Цитаты из книги Я - нет

Франческо - уникум и должен оставаться им. Надо было родиться таким, чтобы жить, как он. Я бы так никогда не смог. Я нередко завидовал ему. Я хотел бы жить, как он, думать, как он, двигаться, как он, но у меня не получалось: я - это я.

Усаживаюсь в гостиной и в который раз открываю трудный для восприятия, но пригодный для вразумления истины текст диссертации Шопенгауэра: невероятно, в двадцать пять лет он понял все возможные связи между причинами и следствиями, тогда как я, в свои тридцать, не понял даже следствий, не говоря о причинах.

"Все несчастья мира происходят от того, что никто не хочет оставаться у себя дома." Блез Паскаль

И когда порой, прижимая ее к себе, я закрываю на секунду глаза, мне кажется, что это я сам — ребенок в объятиях моей молодой матери, а когда я их вновь открываю и вижу Лауру, мне кажется, что пролетел всего лишь миг. Впредь мне следует держать глаза широко отрытыми, потому что боюсь, что если я их опять закрою, то, открыв их в следующий миг, я буду уже стариком.

поцеловала меня с порывом эмигранта, вернувшегося на родину

— Ты что, совсем идиот? Чего ты ржешь? — Извини, это оттого, что я глотнул кислоты для храбрости — Чего?! — Кислоты. Но ты не переживай, я потом догнался косячком, так что сейчас я в порядке… Почти.

Когда их прелестный и тишайший покакал, они охренели от счастья, потому что до этого он не какал целых тридцать два часа! И чуть не подрались из-за того, кому из них менять пеленку, не помнишь? Дэвид пожелал во что бы то ни стало посмотреть на результат, после чего вышел к нам, сияя, поскольку, по его мнению, какашка хорошая, немного твердая, но хорошая.

Спасибо большое. Если бы вас не было на свете, я решительно не знал бы, как поступать.

Жизнь - это ожидание, долгое ожидание, а бегство от реальности, то есть от тоски, одиночества, страха смерти и, главное, от себя самого, - всего лишь попытка обмануть время. Но бегство - ошибка. Лучший способ избавиться от всех этих вещей - остановиться и постараться понять, от кого ты бежишь и почему.

Глубокий кризис захватил ее личность целиком, сокрушил ее ценности, ее уверенную позицию в жизни. Этот кризис назывался депрессией.

— Лаура говорит, что Элиза очень хороша внутренне. — Что-что?! — спрашиваю я. — Хороша внутренне, — повторяет он. — Я предпочёл бы, чтобы она по меньшей мере была хороша внешне. И всё-таки объясни мне, пожалуйста, что значит «хороша внутренне»? Что у неё пара прекрасных лёгких? Красивый скелет? Не хочешь ли ты сказать, что мы, я, ты и твоя жена проведём вечер в компании живого анатомического пособия???

Смирение. Необходимо смирение. Это неотъемлемое качество, которым должен обладать каждый мужчина для того, чтобы плавать в море, лавируя между рифами глупостей постфеминизма. Это состояние блаженного отупения в ожидании лучших перемен. Тончайшая броня, защищающая гордую мужскую слабость. Последняя экологическая ниша, где можно укрыться прежде, чем угаснет ваш аскетизм.

Порой она [жена брата] устраивает ставящие меня в идиотское положение ужины у себя дома или в каком-нибудь модном ресторане, надеясь, что я буду сражён её очередной подругой, шикарной бабой, по её мнению, способной заполнить мой экзистенциональный вакуум, не понимая самого простого: преподнесённая мне в таком качестве подруга заранее несовместима с моим «Я».