Кадеты и юнкера

Кажется, Никита Михалков упоминал, что "Кадеты и юнкера" была настольной книгой всех актеров "Сибирского цирюльника", поскольку в ней очень хорошо передан дух кадетского и юнкерского братства. Однако, мне книга понравилась по несколько другим причинам. Во-первых, автор описывает свое обучение в Воронежском кадетском корпусе, периодически упоминает о каких-то городских особенностях и нравах горожан, что мне, как жителю Воронежа, уже само по себе интересно. Во-вторых, сама атмосфера книги чем-то неуловимо напоминает главу "Мальчики" из "Братьев Карамазовых" Достоевского: те же "души прекрасные порывы", стремление к идеалам, чистота помыслов героев. Однако, у Маркова есть одна особенность, которая у Достоевского в силу вполне конкретных причин может только подразумеваться: постоянным рефреном идет тема грядущей трагедии 1917 года. Например, описывается вполне комичный эпизод посещения автором своего младшего брата, поступившего на первый курс кадетского училища и в первый же день нашедшего там друзей - и потом фраза, что впоследствии эти друзья были расстреляны большевиками в Крыму. Или же рассказывается о классном наставнике Маркова, который стал кадетам вторым отцом, общался с ними, как со взрослыми, прививал им любовь к истории, обладал великолепным художественным вкусом - и с которым во время выпуска кадеты расставались со слезами на глазах. А потом - буквально одним предложением - упоминание о том, что в 1917 году этот учитель был убит на улице пьяной солдатней, отказавшись снять по их требованию погоны. Подобные отступления придают книге какую-то дополнительную глубину, новый уровень восприятия, который сам автор, кстати, скорее всего даже не подразумевал. В общем, мне книга очень понравилась - 9 баллов из 10

Беспорядок и хаос Гражданской войны неизбежно приводит к тому, что противоборствующие стороны начинают делать то, что в обычных войнах приберегают на самый крайний случай: использовать в качестве ударной силы детей, будущих офицеров. И, конечно, случаи такие в силу их героизма, их противоестественности становятся достоянием воспоминаний, легенд, художественных произведений. Можем мы вспомнить «Орленка» и бои юнкеров в Киеве у Булгакова, красных курсантов под Ореховым и баклажек Дроздовской дивизии. Естественно, что эта тема не могла остаться нетронутой у эмигрантских писателей. Про нее писали и стихи, и рассказы, и более крупные произведения. Об одной из таких повестей, повести Леонида Зурова «Кадет», я уже писал как-то пару лет назад. А вот сейчас прочитал еще две.

И «Кадеты и юнкера» Маркова и «Честь» Ишевского посвящены описанию становления мальчишек в грозные военные и предреволюционные годы. Как они приходят в корпус совершеннейшими желторотиками, постепенно мужают и затем выходят в юнкера, чтобы в скором времени превратиться в русских офицеров.

Анатолий Марков учился в Воронежском, а Георгий Ишевский в Симбирском военных корпусах, но, несмотря на разное местоположение, не перестаешь удивляться, как много было общего было во всех этих учебных заведениях. Очень подробно описываются учеба, нравы, друзья, проказы, встречи с барышнями и взросление персонажей.

Собственно про революцию и Гражданскую войну впрямую в этих книгах не говорится. Лишь отрывочно во флешфорвардах сообщают, что тот-то погиб под Орлом, а эти двое встретились во Владивостоке перед эвакуацией, а вон тот перешел на сторону красных.

Конечно, с точки зрения прозы – это не лучшие образцы: достаточно рваный язык, иногда излишне натянутые диалоги, мечтами авторы перегибают с пафосом, но в то же время читается достаточно легко и интересно.