El Orden Alfabetico

Кроме практической пользы получаешь от родителей и нечто большее и, когда они уйдут, ты все равно останешься сиротой, и неважно, сколько тебе будет лет к этому времени - девять или девяносто.

- А что делают журналисты?

• Создаем для населения привычки потребления реальности.

Мне казалось, что месяцы похожи на станции метро или электрички, куда люди прибывают с надеждой, что с ними там что-нибудь да произойдёт, и откуда уезжают в разочаровании, ибо не произошло ничего.

Я блаженно потянулся, встречая приход болезни, а когда остался один - повернулся спиной к двери спальни, как бы отворачиваясь заодно и от школы, и от действительности.

- Ты ведь большой уже, - сказал он. - Пора бы перестать верить в талисманы.
- Но ты же веришь в английский язык.

<...> он писал романы, старался расставлять слова так, чтобы они говорили не только то, что они говорили, но и кое-что ещё.

...через мгновение хлынул дождь. И россыпь капель больно, словно пригоршня песку, хлестнула меня по лицу. Небеса то плакали в три ручья, то бились в конвульсиях бесслезных рыданий.

Возникло ощущение, будто что-то ненормальное творится внутри нормальности, вроде того, как в обжитой комнате обнаруживаешь, что все предметы освещены иначе, нежели всегда, или замечаешь какую-то странность в облике своего знакомого и не можешь догадаться, что он надел свитер шиворот-навыворот.

Небо оставалось прежним и вместе с тем казалось каким-то бессмысленным, лишенным замысла и предназначения, словно чья-то неуклюжая рука намалевала его за миг до того, как я появился.

Учителя озабоченно переговаривались друг с другом, но видно было, что их тоже забавляет нежданное происшествие. Тогда я понял, что и у взрослых тоже - по две стороны.

..все на свете во что-нибудь да верят, причём слепо.

..но с течением времени видишь, что из одного таинственно вытекает другое.

...у него неприятности, и он хочет заслониться от них английским, точно так же, как от своих я защищаюсь, перекатывая в пальцах башмачок нерождённого брата".

Утром опять шел дождь, и зонтики, свисавшие со спинок нескольких стульев, тревожили Хулио своей бессильной покорностью. Время от времени какой-нибудь из них со звучным треском разворачивал на полу свои влажные крылья.

И не становятся ли часы, которые мы носим на запястье, механической альтернативой – своего рода протезом – внутренним часам, утраченным в ходе эволюции, вроде того, как – если верить рассказам отца – мы потеряли зуб мудрости из-за неуклонного уменьшения челюстей?

– Ну, как ты живешь? – осведомился я, установив наконец, кто передо мной.
– Да ничего, в общем, хотя сам видишь, какая тут жизнь.
– И какая же?
– Неоконченная. Все здесь незавершенное и уже никогда завершено не будет.

Если вкус глагола приводил на память какие-то потроха (может быть, гусиную печенку), то существительные, попав на язык, напоминали фрукты – горьковатые, сладкие, кислые, кисло-сладкие, терпко-жгучие. Иные было и не проглотить, если не обвернешь сначала в прилагательное.

Прилагательное, при всем его роскошном великолепии, представлялось мне каким-то безвкусным и пресным, хотя при надкусывании восхитительно хрустело, как карамелька.

...каждый сознательный член общества, обнаружив книгу, обязан сдать ее в министерство обороны и культуры, где компетентные специалисты решат, можно ли использовать ее в тех или иных целях.