- Видите ли, месье, я думаю, что больше всего на свете ей хотелось стать той женщиной. Вам этого не понять. А я слышала, как она читает свое письмо. И знаю, что это так.

Она скользнула по нему взглядом, и каждый уголок её лица распустился в улыбку.

Видно, жизнь иногда поворачивается таким боком, что и сказать-то больше нечего.

Они вернутся. Ведь это трудно - устоять перед искушением твернуться, не правда ли?

По товару и монета.

У нас нет выбора. Если мы хотим выжить, нам нужно дотуда добраться.

- Видно, жизнь иногда поворачивается к тебе таким боком, что и сказать-то больше нечего.
Сказал он.

• Совсем нечего.

В темноте ничего не стоило любить ее и не любить ее.

...внезапно небо над чертогом окропилось сотнями взлетевших птиц; будто исторгнутая из земли, невиданная стая разлеталась повсюду, ошеломленная и обезумевшая, щебеча и галдя, — крылатый залп, цветное облако, выпущенное в яркий свет, звонкий фейерверк испуганных звуков, бегущая музыка, полет в небеса.

Повернув голову, он стал наблюдать за тонким дрожащим пламенем лампы. И бережно остановил Время — на все то время, что хотел.

"Так умирают от тоски по тому, чего не испытывают никогда" (с)

- Япония -- древняя страна. И законы ее тоже древние. По этим законам двенадцать преступлений караются смертью. Одно из них -- доставить любовное послание от своей госпожи.
Эрве Жонкур не отводил взгляда от убитого мальчика.
-- У него не было любовных посланий.
-- Он сам был любовным посланием.

"Це дуже дивний біль... Помирати від ностальгії за чимось, чого ніколи не проживеш."

Он не услышал взрыва, разносящего в клочья его жизнь

- Расскажи мне о дельфинах.

• О дельфинах?
• О том, когда ты их видел.

- Знавал я одного оригинала, который проложил железную дорогу для себя одного.
Сказал он.

• Самое интересное, что она была совершенно прямой: сотни верст без единого поворота. На то была какая-то причина, только уже не помню какая. Вечно эти причины забываются. Ну да ладно, прощайте.

— Ты умер.

Сказала она.

— И на свете не осталось ничего хорошего.

Бальдабью спросил у него, видел ли он войну.

— Видел, да не ту, что ждал, — прозвучало в ответ.