Герман Вук еще жив

Очень тронута. Никакого колдовства, мистики, ужасов, сплошной психологизм, всё как у людей. Так бывает Вроде всё хорошо складывается, но вдруг окатит холодная волна сожаления, или позднего раскаяния, или ещё хуже — стыда. Откуда подсознание подсовывает нам эту пакость, ведь хорошо же сейчас.

Так и Бренда — героиня рассказа, выиграла 2700 долларов, погасила кредиты, и взяв в аренду микроавтобус, едет с подругой на отдых. На двоих у них семеро детей. Вдруг — «Им никому нет места», — чудовищное озарение вспыхнувшее в мозгу Бренды.

И параллельное повествование в котором парочка престарелых поэтов держит путь на поэтический фестиваль. «Филу Хенрейду исполнилось семьдесят восемь лет, а Полин Энслин стукнуло семьдесят пять». Они полны жизнью.

Катастрофа. Все в ней проявились индивидуально. Старик забыв о больном сердце оказывает помощь, ищет живых, не забывает позаботиться о старушке-спутнице. Другие свидетели аварии созерцают, снимают на телефоны. Посему фраза из газетной статьи, которую читали старички незадолго до случившегося, «Герман Вук еще жив и пишет книгу о языке Бога» как нельзя кстати, потому что столетний «Герман Вук считает, что дряхлеет плоть, но не слова», т.е дух, душа.

Будь я психиатром, прописывала бы чтение Стивена Кинга как лечебно-профилактическую меру, от параноидального нацшовинизма. Ну, такого: во всем виновата Америка; если в кране нет воды, значит выпили жи... Обама и Псаки; да они тупые там все, как пробки; нация мусорной еды и Микки Мауса; что эти пиндосы везде лезут? Лезут по той же причине, по которой собака крутит хвостом - потому что могут это сделать. Тупых среди представителей любой ментальности хватает. А винить в своих бедах других, странно, не находите?

Один мой друг назвал The Bazaar of a Bad Dreems Лавку дурных снов, свежий сборник рассказов Мастера, не самым удачным с точки зрения сюжетов, глубины, силы эмоционального воздействия и ментальной составляющей. Но интересным в плане авторских отступлений, предваряющих и завершающих каждое отдельное произведение. Согласна с ним. Хотя с моим стажем кингомании, умею находить глубину в любых его вещах. Даже тех, что кажутся на первый взгляд простоватыми или вторичными. Но о вкусах не спорят.

Я теперь о том, что какой рассказ ни возьми, в каждом не только собственно действие с реакцией персонажей на происходящее и поведение друг друга. Везде незримо, но ощутимо базис системы ценностей. Он ничего не оценивает, равно готовый принять точку зрения любого из своих героев, становясь на время каждым из них. И Кингу, понимаете, это удается сделать таким образом, что даже отъявленных негодяев, преступников, психов и маньяков начинаешь понимать. Чувствуя себя неуютно в их коже, но без ощущения ползающих по тебе змей и скорпионов, как это бывает, когда тем же приемом пользуются другие авторы.

Совершенно точно понимая: то правильно и хорошо. а вот это ужасно и недопустимо. Но так тоже бывает. И ведущий себя подобным образом, со своей, извращенной точки зрения прав. Это не оправдывает его, но позволяет понять резоны и по возможности защитить от такого то, что тебе дорого. Если получится. Или защитить этих странных людей с интеллектом и уровнем ответственности взбесившейся двухвостки от посмертного надругательства со стороны им подобных, которых большинство в любой нации. Потому что таковы люди: много песка и редкие жемчужины.

Обама не Путин, не платит материнский капитал - то-то было бы радости девушкам, как Бренда и Жасмин. А престарелые поэты, бывшие когда-то любовниками,они и в наших широтах могут добираться на поэтический фестиваль, позволив себе с гонорара крохотный шик - скромное подобие прежних фейерверков - пикник в придорожной зоне отдыха. И у российской словесности есть Даниил Гранин, совсем недавно издавший роман "Мой лейтенант" (более, чем достойный). Не 101 год, как у Германа Вука, но 97. И к нему вполне можно отнести фразу Вука: "Дряхлеет тело, но не слова".

Мы все живем в одном мире. И мы похожи. Порой пугающе, но иногда обнадеживающе.