Пять недель на воздушном шаре. Путешествие к центру Земли

Полтора века назад, когда Жюль Верн задумал свой роман, выбирая вулкан, который должен был по его задумке стать воротами в подземный мир, он остановился на Снайфедльсе, прославив его так, что теперь он входит в туристические путеводители Исландии, как "тот самый вулкан". Эйяфьядлайёкюдль, может быть, из-за трудностей не только его произношения, но даже правильного прочтения, не привлёк внимания великого фантаста, и вулкану пришлось ждать своей славы, а заодно и лавы, еще более 100 лет.

Вот, написал "великого" и понимаю, что не совсем прав, поскольку пост фактум Верн, безусловно, велик, но тогда - в 1864 году, когда писался роман, в багаже у будущего классика были только "Пять недель на воздушном шаре", все остальные романы, которые сделают его великим, были еще впереди.

И все же, уже во втором своем романе, Жюль Верн смог предложить читателям настолько успешную идею, что она стала одной из самых популярных в поджанре географической фантастики. Наиболее успешные вариации темы создадут в дальнейшем Обручев и Берроуз. И тема оставалась довольно востребованной, пока научной общественностью не была окончательно отвергнута гипотеза полой Земли, на которой и базировались подобные сюжеты.

Кроме самой идеи того, что в существующем под землей мире сохранилась флора и фауна предыдущих исторических периодов развития нашей планеты, роман имеет и очень интригующую психологическую линию, выражающуюся в противоположном отношении практически ко всему между энергичным, склонным к авантюризму и кипучей деятельности, профессором Отто Лиденброком и осторожным, немного трусоватым, его племянником и ассистентом Акселем. Они прекрасно дополняют друг друга, но этому дуэту для сохранения должного равновесия необходим некий ингибитор, который бы подавлял и сдерживал наиболее бурное проявление реакций горячих немецких парней. Эта роль отводится такому же спокойному и холодном, как его страна, исландскому проводнику Хансу Бьелке.

Обращает на себя внимание и ранжирование подземных объектов, которым герои дают свои имена, логично, что профессор, как руководитель экспедиции, удостаивается чести дать своё имя целому морю, Акселю достается остров, а вот проводнику, который заодно исполняет и роль слуги, достается всего лишь ручей.

А ведь был еще исландский алхимик XVI века Арне Сакнуссем, манускрипт о посещении подземного мира которого попал в руки Лиденброка и стал причиной фантастичного путешествия. И именем этого человека было бы логично назвать что-то еще более крупное, чем море. Если же такого объекта не оказалось, тогда, может быть, стоило назвать всю подземную страну Сакнусландия, название не очень удобное, как все исландские названия, зато справедливое.

Самое слабое звено романа - подъем на потоке лавы при извержении сицилийского вулкана Стромболи. То, что любой плот был бы испепелен лавой, это неоспоримо, но даже, если предположить, что плот был изготовлен из какого-то сверхстойкого к сверхвысоким температурам материала, сгорели бы люди находившиеся на нем. Но, к сожалению, Верн не придумал более правдоподобного способа возвращения героев, но читатели, полюбившие участников экспедиции, вот уже полтора века прощают его за эту оплошность, потому что смерть профессора и его спутников они бы автору не простили.

Сегодня - 8 февраля - день рождения у самого приключенческого писателя из всех приключенческих писателей - у самого Жюля Верна. Оставить такое событие без должной реакции я не мог, но, вот беда, я уже успел настрочить рецензии почти на все его романы, мною читаные. Хотя, нет, один еще остался - самый первый из его "Необыкновенных путешествий".

В моем детстве, которое уже никогда не повторится, и о котором остается только ностальгически вздыхать, впрочем, у того, кто читает эти строки, с его детством точно такая же история, так вот, в моем детстве - в возрасте между 8 и 13 годами - Жюль Верн был самым любимым писателем. Я не помню ни одной из его книг, которые не зашли бы на "Ура!"

Позже я перечитал их почти все, хотя, сказать - перечитал - нельзя, скорее - пролистал. Теперь уже впечатления были не всегда одинаково положительными, некоторые, как, например, "Вокруг света в 80 дней", "Дети капитана Гранта" и "Пятнадцатилетний капитан" рождали вторую волну интереса и их я всё-таки перечитал. Другие - "20 000 лье под водой", "С Земли на Луну", "Робур-завоеватель" и "Пять недель на воздушном шаре" - больше разочаровали, того аромата увлеченности, который присутствовал в детстве, уже не было.

Так что прав был Андрей Вознесенский, когда писал: "Не возвращайтесь к былым возлюбленным", книги детства - это тоже своего рода былые возлюбленные. И все же когда-то я пережил невероятные впечатления, наблюдая за воздушным путешествием трёх англичан. Это сегодня их эпопея показалась мне скучной и надуманной, герои шаблонными и плоскими.

О героях. Уже в первом своем романе автор вводит классическую схему, к которой в будущем будет прибегать постоянно: главный герой - ученый - человек гениальный, сдержанный, благородный и воспитанный, его слуга - экспансивный и преданный хозяину, и, наконец, друг-попутчик, отличающийся решительностью и упрямством. В "Пяти неделях" это изобретатель воздушного шара особой конструкции - доктор Фергюсон, его слуга Джо, и упрямый шотландец Дик Кеннеди.

Троица совершает как раз "необыкновенное" путешествие на воздушном шаре над еще не до конца открытой на тот момент Африкой, начав его на Занзибаре, а закончив в Сенегале. Они переживают целый серпантин приключений, из которых лучше других запомнилось спасение от туземцев, когда шар начал сдуваться, самозабвенное падение верного Джо в воды озера Чад, и операция по вызволению французского миссионера.

Помню, как жалко мне было воздушный шар, когда он потерпел героическое крушение в водах Сенегала. Он за время чтения сумел превратиться в четвертого члена экипажа. И еще именно из этого романа я в свое время впервые почерпнул сведения об африканских экспедициях Ливингстона, Бёртона, Хеннинга и Барта.

" - Дедушка Жюль, а ты видел динозавров?"

Роману больше 150 лет. Все-таки есть в старых книгах свой неповторимый колорит. Едва уловимый, проявляющийся между строк в деталях обстановки, строении фраз, поведении персонажей. И как бы не старались современные авторы, атмосферу каждого времени лучше передают именно те, кто в нем жил.

Если мы можем каждую минуту погибнуть, то каждую же минуту мы можем и спастись. Поэтому будем наготове, чтобы воспользоваться малейшим благоприятным обстоятельством.

В центре сюжета исследовательское путешествие к центру земли через кратер вулкана. Стартовой кнопкой для него послужило зашифровыанное послание на полуистлевшем пергаменте. По счастливой случайности оно попало в руки знаменитому и очень азартному ученому. Разве мог он остаться безучастным? Конечно нет - такие люди не упускают возможность открыть что-то новое и не боятся опасных приключений.

- Если мы не потонем или не разобьемся, если мы не умрем от голода, у нас всегда еще останется возможность сгореть заживо.

В книге очень много научной составляющей из различных областей: геологии, палеонтологии, ботаники, зоологии, физики. Но все очень доступно и понятно.

Я, честно говоря, всю книгу ждала динозавров. Они были, но всего 2-3 страницы. Основной аспект все-таки отдан приключениям, связанным с самим путешествием.