
Журфак 1-4 курс. Руслит
shieppe
- 164 книги
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
В проникновенном предисловии к томику Бенедиктова составитель В.И. Сахаров пишет: «за Бенедиктовым издревле закреплена репутация плохого, вычурного поэта, певца кудрей, за дело разруганного Белинским, Чернышевским и Добролюбовым.» Ирония жизни заключается в том, что вышеуказанных корифеев читал я мало, а буду – ещё меньше. Зато Бенедиктов для меня – один из интереснейших поэтов века, мыслитель (вы не найдёте в сборнике много стихов о кудрях), живой и творческий человек.
Первое, что поразит вас при открытии книги «плохого поэта» - удивительная мелодика стихотворений, которые льются словно природный поток и соответственно легко читаются и воспринимаются. Его рифмами, конечно же, сегодня никого не удивишь, склонность к полиметрии мне лично скорее не нравится, чем нравится, а вот богатство образов, подбор интересных слов, наблюдательность и внимание к природе прекрасно представлены в издании. Уже в первом стихотворении вас ждёт неожиданное появление героя и концовка, не предсказанная предшествующим описанием шалаша, где «ход отрадных чаш был громозвучней и вольнее» «в стране докучливых обрядов». Стихи 60-х годов проникнуты размышлениями над прожитой жизнью, осознанием перемен в сознании («Желания», «Поздно», «Довольно!», «Не надо») равно как и неотступным восхищением перед культурой («В музеуме скульптурных произведений»). Недаром его имя связывается со Случевским, Анненским и Блоком.
В стихотворении «К моей музе» Владимир Григорьевич пишет: «Благодарю тебя, меня ты отрывала от пошлости земной». Если вам тоже хочется этого, смело обращайтесь к Бенедиктову.

ПОЗДНО
Время шло. Время шло. Не считали мы дней,
Нас надежда всё вдаль завлекала,
Мы судили-рядили о жизни своей,
А она между тем утекала.
Мы всё жить собирались, но как? - был вопрос.
Разгорались у нас разговоры,
Простирались до мук, доходили до слез
Бесконечные споры и ссоры.
Сколько светлых минут перепортили мы
Тем, что лучших минут еще ждали,
Изнуряли сердца, напрягали умы
Да о будущем всё рассуждали.
Настоящему всё мы кричали: "Иди!"
Но вдруг холодно стало, морозно...
Оглянулись - и видим: вся жизнь - назади,
Так что жить-то теперь уж и поздно!

Нет, - смысла жизни не постиг,
Кто в ней клянет недолготечность.
Один блаженства полный миг
Не всю ль обхватывает вечность?
Недолго держится роса,
Блестя слезой, на розе алой,
Но всею бездной небеса
Отражены тут в капле малой.
Иной цветок живет лишь день
Но он зато - краса природы,
А неизменно черный пень
Стоит бесчисленные годы.

Над нами те ж, как древле, небеса,
И так же льют нам благ своих потоки,
И в наши дни творятся чудеса,
И в наши дни являются пророки.
Бог не устал: бог шествует вперед;
Мир борется с враждебной силой Змия;
Там зрит слепой, там мертвый восстает:
Исайя жив, и жив Иеремия.
Не истощил господь своих даров,
Не оскудел духовной благодатью:
Он все творит, - и библия миров
Не замкнута последнею печатью.
Кто духом жив, в ком вера не мертва,
Кто сознает всю животворность слова,
Тот всюду зрит наитье божества.
И слышит все, что говорит Егова.
И, разогнав кудесничества чад,
В природе он усмотрит святость чуда,
И не распнет он слова, как Пилат,
И не предаст он слова, как Иуда,
И брата он, как Каин не убьет;
Гонимого с радушной лаской примет,
Смирением надменных низведет,
И слабого и падшего подымет.
Не унывай, о малодушный род!
Не падайте, о племена земные!
Бог не устал: бог шествует вперед;
Мир борется с враждебной силой Змия.
1859 или январь 1860
















Другие издания
