Люди не могут потерять друг друга, если они друг другу нужны.

Во сне наша жизнь наводится на фокус. Иногда, если мы особо непонятливы, нам подсовывают пропись или тетрадь в линеечку.

Сердце моё рвется к морю, душа хочет перемен, а тело покушать.

Первая реакция - она самая верная, которая непроизвольная.

Что труднее всего простить?
Конечно, хорошее. То, что оно сначала было (и ведь было же!), а потом его поставили под вопрос. Как будто ты один это выдумал, сидя у окна и глядя на выгоревший асфальт.

Москва - город-на-реке даже в большей степени, чем Питер. Она стоит на живой воде, с лодочками, песнями, прогулками, черемухой; ее сады, ее грунтовые воды, противотечения, затопленные церкви, дворцы, палаты, клады; она вся окольцована, схвачена обручами как бочка - бульварное, садовое, трамвайное; под нами ее годовые кольца, переулки, дворы; голова кружится, кружится, теряется голова, остается одна Москва.

Прости, что снова докучаю, но ведь человек так устроен — если он любит, то не может сразу понять, что ему отказывают. Он будет пытаться снова и снова.

В восемнадцать лет настаёт пора декаданса. Нет ни щенячьей радости шестнадцати, ни подчёркнутой взрослости семнадцати. Душа безмерно устала.

Что забудется первым? Говорят, вытесняется плохое, но это верно лишь отчасти. То хорошее, потерю которого трудно перенести, забывается еще быстрее. Остаются только знаки - годы, города, действующие лица...

в безобидном слове «мы» спрятано
неуничтожимое расстояние между «я» и «ты»

Бесчувственная ты, Ася. Сердце у тебя есть? Или только поперечно-полосатая сердечная мышца? Ты сама поперечнополосатая. То да, то нет. Как оса. Ужалила — и улетела.

Мы непрерывно чувствовали, а ведь в обычном состоянии люди этого не делают. Переживали происходящее с интенсивностью, превышающей возможности человеческого организма.

"На третьем курсе сдаешь, не глядя. Кажется, не существует такой науки, которую наши зубы не перегрызли бы за одну ночь."

нам по двадцать, все как у других
а кажется, что это происходит только с тобой

...игры в мужчинские поступки - это одно, а действительно вести себя великодушно - совсем другое.

Говорят, что если быть настойчивым, получается все. Или почти все.

Человек, живущий для только для себя, Ася, черпает воду дырявым ведром. Трудно тебе будет, когда ты это поймешь…

Из других неожиданностей - анатомия. Вот я разговариваю с человеком, интересуюсь его, так сказать, внутренним миром, и для этого мне надо знать, где у него проходит премоторная извилина, где располагается мозолистое тело, и что такое комиссура, иначе я не психолог.