
Черный хлеб
Мигулай Ильбек
4,1
(24)
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Шекспировские страсти в одной чувашской деревушке.
Давно заметила, и не только в книгах так, но и в жизни, чем меньше деревушка, тем "веселее" жизнь. И веселость здесь в нехорошем смысле.
Жить лучше - нормальное желание. А за счет кого-то? А если для этого нужно разрушить чужую жизнь? А если не чужую, а жизнь родной дочери? Продать дочь за калым - нормальная традиция у тюркских народов. И здесь автор покажет, что не всегда "стерпится и слюбится" срабатывает.
А если добавить к желанию разбогатеть зависть и жадность? Получится гремучая смесь. А если будут рядом те, кто будет подталкивать к "неправедной" жизни? Долго ли удержится обыкновенный мужик? Не удержат ни жена, ни брат...
Книга написана будто вне времени. Только по нескольким предложениям можно понять, что действие происходит в предреволюционные годы. А так : все эти события могли произойти и в 15 веке, и в 20.
Больше всего запомнился обряд женить бы с Водой, чтобы спасти деревню от засухи. Цена такой женитьбы - смерть и не одна...

Мигулай Ильбек
4,1
(24)

Живёт в чувашской деревне Шеркей. С голоду семья не помирает, но сказать, что живут богато, тоже не получится. Со старшим братом отношения натянутые с самых похорон отца: ходили слухи, что папаша деньги припрятал, да немалые, но их не оказалось, и оба брата друг другу не доверяют, подозревают друг друга - не складывается у них душевное общение. Собственно говоря, с таким человеком, как Шеркей, и не хотелось бы общаться.
Жажда богатства заставляет его совершать такие поступки, что только охнешь. Больную жену не лечит, думает, что она от работы отлынивает; дочь просто продаёт в жёны сыну местного богатея, а сынок-то этот, между прочим, насильник, от суда деньгами откупленный; бедного кота просто убивает - чтобы не объедал. Так что заранее предупреждаю: если сцены мучения животных доводят вас до депрессии - не читайте.
Шеркей противен даже в своём горе, когда умирает жена, кончает самоубийством дочь и сгорает дом...
Особенно выразительна в этом отношении концовка книги, которую без спойлеров можно пересказать примерно так: горбатого могила исправит.
Любовная линия между дочерью Шеркея и батраком - не нова ни с какой стороны: девушка - действие, парень - ожидание.
Поскольку персонажи книги не вызывают особенной симпатии, то и течение действия меня не захватило. Но я помнила, зачем я читаю эту книгу, и особенное внимание обратила на то, о чём раньше не знала - на чувашские обычаи.
Ещё есть довольно подробное описание праздника Агадуй, проведение которого напоминает Курбан-байрам. А вот обычай при засухе женить молодого человека на Деве Воде - вообще какое-то средневековье.
Хочу ещё отметить, что несмотря на время действия романа - незадолго до революции - автору удалось избежать большого количества лозунгов и агитационного текста. И те фразы, которые можно бы счесть чисто советскими, скорее всё-таки чисто крестьянские.

Мигулай Ильбек
4,1
(24)

Цитата:
Впечатление:
Дочитала книгу и решила обсудить ее с бабушкой. Так как я из Поволжья и Чувашия находится рядом, сразу стало понятна о чем речь. Да, люди везде специфичны, регион тоже не исключение. Еще книга помогла закрыть игру :)
Читая книгу сразу обратила внимание на то, что книга написана про одно время, но ощущение, что ничего не изменилось. Если только калым, но есть и в этом сомнения :)
Правда было интересно наблюдать за любовной линией Тухтара и Салимэ и думала до конца, все будет красиво, как в сказке, а оказалось больше про реальность. Тяжело как-то и грустно :( Когда же люди поймут, что деньги- это важно, но они не выше человека, ну никак. А еще как же одна судьба связана с другими и как легко можно убить других, через разрушение себя.
А еще в очередной раз убеждаюсь, как люди подведены магии, особенно в Чувашии, Башкирии, Удмуртиии.
О чем книга: Небольшое соседское поселении в Чувашии дореволюционного времени. Все друг друга знаю, но не все горят желанием выстраивать честные отношения. Автор показывает буквально два года жизни поселения, жизни знакомых персонажей и как они преодолевают трудности свои.
Читать/ не читать: читать в общем потоке

Мигулай Ильбек
4,1
(24)

Трава слегка пахла медом и парным молоком. Возиться с ней было очень приятно. Работа подвигалась быстро.
Домой возвращались по узенькой межевой стежке. Шли медленно, молчали.
Сэлиме задумчиво покусывала травинку. Сколько парней в деревне, но ни к одному не лежит душа. Только к Тухтару. Почему так? Особенный он какой-то, не похожий на всех. Другие парни только «гы-гы» да «гы-гы», руки в боки, грудь колесом, нос к небесам — вот, мол, мы какие, любуйся. Выбирай, не зевай, не упускай своего счастья. Откажешься — жалеть будешь. Мы себе цену знаем. А ей смотреть на таких противно.

— Зачем плакать? Не к лицу чувашину лить слезы. Будь как рябчик, тэдэ. Из него кишки вон, а он еще три дня живет. Так нас деды учили.

Всю жизнь свою отдаст он Сэлиме. Все смотрят на Тухтара свысока, а Сэлиме полюбила его, не побоялась, что он безродный бедняк. Нет, теперь он уже не сирота. Рядом с ним родная душа. И он сумеет отблагодарить ее.
Нет, Сэлиме, не пожалеешь ты, что полюбила Тухтара. Не пожалеешь.




















Другие издания

