
Жизнь замечательных людей
Disturbia
- 1 859 книг
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Рецензия на книгу «Александр I», Анри Труайя, 1997 год
Так получилось, что данная работа была моей первой прочитанной книгой в серии«ЖЗЛ». Когда я только брал книгу в руки, я интересом вглядывался в императора Александра Павловича, личность которого, во многом таинственная и неоднозначная, притягивало не только меня, но и много других исследователей.
Пару слов об авторе, Анри Труайя, на самом деле из Москвы, из московский армян, и зовут его Лев Тарасов. Он с изрядно регулярностью писал о своей родине, и его книги до сих пор не раз переиздаются.
Ноя не могу однозначно оценить мое отношение к этой книге, в глаза бросается очень сильная симпатия к одним и антипатия к другим. Допустим, я могу допустить, почему Наполеон у Труайя, показан как довольно отторгающий от себе персонаж.
Но когда антипатия исходит к главному героя биографии!!!, здесь это вызывает уменя недоумение, Александр I один из моих нелюбимых императоров, и я считаю что его политические просчеты привели наконец к восстанию Декабристов в 1825 году.
Но даже с учетом всего этого, недопустимо откровенно поносить героя, цель автора –показать человека со всех сторон личности, а не уходит в одну или другую крайность.
У Льва Тарасого, этого сделать, увы, не получилось, едко прошлись по Кутузову (кстати,факт о румынской любовнице главнокомандующего, крайне, сомнителен, и тем паче не упоминается в ряде реально фундаментальных работ).
Но больше всего досталось на мой субъективный взгляд – Барклаю Де-Толли, ух, как его смешал с грязью автор, мне даже интересно, почему к русскому шотландцу такое странно ненавидящие отношение?
Что по итогу? – книга своей НЕ субъективностью, убивает все неплохие места в книге,и делает ее в лучшем случаи средней работой.

«Вы же хорошо знаете подозрительный характер императора, – будто бы сказал Сперанский. – Все, что он делает, он делает наполовину. Он слишком слаб, чтобы управлять, и слишком силен, чтобы быть управляемым».
«По сути, он не осознает, что Сперанский, гибкий и деятельный либерал, и Аракчеев, блюститель палочной дисциплины и старины, представляют две противоположные стороны его собственной сложной натуры. Он балансирует между ними – двумя карикатурами на самого себя».
Русские в Париже: «Сыновья самодержавного государства, они поддаются столь опьяняющему, сколь и опасному увлечению: порассуждать о свободе с сыновьями Революции, невзирая на то, что Франция вновь стала монархией. Князь Волконский встречается с Бенжамином Констаном и мадам де Сталь; Никита Муравьев знакомиться с Сийесом и аббатом Грицаром; Лунин наносит визит Сен-Симону».
Николай Тургенев, секретарь барона Штейна пишет в дневнике: "Теперь возвратятся в Россию много таких русских, которые видели, что без рабства может существовать гражданский порядок и процветать царства"
















Другие издания
