La rêveuse d'Ostende (сборник)

«Он хотел все узнать обо мне, я хотела все узнать о нем, однако мы оба чувствовали, что цель этой встречи состоит не в том, чтобы поведать друг другу наше прошлое, но в том, чтобы построить настоящее.»

— Я вернусь.
— Вы обещаете?
— Клянусь вам.
Он поцеловал мне руку, и это мгновение затмило все предыдущие двадцать три года моей жизни.
Когда он переступал порог, я сказала ему вслед:
— Полагаюсь на вас, иначе мы больше не увидимся, ведь я даже не знаю, кто вы.

— Вам когда-нибудь приходилось сжигать письма?
— Да.
— И что вы при этом чувствовали?
— Ярость оттого, что вынужден это делать.

«Писатели по недомыслию считают, что они избегнут забвения после смерти, оставив после себя нечто, но как долго просуществует это нечто? Если я чувствую себя способным говорить с читателем XXI века, то много ли мне известно о читателе XXIII-го? Да и вообще, не самонадеянна ли такая постановка вопроса? И не лучше ли раз и навсегда отказаться от погони за славой, от притязаний на бессмертие? Жить настоящим, только настоящим и радоваться тому, что есть, а не уповать на будущее»

«Кроме того, стоило ли всю жизнь хранить тайну, а теперь вдруг взять и раскрыть ее? К чему? Чтобы все мои многолетние усилия пропали втуне?»

В загадке интересна не истина, которую она скрывает, а тайна, которую она хранит.

Мужская красота – вещь бесполезная. Привлекательность мужчины не в том, чтобы самому быть красивым, а в том, чтобы убедить женщину, что она красива с ним рядом.

Чтобы не обидеть своих коллег, с которыми он играл или мог играть в будущем, он уклонялся от критики и говорил лишь о том, что заслуживало одобрения; он замечал всякий удачный пассаж, с удовольствием его анализировал, причем существенно преувеличивал его достоинства. Таким образом, он никогда не лгал, а лишь умалчивал правду

Пока не исчерпана реальность, я ни единой секунды не потрачу на вымышленный мир.

«Улла разрушает свою резкость столь же неожиданным всплеском юмора и доброго веселья. Если она легко сходится со всеми, то лишь потому, что ей не удается скрыть свою доброжелательность — и любопытство — ко всему на свете».