Цитаты из книги Unwholly

«От слов больно не бывает»?! Да это самая страшная ложь, которую внушают детям взрослые в этом мире! От слов куда больнее, чем от любой физической раны.

Гнев наш друг только тогда, когда мы знаем, какой у него калибр и куда им выстрелить.

Ты видишь только свои неудачи, но я-то вижу другое. Нет, я понимаю, когда тебе больно, легко обвинить себя в том, что ты ничтожество и ни на что не пригоден, но жизнь, Коннор — это сплошные испытания на прочность, и все мы вынуждены через них пройти. Ценность человека определяется не тем, сколько страданий ему выпадает во время испытаний, а тем, каким он из них выходит.

Всё на свете происходит с какой-то целью — или вообще без всякой цели. Либо твоя жизнь — это нить в блистательном и прекрасном гобелене бытия, либо человечество — это безнадёжно запутанный клубок.

Может быть, не сразу, но если одно и то же твердить сто раз, то даже самые безумные идеи начинают восприниматься как вполне здравые.

- Для того, кто большую часть своей жизни прожил в приюте, одиночество - это роскошь.

[...] всё возможно, если у тебя достаточно воли, чтобы совершить немыслимое.

Людям свойственно делать глупости [...].

- Ты не любишь её, правда?

• Кто, я? Да что ты, я её просто обожаю. Злобные суки и подлые интриганки - это мой любимый тип людей.

Первое правило в любом соревновании: никогда не принимай вызов, если знаешь, что продуешь.

Единственный способ стать свободным в несвободном мире - это освободиться настолько, чтобы само твоё существование стало бунтом.

• Альбер Камю

- Приют - это не самое лучшее место на земле, я понимаю. Ты вынужден бороться за каждую кроху внимания к себе, иначе жизнь становится простым прозябанием, а эо худшее, что только может случиться с человеком.

Коннор знает - мир не всегда был таким, каков он сейчас; но когда ты видел что-то под одним углом зрения всю свою жизнь, трудно в одночасье изменить свои представления.

[...] того, кто обнимает глыбу льда, не ждёт ничего хорошего - можно замёрзнуть насмерть.

Ведь возможно, что больное общество настолько привыкло к своему недугу, что не помнит того времени, когда было здоровым? Что если память о той эпохе слишком опасна для людей, довольных сложившимся положением?

Лидер должен знать то, о чём больше никто не догадывается, и выдавать кому-либо информацию хорошо выверенными порциями.

Всевидящее правительство, как правило, оказывается весьма близоруким, когда дело касается наблюдения за правомочностью действий собственных служб.

Это удивительно сильное чувство - знать, что окружающие полагаются на тебя.

До семнадцати без заморочек - возьму-ка это себе девизом.