Die Verwandlung: Erzahlungen. Parabeln

В этом коротком рассказе речь идет даже не о непонятной ненависти к насекомому, таракану, букашке, - короче, совершенно чуждому тебе жалкому существу, - а об презрении к милому, родному, любящему человеку; не из-за непонимания или нежелания принять что-то отталкивающе непохожее на тебя, а точно так же, как пренебрегают старыми, немощными, инвалидами. Люди, окружающие Грегора Замзу, все какие-то кривенькие, как извращение нормального человека в кривом зеркале: они боятся чудовищной метаморфозы, случившейся с их родственником, но не переживают от того, слышит, понимает ли он их, не лишился ли он способности чувствовать.

Меня рассердило яблоко, брошенное отцом в сына, предназначенное для того, чтобы попасть в его уязвимую плоть, больно ударить в незащищенное место, а затем сгнить и сгубить заживо. И более всего печально то, что я зачастую сама чувствую эту дрожь отвращения, стыжусь и не знаю, как бы поступила на чужом месте.
Одно меня утешает: мне действительно стыдно.

Судопроизводство одной из колоний породило машину-убийцу, механизм действия которой ужасает и вместе с тем завораживает. Главное, что все в пределах морали, ведь это исполнение долга перед страной. Звучит, как нечто разоблачающее, но Кафка не просто открывает перед людьми их жестокость, глупость и леность мысли, но и ловко играет с нашими чувствами, переворачивая с ног на голову привычную для нас систему герой-антигерой. Такой поворот сюжета заставляет прибегнуть к более глубокому осмыслению жизни и мира вообще. Именно за это я и люблю Кафку.

Еще один из его волшебных приемов — это при наполненном диалогами произведении создавать атмосферу немоты, будто говорят в вакууме, что возвращает нас к мысли о людской «глухоте».

Что ни тронь у Кафки — всё болит, всё со снятой кожей.
Самое страшное для меня в Кафке началось однажды, когда ВНЕЗАПНО стало ясно: вывернутость его миров, мрак, безумие и боль — всё ни черта, ни разу не абсурдно, а вот оно, здесь, рядом, всегда.

И, в общем-то, я не против снова быть в том времени, когда «Замок» был бредом шизофреника.

В исправительной же колонии как по канону — маленький тихий звездец. Казнь как обыденность и после удивительная горечь офицера от этой обыденности — эх, а в былые времена ооо!
Как всегда, как всегда, много пустой, страшной суеты, не суеты даже, а вот это, очень знакомое, когда получить справку справок надо о том, что ушей у тебя не шесть, иначе сгорит дом.

Быть справедливым! Хороший приговор.
И тоска по прошлому хороша, отвратительна и хороша, мелкость интрижек в отдельно взятом заведении, решающаяся человеческой жизнью, мясом человеческим — ох, как хорошо-то.

Тщетно бытие.

Это было сильно! Я еле отошла от этой книги и вернулась в мир простых людей. Это было так странно, ужасно, отвратительно, что я читала все время с широко раскрытыми глазами и диву давалась.
Странно было потому, что Грегор не проронил не единой эмоции по поводу того, что он стал жуком, размером с человека. Ужасно и отвратительно было из-за его семьи - жутких, черствых, бессердечных людей. Их любимый Грегор для них старался, жил, работал. Он копил деньги на обучение сестры, давал деньги родителям - все в семью, а они ему чем ответили-то? Своим безразличием, брезгливостью, непониманием? Прекрасно! Думаю, многие бы разочаровались, если бы была у него в жизни ситуации такая, но не Грегор. Он убеждает себя, что в этом поведении нет ничего страшного - им просто тяжело. Им тяжело? А о жуке, у которого нет места, еды и должного внимание никто не подумал??!
Из-а их халатности прорыдала всю концовку.

Отныне это произведение одно из моих любимых.

Кстати, а каковы ваши догадки о концовке книги? Столько слов сказано о "Превращении", а именно о концовке говорят мало. Насколько я поняла, то сестра тоже стала превращаться в жука - некая месть за то, что она забыла брата, который любил ее до конца.

Франц Кафка, поистине, писатель не для всех. Он не терпит суеты в повествовании, хотя на первый взгляд покажется, будто книги его полны хаоса. Это не так - утончённая логика и антиутопические мотивы пронизывают любые его творения. "Превращение" - это настоящая цельная метафора, это описание жизни половины человечества. Что есть насекомое? Бесполезное, отвратительное, странное, быть может, опасное? Грегор и до превращения в жука казался своей семье несколько не таким. Зато после чудесной (да-да, не ужасной, не отвратительной, а чудесной!) метаморфозы его заметили все. Но не поняли, не приняли, как всегда происходило в истории. Скольких людей оболгали, прогнали, сожгли и прокляли только из-за того, что они чем-то выделились? Кафка показывает, что обыватели - это тоже своего рода мерзопакостные насекомые, каковыми они посчитали беднягу Грегора. К сожалению, он не раскрыл истинной сущности своей метаморфозы. Ведь описание его вида как жука свидетельствует о том, что под прочным панцирем таились крылья... Он мог бы воспарить к новой жизни, полной ярких красок и приключений. Он мог бы оставить весь свой брюзжащий прошлый мир далеко позади себя... Но чуда не произошло, и задавленный обстоятельствами и ненавистью, возродившийся потенциал Грегора погиб. Сколько же таких людей ежедневно губит свои таланты? Сколько людей под гнётом мнения других закрывают глаза на самих себя?.. Думаю, Кафка хотел бы, чтобы таких превращений стало намного больше. А быть тебе жуком или, скажем, бабочкой - так ведь каждому воздаётся по его сущности ;)

Маленький шедевр немецкоязычного чешского писателя-абсурдиста Франца Кафки вызывает множество ассоциаций и заставляет долго размышлять над прочитанным в попытках разгадать замысел автора. По стилю рассказ напоминает притчу, затрагивающую темы призвания, творчества, самоотречения, хотя каждый читатель может увидеть здесь что-то свое, соответствующее его жизненному опыту, и в слово «голодать» вложить свой собственный смысл.

Главный герой – голодарь, художник, нашедший свое призвание в искусстве голодания. Поначалу он добивается успеха и признания, его клетка, установленная на центральной городской площади, привлекает толпы восхищенных зрителей, но со временем мода на подобные развлечения проходит, и мастер голодания оказывается на задворках цирка, рядом со зверинцем. Сердце художника наполняет горечь, он пытается объяснить окружающим смысл своего искусства, но не находит понимания. Импресарио не улавливает истинные причины тоски и раздражения героя, смотритель цирка видит в его занятии лишь ненормальность, причуду. Кажется, что клетка – это несвобода, и каждый нормальный человек стремился бы покинуть ее, но голодарь не может сменить ремесло, ведь он фанатично предан своему призванию и предпочитает скорее умереть, чем покинуть клетку, за пределами которой не видит ничего, ради чего стоило бы жить. В финале, в клетку умершего героя помещают молодую пантеру, наполненную могучей жизненной силой.

Рассказ напомнил мне сюжет романа Эмиля Золя «Творчество», в котором художник в муках ищет совершенства и отрекается от всего плотского и преходящего. Он не соглашается на компромиссы, потакание вкусам критиков и толпы, и в итоге оказывается отвергнутым, доводит себя до истощения и самоубийства.  Не думаю, что у героя Кафки был реальный прототип, или он имел в виду только себя, скорее – это собирательный образ всех непонятых современниками, но не отказавшихся от своих идей, мыслей и образов творцов. Модернистский рассказ Кафки примерно в 30 раз короче романа Золя, но по глубине трагедии ничуть ему не уступает. К тому же, "Голодарь" пронизан тончайшей иронией и напрочь лишен какого-либо пафоса и назидательности.

Финальную сцену можно трактовать по-разному. Для меня она означает, что творец в своем величии равен природе, ведь и через 100 лет после смерти Франца Кафки мы продолжаем восхищаться его интеллектуальным и поэтическим даром.

Аннотация очень емкая: это именно небольшая зарисовка, описывающая один вечер из жизни деревенских мальчишек. От Кафки всегда ожидаешь чего-нибудь запутанного, непонятного, абсурдного или иносказательного. А тут абсолютно ничего подобного нет. Невольно даже проскочила ассоциация с Брэдбери, удивительно.

В сюжете нет ничего такого, что заставило бы задуматься. Очень ровно, тихо и спокойно, почти в ностальгическом ключе, описаны вечерние мальчишеские игры, возвращение домой уже в ночи. Не могу сказать, что рассказ тронул или умилил, но я определенно отдохнула за его чтением.

Интригующее начало сборника рассказов Франца Кафки, интересно, что же будет дальше.

Нет нужды выходить из дома. Оставайся за своим столом и прислушивайся. Даже не прислушивайся, жди. Даже не жди, будь неподвижен и одинок. И мир откроется тебе, он не может иначе.

Франц Кафка

А почему мы, собственно, не любим Кафку и считаем его чудиком? А все потому, что он показывает нам очень яркую и горькую правду для всего мира.

Многих пугает и отстраняет откровенность такого рода рассказов. И вообще для меня это было в новинку. Я тоже воспротивилась. Поначалу. Но потом... За этими ужасными кадрами выявляется правда: если ты врач, разве ты откажешь в помощи больному, пусть и неизлечимо больному? Нет. Также и думал наш врач, и что из этого вышло? Даже видя неизбежность, родители, родные и близкие восклицают, считая врача целителем или Богом: "Спасите его! Вы обязаны это сделать, обязаны.

Как жестоки люди, и кажется, что жестокость их увеличивается с годами все сильнее и сильнее. Куда делась благодарность к тем, кто спасает жизни людей за гроши?

Мне воистину жаль этого сельского врача, который хотел помочь умирающему... И всё.

Так-с, давайте-ка по порядку попытаемся всё понять.

Георг – сын успешного коммерсанта, пишет письмо другу, что живёт в России. Он недоговаривает своему оруссевшему другу о своих достижениях в коммерции, любви и прочем, и как бы волнуется, что, узнав всё задним числом, друг будет расстроен. Тем не менее, под уговорами невесты, он решает написать другу о предстоящей женитьбе. Затем идёт к отцу за советом.

Следует отметить, что и об отце он тоже как бы заботится, предлагает ему из чистых чувств перебраться в свою комнату.

Эта 'обязанность' заставляет думать, что забота к своему отцу не такая уж и забота; скорее всего, это просто то, что он вынужден делать. И решение 'забрать его на новую квартиру' тоже было принято из чувства вины перед отцом.

Георг относит отца в спальню, где старик спрашивает: 'Хорошо ли ты укрыл меня?' – после чего срывается с кровати и начинает... нести ахинею, да. Других слов нет на то, что происходит дальше.

Вопрос: старик спятил в конец или Георг действительно оказался таким подлецом по отношению к отцу и другу? Ведь он заботился о них обоих, по своему, конечно. Вспомните, как он размышлял о том, что не хочет расстраивать друга, ведь этими 'умолчалками' он, можно сказать, добро пытался сделать.

Но поступок его конечный показывает, что, да, Георг был виновен. В чём? В том, что влюбился? Или, если предположить, что этот брак планирован был по расчёту...

Короче говоря, это странно и непонятно до невозможности. Если бы не тот факт, что это один из немногих рассказов, который заставил задуматься настолько крепко, поставила бы одну звезду.

И, да. Я буду чертовски рада, если хоть кто-то разжуёт мне данный рассказ по микрочастицам и затолкает его мне в глотку.