неё теплоту души, и юность, и мягкость. Душа её затвердела и словно покрылась корой, которая постепенно, из месяца в месяц, слой за слоём всё утолщалась.

Вечно они говорят на разных языках. Но она так его любила, что, когда он замыкался в себе, как сейчас, ей казалось, будто тёплое солнце ушло с небосклона и она осталась в холодном сыром полумраке.

Этому идиоту, не нужна ваша душа, мне же не нужно ваше тело.

Как отвратительны люди, когда говорят о непонятном!

Корыстолюбив? О нет - просто дальновиден. Впрочем, может быть, это почти одно и тоже