Дети-крошки, пройдет ли Сантьяго в ваших снах по туманным тропинкам?
разачарованно А... Вы уже знаете. Я-то неслась сюда рассказать, какого обнаружила автора - детективщик, который пишет на уровне соврпр (современная проза). А тут выясняется, что он личность знаменитая и его даже друзья и знакомые по родной Галисии пытались запихнуть в нобелевские лауреаты. В общем, навалив себе с верхом тарелку этих сведений, я включила в сознании песни галисийцев Luar na Lubre, расставила всё там же в надлежащем порядке стихи Лорки о Сантьяго-де-Компостела и приготовилась к двойному удовольствию - серьёзная проза, разбавленная детективным сюжетом. Постепенно Luar na Lubre в моей голове стих, я начала радоваться, что друзья и знакомые Кролика только громко кричали о нобелевке для Конде, так и не предприняв конкретных шагов, а вместо стихов Лорки мозг стал монотонно повторять фразу: "Боже, какая же чушь".
Мерцающий млечный меч Сант-Яго из ножен вынул...
Холодная авангардная ванная, в которой обнажённой и прекрасная лежит София Эстейро. Вернее, то роскошное тело, которое только от неё и осталось, так как личность этой женщины упорхнула. Голубые глаза, длинные фарфоровые ноги.
Если вы думаете, что описание красот мёртвого тела на фоне холодного совершенства кафеля, это лишь приём для создания контраста, то ошибаетесь. Со сладострастием импотента автор опишет каждые женские ножки, каждые полные груди и аппетитную попу всякого женского персонажа. Из всех постельных сцен на моё некрепкое сознание наибольшее впечатление произвела та, где у женщины забило из грудей молоко и партнёр принялся слизывать. Вопрос, откуда молоко у женщины, у которой взрослые дети и которая совсем недавно сделала аборт, волнует меня так сильно, что сцена в моём сознании может остаться надолго. Правда, эротического воздействия сцена на меня не произвела, но я, с другой стороны, и не мужик шестидесяти лет, который со смаком описывает, как двадцатилетняя падчерица пытается соблазнить пожилого толстого комиссара. Думаю, что с возрастом у некоторых что-то в сексуальных предпочтениях как-то основательно меняется и не всем это дано постичь.
То, что изначально казалось мне "хорошим языком", постепенно стало вводить меня в ступор, потому что автор постоянно повторяет то, что сказал один раз, постоянно повторяет то, что сказал один раз, постоянно повторяет то, что сказал один раз. На парочке таких повторов я улыбнулась и погрозила пальцем: ах, шалун, это, наверное, знаменитый испанский рефрен, который так принят в поэзии. На четвёртом повторе я стала испытывать ощущения медсестры впервые зашедшей в отделение буйных: повторы в какой-то момент больше создают ощущение не поэзии, а надвигающегося маразма автора. Один эпизод, когда пасынок (не путать с падчерицей, у которой аппетитная попа) запустил в библиотеке игрушечный вертолёт с полотнищем "Вы все болваны". Знаете, сколько раз было про это упомянуто в книге? Больше двадцати и это буквально, а не преувеличение для красного словца.
Иногда для нагнетания объёма Конде включал Кэпа и объяснял то, что и так вроде должно было быть понятно.
Не было обнаружено никаких признаков того, что жертва могла быть отравлена каким-либо веществом еще до того, как ее поместили в ванну. Впрочем, теперь это уже не имеет особого значения, заметил Деса. Андресу удалось сдержаться и не высказать возражения по поводу столь опрометчивого вывода, высказанного явно некстати. Было ясно, что речь идет об убийстве; ясно было и то, что убийца хотел, чтобы его таковым признали, и поэтому не стал особо скупиться, нанося раны, характер которых мог свидетельствовать о человеке сексуально озабоченном, маньяке, члене какой-то религиозной секты или просто о неуравновешенном типе. В любом случае этот человек вполне мог продолжать совершать убийства с той же легкостью и безупречным результатом, как у него получилось на сей раз. Если бы злоумышленник не хотел продемонстрировать полиции, что речь идет именно об убийстве, он бы не поместил тело в ванну, а оставил бы на кровати или на ковре. Или, даже поместив его туда, не стал бы делать надрезов. Тогда даже самые проницательные сыщики могли бы прийти к выводу о том, что кончина наступила вследствие сердечного приступа или мозгового кровоизлияния; разумеется, до тех пор, пока вскрытие не показало бы, что именно произошло в действительности. Но в данном случае преступник хотел, чтобы все сразу поняли, что жертва была убита. Почему? Зачем? Поскольку вскрытие показало, что в организме Софии отсутствуют следы какого-либо яда, ответ на вопрос, почему на тело были нанесены раны, не вызывал сомнения: для того, чтобы сразу было понятно, что речь идет об убийстве. Это ясно. Но оставались другие головоломки, которые нужно было разгадать, чтобы узнать, кто убил Софию Эстейро. И первым вопросом, на который надо было дать ответ, на повестке дня стоял следующий: почему это сделали?
Длинно, да? Там ещё полторы страницы о том, что если бы убийца хотел бы скрыть убийство, он его скрыл. Об одном и том же, об одном и том же.
Очень сложно рассказывать о сюжете, потому что того и гляди ляпнешь спойлер. Я подсчитывала на пальцах и вроде получается, что в книге не более двадцати эпизодов (примерно столько же, сколько упоминаний об игрушечном вертолёте, хотя вроде о нём упоминают раза по три на эпизод). За это время появится ещё один труп, адвокатесса (округлые колени и красивая грудь) прочитает файлы с компьютера убитой девушки и этого будет достаточно, чтобы раскрыть убийство, а также одно недоубийство. Когда убийцу поймают, то дадут порыться в собственной сумочке (какое такое оградить убийцу от оружия? Это же Галисия!), в следствии чего убийца вдруг получит к своему званию приставку "само" и останется миллиард вопросов - зачем были убийства, зачем было резать тело первой убитой, зачем было покушаться на ещё одного мужика и пр. Конде не детективщик, вам же сказали, он пишет о Галисии и мечтает о нобелевке и бабах. Он так мечтает о нобелевке, что ввёл в повествование самого себя, вот, мол, есть такой Конде, который написал шикарную книгу "Грифон" и вообще умница. Ну, мечтай-мечтай.
Времена для придания "интеллектуальности" в книге появлялись аллюзии на "Имя розы" или "Фламандскую доску", что заставляло меня кривиться уже до состояния потери скульптурной формы лица. Либо аллюзии мне просто привиделись, а значит проза Конде просто носит вторичный характер, либо они были, но абсолютно не к месту, что придаёт книге привкус претенциозности.
Давайте я всё же постараюсь сэкономить вам деньги (я сама покупала книгу в печатном варианте) и дам вам спойлер - что же там со святым Иаковом, он же брат Иисуса, он же Сантьяго. Он оказался женщиной! Потрясающее открытие обнажённой русалочки в ванной. Такое простое соображение, что просто мощи могут принадлежать не Иакову, не приходит комиссару в голову. Хотя потом дойдёт и это будет озарением: а вдруг это не кости Иакова, а кости жены Иакова? Гений. Хотя бы за это заслужил премию.
Вся суть книги заключена в том, что власти захотят скрыть, если выяснится, что мощи Иакова ему не принадлежат. В других книгах к этому прикладывают сотню-другую экшен-сцен - бессмысленных и беспощадных. Здесь же власти распорядились замять дело. Всё. Видимо, это должно символизировать, что власти - очень плохие. Впервые в мире мы сталкиваемся с коррупцией властей, просто открыли глаза.
Книга даже не столько плоха, сколько очень странная. Я не читала других книг автора, чтобы о чём-то судить, в этой же у меня сложилось впечатление, что автор постепенно теряет разум. И не сказать, что он пишет плохо, так описание мух, которых убивала библиотекарша, сбившая игрушечный вертолёт (иногда создавалось ощущение, что в книге ничего нет кроме этого вертолёта), было действительно высококлассным, в стиле дополнительных деталей, помогающих создавать собственную реальность, но дальше пришлось продираться через энное количество сисек, отсутствие сюжета, бесконечные повторы и самовосхваления. Детективной составляющей нет, есть даже не отсылки, а вялые попытки повторить успех других итальянских и испанских авторов, вроде Брюссоло, Перес-Реверте, Эко. Конде словно помнит, какие приёмы собирался использовать и использует их раз за разом, пока они не потеряют смысл. Представляет, какие эпизоды хотел обыграть и делает их абсолютно бессмысленными. Книга не просто лишается интересного сюжета, она становится громоздкой, лишённой цели, лишённой мастерства. Не советую книгу никому. В ней нет сюжета, атмосферы, поступки и эпизоды нелогичны и напрочь лишены интриги, нет самой Галисии, а есть прелести галисийских баб и, я полагаю, что эти части тела не будут у женщин слишком сильно отличаться от страны к стране. И писатель... Это очень тяжко смотреть на то, как слова разбегаются у писателя, не слушаясь его, будто таблетки из трясущихся рук старика.
49 понравилось
