Колумб

В этом мире, мой сын, просить значит нарваться на отказ. Это урок, который тебе ещё придётся выучить. Если хочешь получить то, чего у тебя нет, упаси Боже выказать даже намёк, что тебе это нужно. Наоборот, покажи им, какие они приобретут блага, если убедят тебя принять желанное тебе. Вот тогда они будут счастливы облагодетельствовать тебя.

– Остерегайтесь ее. Еще немного, и она потребует свою долю в открытии Индий.

– Она требует лишь принадлежащее ей по праву, – улыбнулся Колон. – Разве она не открыла первооткрывателя?

Да, такова уж ирония жизни, что господь бог всегда подсовывает орешки беззубым.

Если приходится выбирать между гордостью и голодом, гордость должна уступить.
При пустом желудке трудно сохранить прямую спину.

– Вы навлекаете на себя беду, адмирал: – предупредил его штурман.

– Иногда это лучший способ избежать ее.

Моряки Палоса не жаждут открытий. Приключениям и золоту они предпочитают грязь покойного бытия.

"Не для того я долгие годы боролся с дураками, чтобы в конце концов отступить перед трусами. Я найду вам рекрутов".

И проситель, едва не ставший объектом насмешек придворных, вышел с аудиенции доном Кристобалем Колоном, адмиралом моря-океана, поднявшимся на один уровень с представителями благороднейших родов Испании.

Путь его был долгим, трудным, но в конце концов он занял место, которое считал достойным себя. И хотя ему еще предстояло совершить подвиг, уготованный ему судьбой, в душе Колон не сомневался, что из неведомого он вернется победителем.

Сомневающиеся были и будут всегда. Но нерешительных могут и обогнать.

Надежды, так и не осуществленные, лучше оставленных.

Ожидание рождает усталость, усталость - печаль.

– И что же они видят? – улыбнулась маркиза.

– Божественную красоту, на которую нельзя взирать со спокойным сердцем, – он вновь взял маркизу за руку, и мгновение она не отнимала руки.
Но глаза ее затуманились .В их черных глубинах что-то мелькнуло, возможно страх, вызванный его жарко полыхнувшей страстью.

Женщина всегда подчиняется тому, кто выслушивал её исповедь. Таков один из секретов нашей загадочной жизни.

Я прошу вас послужить не мне. Государству. Слушайте. При Испанском королевском дворе, в Кордове, или в Севилье, или где-то ещё, отирается один авантюрист, обладающий картой, на которую у него нет никаких прав. С помощью этой карты и прилагаемого к ней письма авантюрист, о котором я веду речь, может причинить немалый вред Венеции. Достаньте мне карту и письмо, а взамен вы получите жизнь и свободу брата.

-Пожалуйста, садитесь, дон Кристобаль, - улыбнулась королева и сама опустилась на трон.
Тут дрогнул даже Колон.
-Слишком большая честь, ваше величество, - отклонил он предложение королевы.
Но ее поддержал король Фердинанд.
-Слишком большая честь для всех, кроме великих, - такой теплой улыбки на его лице Колон еще не видел. - Садитесь, мой вице-король.