Дозвониться до небес

Решила сделать доброе дело. Но не придумала какое.

– Хочу, чтоб люди думали не только о себе, но и о других.
Мы дуэтом догадались, в чем подвох.
– Ну да, они подумают. Как бы у ближнего своего что-то отобрать…

Мне казалось, что я и есть этот бутерброд, в который она вонзила зубы. В этот момент я была не только бутербродом. Я была всем. Кухней. Домом. Деревьями. Небом. Частично – моими родителями. И даже Арсением. И мне не хотелось терять ни молекулы из всего этого. Из случайной улыбки парня недавно в метро. Из пения птиц. Из тепла от солнечного света жарким летним днем. Запаха спелой земляники. Который был давно – но был!

Порыв души – это святое, но надо усмирять такие порывы.

– Любовь! Ты хоть знаешь, что это слово значит?! – возмутился он.
– А то! Это оправдание и спасение индивидуальности через жертву эгоизма.
Он ошалел. Он мощно растерялся. Ух, как я обожаю свою память. В тех случаях, когда она меня не подводит.
– В Инете вычитала? – предположил Арсений.
– Ну да. И вот еще – любовь раскрывается как путь преодоления отчужденности и одиночества через дарение, заботу и еще что-то. Дальше я не помню. Но если ты мне не подаришь это – значит, ты меня не любишь!

– Ты что, рехнулся? Зачем тебе обычное образование? Тебе нужно совсем другое. Учись во сне. Прикинь, какие науки тебе пригодятся.
– Я подумаю. Хотя образование – полная лажа. На тонну знаний – грамм правды. И та относительная.
– Естественно. Но другой-то нет! Когда человек приходит учиться – от него зависит, что он возьмет, а мимо чего пройдет, не оглянувшись.

Вот так всегда: потратишь черт-те сколько времени на идею, а ее уже спер кто-то известный.

– Люди – странные существа. Их никак ничему не научить. Ни от чего не спасти. Но они могут сами понять. И поступать правильно. Больше мне ничего от них не нужно.

Вместо армии – сон. Днем работай, учись, а ночью – служи родине. Нужно так во всем мире устроить. В каждой стране. Мое мнение – после таких снов в реальности никто воевать не захочет.