Пьесы

Только не слушай ты, пожалуйста, своего мужа. Ты ему растолкуй хорошенько, что ты его даром любить не будешь. Ты, глупенькая, пойми, за что их даром любить-то, мужьев-то? Это довольно странно! Обеспечь меня, дескать, во всем, чтобы я блистала в обществе, тогда я тебя и стану любить. Он от капризу не хочет твоего счастия, а ты молчишь.

Вас на то и бог создал, чтоб жаловаться. Сами-то вы не очень для меня значительны!

Лыняев. Да разве кругом нас люди живут?
Мурзавецкая. Батюшки! Да кто же, по-твоему?
Лыняев. Волки да овцы. Волки кушают овец, а овцы смиренно позволяют себя кушать.

От равнодушия недалеко и до порока. Кому порок не гадок, тот сам понемногу втянется.

Подхалюзин. Скажите, Алимпияда Самсоновна, мне что-нибудь на французском диалекте-с.
Олимпиада Самсоновна. Да что же вам сказать?
Подхалюзин. Да что-нибудь скажите — так, малость самую-с. Мне все равно-с!
Олимпиада Самсоновна. Ком ву зет жоли.
Подхалюзин. А это что такое-с?
Олимпиада Самсоновна. Как вы милы!
Подхалюзин. Вон она у нас жена-то какая-с! Ай да Алимпияда Самсоновна! Уважили! Пожалуйте ручку!

Липочка. Что мне в твоем купце! Какой он может иметь вес? Где у него амбиция? Мочалка-то его, что ли, мне нужна?
Фоминишна. Не мочалка, а божий волос, сударыня, так-то-с!

Нынче заведение такое пошло, что всякая тебе лапотница в дворянство норовит.

Ишь она! Знать, пивца хлебнула после завтрака, налепила тут чудеса в решете.

Да кто же из молодых людей не бывает пьян?

Это обыкновенная манера стариков разочаровывать молодых людей: представлять им все в черном свете. Людям старого века завидно, что мы так весело и с такой надеждой смотрим на жизнь.

Высоко летает, да где-то сядет!

Вот она, жизнь-то; истинно сказано: суета сует и всяческая суета. Черт знает, и сам не разберешь, чего хочется.

Провинциалы любят уголовщину, уж это известно. Вам скучно без скандалов, подкапываетесь друг под друга; больше вам делать-то нечего.

...кому я должна, я тех помню, я за тех молюсь...

Какие мы с вами волки? Мы куры, голуби… по зернышку клюем, да никогда сыты не бываем. Вот они волки-то! Вот эти сразу помногу глотают.

К чему ты совесть-то приплел? В философию пускаться тебе не по чину…

- Устинья Наумовна, зачем это вы к нам больно часто повадились?

• А тебе что за печаль! Зачем бы я ни ходила. Я ведь не краденая какая, не овца без имени.

Известное дело: с богатым мужиком, что с чертом, не скоро сообразишь.

Ну, известное дело, чтоб были люди свежие, не плешивые, чтоб не пахло ничем, а там какого ни возьми – всё человек.

Как сделаешь все в акурате, такой тебе, Сысой Псоич, могарыч поставлю, просто сказать, угоришь.