Гарри Поттер и узник Азкабана

«— Вы видели что-нибудь более жалкое?! — воскликнул Малфой. — И это наш учитель!Гарри с Роном бросились к Малфою, но Гермиона их опередила.Хлоп! Размахнувшись, она изо всех сил ударила Малфоя по щеке. Малфой покачнулся. Гарри, Рон и Крэбб с Гойлом остолбенели. А Гермиона размахнулась ещё раз.— Не смей так говорить о Хагриде, ты, злобная дрянь…— Гермиона! — севшим голосом проговорил Рон, пытаясь отвести занесённую руку Гермионы.— Не мешай, Рон! — Гермиона вынула волшебную палочку.Малфой сделал шаг назад, Крэбб и Гойл, онемев, ждали распоряжений.— Пошли, — буркнул Малфой. Компания вошла в замок и устремилась к лестнице, ведущей в подвалы.»

«— Сэр Кэдоган, вы вот только что никого не впускали в башню?— Как же, добрая леди, впустил.— Вы… впустили? А… а пароль?!— А у него они были! — гордо сказал сэр Кэдоган. — На всю неделю, миледи. Целый список на кусочке пергамента. Он их мне прочитал!Профессор МакГонагалл вернулась сквозь узкий проём в гостиную. Гриффиндорцы оторопело молчали, профессор была бледна как мел.— Какой, — дрожащим голосом начала она, — какой неописуемый глупец написал на клочке пергамента все пароли недели и потом потерял его?Гробовое молчание в гриффиндорской гостиной было нарушено слабым, испуганным всхлипом. Невилл Долгопупс, дрожа от макушки до носков пушистых комнатных тапочек, медленно поднял руку.»

«— Я нисколько не испугался дементоров, — сказал Гарри. — Просто вообще ничего не почувствовал.— Скорее всего, наверное, потому, что они… они были ненастоящие. Пойдёмте посмотрим.И профессор Люпин повёл Гарри в конец поля.— Вы сильно напугали мистера Малфоя, — сказал он.Гарри смотрел на груду чёрных балахонов, барахтающихся на траве. Это были Малфой, Крэбб, Гойл и Маркус Флинт, капитан команды слизеринцев. Малфой, кажется, взгромоздился на плечи Гойла. Четвёрка негодяев пыталась высвободиться из длинных чёрных балахонов. Рядом стояла профессор МакГонагалл, лицо её выражало крайнюю степень возмущения.— Недостойное трюкачество! — кричала она. — Подлая и трусливая попытка вывести из игры ловца гриффиндорцев! Все вы будете строго наказаны. И минус пятьдесят очков Слизерину. Я буду говорить с профессором Дамблдором о вашем поведении. Вот он, кстати, сам идёт сюда.»

«— Команды стартовали. Главное событие этого матча — «Молния», на которой летает ловец гриффиндорцев Гарри Поттер. Как пишет «Волшебная метла», в этом сезоне на мировом чемпионате по квиддичу все команды отдадут предпочтение именно этой модели…— Вы не могли бы, Джордан, комментировать то, что происходит на поле, — прервал его голос профессора МакГонагалл.— Перехожу к комментарию, профессор. Немного информации всегда полезно. Между прочим, «Молния» имеет встроенный автоматический тормоз…— Джордан!— Сейчас, сейчас… Гриффиндорцы ведут игру, Кэти Белл рвётся к кольцам Когтеврана…»

«— Что с тобой? — встревожился Рон. Гарри ткнул влево пальцем. Рон вынул из кармана волшебную палочку.— Люмос, — велел он.Луч света метнулся по траве, корням дерева, по кроне. Там среди ветвей с уже набухшими почками сидел рыжий Живоглот.— Брысь! — крикнул Рон, нагнулся и поднял с земли камень.Но бросить его он не успел — Живоглот, грациозно махнув рыжим хвостом, растворился в темноте.— Ты видел? — Рон опять разъярился. — Она продолжает выпускать его. Живоглот гуляет где хочет. Переварил, наверное, мою Коросту и сейчас решил закусить птичкой…»

«Рон тяжело переживал пропажу Коросты.— Хватит тебе, Рон, — уговаривал его Фред. Ты ведь всегда говорил, что Короста уже совсем старая, просто ходячая древность. Буквально на глазах тает. Ей же лучше, что её сожрал Глотик. Ам! — и нет. Не мучалась.— Фред! — возмутилась Джинни. — Как тебе не стыдно!— Ты сам говорил, что она только ест и спит, — поддержал близнеца Джордж.— А помните, как она укусила Гойла? Хотела сделать нам приятное, — со слезами на глазах вспоминал Рон.— Да, было такое, — подтвердил Гарри.— Звёздный час Коросты. — Фреду едва удавалось сохранить серьёзную мину. — Пусть укушенный палец Гойла будет вечным памятником благородной Коросте. Ну что ты разнюнился, Рон! Будешь в Хогсмиде — купи себе новую крысу. Было бы из-за чего страдать!»

«— А где же любезный профессор Люпин?— Ему опять нездоровится, — ответил Дамблдор и жестом пригласил всех начинать трапезу. — Бедный Люпин, надо же заболеть на Рождество!— Вы, конечно, знали об этом, Сивилла? — спросила МакГонагалл, подняв брови.Трелони бросила на соседку ледяной взгляд.— Разумеется, знала, Минерва. Но не в моих правилах выставлять напоказ всеведение. Обычно я себя веду так, словно у меня нет Третьего глаза. Зачем волновать людей?— Это многое объясняет.— Должна сказать, Минерва, — в голосе Трелони вдруг пропала потусторонность, — профессор Люпин недолго пробудет с нами. И кажется, он сам знает, что время его на исходе. Я как-то предложила ему поглядеть в магический кристалл, так он просто сбежал…— Его можно понять, — сухо отозвалась МакГонагалл.»