В объятиях демона

Если и есть ад на земле, то находится он в старших классах средней школы.

— Ну, ребята, хорошо провели время? — щебечет мама.
Это вообще нормально? Семнадцатилетняя девочка в девять утра с жестким похмельем приезжает домой в обнимку с каким-то парнем (пусть даже с ангелом Господним, мои родители-то об этом знать не могут) и получает: «Хорошо провели время?»

— Думаю, что он сделал определенный выбор, за который теперь должен платить. Вечным горением в Аду.
Она смотрит на меня скептически.
— Что, все так просто? Никаких возможностей исправить? Никаких вторых шансов?
— Ага. Не верю во вторые шансы. Преисподняя не фанат этой концепции.

Люди творят разные дела, а потом маскируют их под красивой оберткой, прикрываясь благородными оправданиями, но в итоге все это делается ради них же самих.

— После семитысячелетнего опыта работы ты обязательно что-нибудь подыщешь.
Он улыбается.
— Сомневаюсь, что найдется много вакансий по отправлению душ в ад.
— Это же Лос-Анджелес, — улыбаюсь я в ответ. — Ты можешь быть сильно удивлен.

Я сижу тут, уткнувшись лицом в ее волосы, чувствуя, как рыдания сотрясают ее тело, и надеюсь, что любовь действительно побеждает все, потому что иначе, несмотря на то, что я обещал ей, мы в полной заднице.

Я демон, а не свинья, поэтому содержу квартиру в чистоте. На кухне опрятно — нет грязной посуды или испорченной еды, — возможно, потому, что мне не нужно есть.

— Твоя сестра тоже Мэри?
— Это касается всех моих сестер, но только старшая носит это имя.
— И сколько у тебя сестер?
— Четыре.
— И вы все пятеро Мэри? Так же можно и запутаться.
— Поэтому мы и не используем это имя.
— Тогда как зовут других сестер?
— Мэри Тереза — она же просто Мэри. Мэри Кэтрин — Кейт. Затем я — Мэри Фрэнсис. Мэри Грейс — или просто Грейс. И Мэри Маргарет — Мэгги.
Я подавляю смешок. Потрясающе.

Жаль, что ангелы не истекают кровью, даже если им голову оторвать.

Всю дорогу я размышляю лишь над тем, что сказала Люку — я люблю его.
И о чем я только думала?
Он демон. Я до сих пор не могу постичь, что это все-таки значит. Но у него рога!
И я сказала, что люблю его.
О боже! Откуда пришли эти слова?
Я не люблю его.
Так. Любви не существует.
Но и демонов тоже!

Как только я оказываюсь внутри, то сразу же понимаю, что в аду жарче, чем обычно. Что совершенно нелепо, ведь я был здесь всего три недели назад. К тому же плюс-минус сто градусов для обычной двухтысячной отметки роли не играет. В аду всегда жарко. Может, все из-за этой кутерьмы с глобальным потеплением, может, оно коснулось и ядра земли?

Я выхожу за дверь, и тут раздается звонок. Коридоры наполняются суетой, а меня захлестывают волны ароматов от этого моря человеческих подростков. Острый цитрусовый запах страха, чесночный оттенок ненависти, анисовый — зависти и имбирный — вожделения. Замечательные перспективы!

На самом деле есть четкие правила. Пока души не отмечены, мы не можем заставлять смертных делать что-то им несвойственное или манипулировать их поступками. В большинстве случаев все, что я могу сотворить силой, — это омрачить мысли и слегка стереть грань между добром и злом. Говорящие, будто их бес попутал, просто лукавят.

Я не могу заставить себя сделать это. Мое серное сердце в груди весит целую тонну и тащит меня в пропасть. Да что я за демон такой?

— Итак, вернемся к изначальному вопросу. Что, Черт возьми, происходит со мной? Во что я превращаюсь? — Он негодующе смотрит на Гейба. — Я же не стану одним из вас? Пожалуйста, ради всех нечестивых, скажи, что я не стану подобием долбанного ангела. Я это не переживу.

Гейб отвечает ему столь же недовольным взглядом.

— Не знаю. Все может быть. Дай знать, если начнут расти крылья.

В аду нет места второму шансу.

Я выслежу его, вырву эти ангельские крылья и набью ими подушку.

- Ты самый циничный человек, которого я когда-либо знала.

• Я просто реалист.

Не могу понять, как кто-то, водящий "шелби" шестьдесят восьмого года, может быть таким уж плохим.

-Когда-нибудь ты перестанешь жить в маленьком мирке фантазий и поймешь,что насчет "единственного"-это все выдумки