Цитаты из книги Собачье сердце

То-есть он говорил? – спросил Филипп Филиппович, – это ещё не значит быть человеком.

- Наука еще не знает способов обращать зверей в людей. Вот я попробовал, да только неудачно, как видите. Поговорил и начал обращаться в первобытное состояние. Атавизм!

- Как же, позвольте? Он же служил в очистке...

- Я его туда не назначал, - ответил Филипп Филиппович

«Нет, куда уж, ни на какую волю отсюда не уйдешь, зачем лгать, - тосковал пес, сопя носом, - привык.

Я, барский пес, интеллигентное существо, отведал лучшей жизни. Да и что такое воля? Так, дым, мираж, фикция.  Бред этих злосчастных демократов...».

Позволяете себе с развязностью совершенно невыносимой подавать какие-то советы космического масштаба и космической же глупости о том, как все поделить, и вы в то же время наглотались зубного порошку!

- Да она меня по морде хлопнула! - взвизгнул Шариков, - у меня не казенная морда!

глаза значительная вещь. Вроде барометра. Всё видно у кого великая сушь в душе, кто ни за что, ни про что может ткнуть носком сапога в рёбра, а кто сам всякого боится. Вот последнего холуя именно и приятно бывает тяпнуть за лодыжку. Боишься — получай. Раз боишься — значит стоишь…

М ы ш л а е в с к и й. Нужны вы там, как пушке третье колесо! Куда ни приедете, в харю наплюют от Сингапура до Парижа. Я не поеду, буду здесь, в России. И будь с ней что будет!.. Ну и кончено, довольно, я закрываю собрание.

Вы понимаете, как может ненавидеть человек, который знает, что ничего не выйдет, и который должен делать?

— Во-первых, мы не господа, — молвил наконец самый юный из четверых — персикового вида.
— Во-первых, — перебил и его Филипп Филиппович, — вы мужчина или женщина?

— Зина, я купил этому прохвосту краковской колбасы. Потрудись накормить его.
— Краковской! Краковскую я лучше сама съем.
— Только попробуй! Я тебе съем! Это отрава для человеческого желудка. Взрослая девушка, а, как ребенок, тащишь в рот всякую гадость.

Я хочу опять на Караванную, я хочу опять увидеть снег! Я хочу все забыть, как будто ничего не было!

Одно мне не понятно. Ты. Как отделился ты от длинной цепи лун и фонарей? Ведь ты был не один. О нет, вас было много... Да. Итак все это я сделал напрасно. А потом что было? Просто - мгла, и мы ушли. Но ты, ловец! В какую даль проник за мной, и вот поймал, прймал меня в мешок! Не мучь более меня, пойми, что я решился, клянусь.

Человек с собачьим сердцем. - О нет, о нет, - протяжно ответил Филипп Филиппович, - вы, доктор, делаете крупнейшую ошибку, ради бога, не клевещите на пса.

Статистика - жестокая вещь

- Вы анархист-индивидуалист? - спросил Швондер, высоко поднимая брови. - Мне белый билет полагается, - ответил Шариков на это.

Крысик мой, жабочка, кто тебя обидел?

Что ты, папаша! Неужели в каком-нибудь из парижских банков выдадут по чеку десять тысяч долларов человеку, который явился в подштанниках. Нет, папа, спасибо.

Ай-ай-ай-ай-ай! Моя жизнь мне снится.

Запомните: человек, живущий в Париже, должен знать, что русский язык годится только для того, чтобы выкрикивать на нём разрушительные социальные лозунги и ругаться скверными непечатными словами. Ни то, ни другое в Париже не принято!