Вся la vie

Я общаюсь с компьютером, почти как с мужем. Когда он выплевывает какую-нибудь табличку, я прошу его объяснить нормальным языком, что именно он имеет в виду. Разница в том, что с компьютером я общаюсь чаще, чем с супругом. И еще в том, что компьютер в отличии от мужа не признает во мне хозяйку. Во всяком случае, ломается он всегда на мне. Я ему вызываю доктора из "Скорой компьютерной помощи".

...Иллюзии бывают разные. Один знакомый- поляк- рассказал, что пьет только растворимый кофе. Только тот, который продается в продуктовом магазине рядом с его домом в Варшаве. Здесь, в Москве, нет такой марки. Он привозит пачку из Варшавы, пьет в Москве, и ему кажется, что он дома.

Братья только тому и рады были- участок с домом натрое не делился. И с тех пор сестру не видели и не слышали. Собственно, и друг друга они не видели и не слышали- за высоким забором, располосовавшим дом. Там была видна тропинка - никак не хотела зарасти травой. Она упиралась в забор. Идешь, идешь и утыкаешься в частокол. Абсолютно реальное ощущение конца.

Так вот, мама пришла к Юрке за новым паспортом. Коньяк принесла. Юрка лично сбегал за шоколадкой. Потом еще раз сбегал за еще одной бутылкой. Потом позвонил жене и сказал, что задерживается на совещании. В кабинет заглядывали подчиненные Юрия Ивановича и тут же закрывали дверь- злой начальник улыбался и даже хохотал.

... Мы поехали за продуктами, и мама пропала. Я бегала между рядами рынка, пока не нашла ее около прилавка с крысами и птицами. Мама выбирала между морской свинкой и канарейкой. Склонялась к свинке, потому что она молчала, а птица голосила дуриной.

Я не блондинка. Брюнетка. Но женщина за рулем- по определению блондинка.

Я с детства знала - "чем меньше родственников, тем лучше". И то, что "правда никому не нужна".

Любовь губит бытовуха. И игра в одни ворота.

"Есть два повода для слез - когда болеет ребенок и когда умирает мать."