Грибоедов

Как говорится: Начали за здравие, а закончили за упокой. Автор данной биографии – доцент кафедры истории стран ближнего зарубежья исторического факультета МГУ, - с предисловия заявляет о том, что книга, которую держит в руках читатель, единственная в своем роде научная биография А.С.Грибоедова, что до автора сего труда не было написано ни единой внятной и, главное, научной(!) биографии Грибоедова. Странно, - подумалось мне, - а вышедшая в начале 90-х книга ''Жизнь и деяния Александра Грибоедова'' за авторством В.П.Мещерякова разве не считается? Разве этот труд прошел мимо доцента исторического факультета? А биографии Грибоедова, написанные А.Н.Веселовским, А.М. Скабичевским, П.С. Коганом – это малая часть, те, кого я вспомнила. Как же так? Но Цимбаева на этом не остановилась, она разнесла в пух и прах книгу Тынянова ''Смерть Вазир-Мухтара'', обвинив автора в придуманности образа Грибоедова, в ложной картине, но она показалась Тынянову интереснее правды, а далее пассаж о том, что Тынянов не мог понять авторов Золотого века и право романиста – по-своему представлять героя, но персонаж с историческим именем не следует смешивать с реальным прототипом. Ну, что ж, отлично! Коли это единственная научная биография Грибоедова да ещё с объективным и реалистичным взглядом на автора ''Горя от ума'' – вперед! Посмотрим, что получилось.

Дальше о книге

Безусловно, стиль Цимбаевой – хорош: очень подробно и отлично проработаны исторические детали эпохи, хотя не без огрехов и чисто женского придыхания и легкой истеричности; очень глубоко проработаны вехи жизни и творчества Грибоедова; дается очень подробный разбор ''Горя от ума'', но(!) все, что касается эпохи – прекрасно, все, что касается литературоведения - не дотягивает, хотя исторические прототипы комедии разбираются подробно и очень увлекательно. Но именно с литературоведческого ракурса автор лишь бросает поверхностный взгляд. Но на этом, пожалуй, все достоинства книги и заканчиваются. А начинается авторское творчество, оттого, что сведений о детстве Грибоедова практически никаких нет, Цимбаевой приходится додумывать, достраивать текст до ''правды'', которую она считает ''правдой'', и вот в этот момент, данная книга перестает быть научной, а становится художественной, в которой автор по-своему начинает выписывать героя, то, за что досталось книге Тынянова. В устах Цимбаевой Грибоедов предстает перед читателем таким ''всезнающим'' сфинксом: и своей ехидной статьей он заставил отказаться Жуковского от написания баллад (хотя Жуковский спокойно продолжал писать), и в военной политике Кавказа разбирался лучше Ермолова, и драматургию на новый виток вытащил, но тут автор как-то упускает из виду А.С.Пушкина с ''Борисом Годуновым'', вернее не забывает, а, опять же, пишет слегка вскользь, забывает поэмы и стихи Пушкина, которые создавались в 20-х годах, то есть Пушкин как бы существует, но в другом измерении. В огромный минус я ещё хочу занести совершенно нераскрытую тему декабристов: есть стандартный набор истории о декабристах, невнятно выписана роль Грибоедова, опять же(!) Пушкина и рядом нет с декабристами. То есть история Грибоедова и его окружения пишется из личных симпатий автора книги. Дивный прием. Не уделяется никакого внимания любви Грибоедова и Нины Чавчавадзе, хотя это одна из самых красивых и трагических историй любви, но Цимбаева позволяет себе легкую небрежность, называя две строчки, что оставила Нина на надгробии мужа – странными и высокими. То есть знаменитые слова Нины: Ум и дела твои бессмертны в памяти русской, но для чего пережила тебя любовь моя? - странные??? То есть автором книги не показана трагедия Грибоедова: его ''Горе от ума'' было запрещено и при жизни автора ни разу не было поставлено на сцене и сам Грибоедов остался автором легкомысленных пьесок-водевилей; не ощутила всю горечь утраты Грибоедовым друзей-декабристов; не ощутила тоску и горечь тюрьмы и всю горечь разочарования Грибоедова в российском обществе и как глоток свежего воздуха - Нина.

И вот это ощущение, что читаешь романизированную биографию писателя с абсолютно личностным отношением, но в каждой строчке которой звучит претензия на научность и на ''так оно и было на самом деле, уж я-то знаю'' – дико раздражает. И ещё, парочка ''вкусняшек'' от доцента исторического факультета МГУ. Не может быть биография ни научной, ни литературоведческой, ни исторической, если в ней встречаются такие пассажи:

Крылов, растолстевший и нарочито ленивый, прослушал все, выпучив глаза, и отделался незначащими замечаниями.

Пушкин сидел надутый и хмурый, как погода.

Посреди всеобщего ликования Грибоедов с Ниной ни на что не обращали внимания. Весь вечер и весь следующий день он почти не отпускал ее от себя; уединившись в укромном уголке, он учил ее целоваться все крепче и крепче.

Автор, конечно же, присутствовала и видела лично кто пучил глаза, кто сидел надутый и хмурый. Ну и самый возмутительный для автора научной биографии пассаж:

Достойнейшие люди России в бессилии оплакивали убитого друга; литература в лице Пушкина спокойно перенесла утрату драматурга.

То есть, Пушкин, Жуковский, Крылов, Гнедич – это не достойнейшие люди России? Прекрасно. Просто прекрасно. Не могу понять, что должен был делать Пушкин по мнению Цимбаевой? Застрелиться? Что? Но, повторюсь, если бы не акцентировалось внимание на том, что данная книга ''единcтвенная в своем роде'', ''научная биография'', ''вот так оно и было на самом деле'', то книга была бы вполне себе хорошей художественной биографией, увиденной с ракурса Екатерины Цимбаевой. А так...

P.S. И на сладкое оставляю случайно найденную сегодня утром статью Вячеслава Кошелева ''Блеск и нищета ''непреложных истин'' - опубликовано в 64 номере ''НЛО'' за 2003. Статья.

После близкого знакомства с Грибоедовым захотелось, чтобы таких современников было больше. Грибоедов мне запомнился еще со школы, потому что “Горе от ума” было единственным произведением на которое я написал сочинение действительно своими мыслями, а не копирайтом, как это обычно бывает. Благодаря дипломатии Грибоедова существуют нынешние Азербайджан, Армения и Грузия. Поэтому всем кому интересна история Востока обязательно нужно прочитать эту книгу. Параллельно с жизнью главного героя в книге интересно описаны Ермолов, Паскевич, Одоевский, Пушкин и многие современники того времени.

Думаю, каждый мечтал бы иметь такого друга, как Грибоедов. Оказывается он был великолепным пианистом и на протяжении всей жизни играл. В книге даже говорится, что Александру Сергеевичу многие советовали записывать сочиненные им на ходу произведения, потому как, они могли бы встать в один ряд с музыкой Глинки, - тоже, кстати, современником Грибоедова.

Вообще время описанное в книге было богато на молодые дарования. Многие сравнивают это время с Эпохой Возрождения. Вот как описывает автор:

“Последующие поколения совершенно утратили эту гармоничность мироощущения и не понимали, как можно вести себя одинаково на бале и дома, во дворце и на бивуаке, в кабаке и в тюрьме; как можно интересоваться несовместимыми вещами – драться, писать стихи, издавать журналы, заниматься политикой, наука и любовью – и все в одно время жизни, и всё не поверхностно, но с талантом, а подчас с гением. Таковы были некогда люди Возрождения, создавшие идеал гармонической личности. В России этот идеал повторился – может быть, в последний раз в истории человечества. Эта молодежь создавала новую русскую культуру, но так естественно, что ее представители почти не замечали своих усилий умудрялись весело проводить время, хотя потомки оценили их труд как воистину титанический"

В книге очень хорошо передан дух того времени:

“Петербургская светская молодежь бедствовала поголовно – страна после войны разорилась, деньги на половину обесценились. Молодые дворяне научились жить общим хозяйством: Брали взаймы друг друга из родительских денег и карточных выигрышей, даже в отсутствии приятеля, по принципу Грибоедова: "у меня нет ни копейки, а он верно бы со мной поделился"; кто не мог платить за квартиру, бесцеремонно переселялся к друзьям, и тебе не протестовали; трактирщикам и портным не платили, а зачем? Ведь не могли же они не обслуживать благородных клиентов?! Счета невидимо росли, но кого это беспокоило?”

В описании дел Александра Сергеевича ,особенно поразило, что в возрасте 24 лет, главный герой книги вел переговоры с фактическим правителем половины Персии, сыном Шаха, главой династии Каджаров, Аббас-Мирзой. Ему пришлось лично договариваться с Аббас-Мирзой, сыном Шаха об освобождении пленных русских и потом выводить их в Тифлис, на каждом шагу сталкиваясь с кознями персов, которые не могли открыто противиться, но и не хотели выполнять условия мирного договора, всячески затягивая процесс.

О гибкости ума Грибоедова-дипломата говорит тот факт, что Персия, в которой ему приходилось работать, как и современный Иран, очень необычная цивилизация:

“В первое время Грибоедов по приезде находился в растерянности: Каджары {правящая династия Персии} изъяснялись на тюркском языке, близком азербайджанскому и турецкому, персы говорили на фарси, а поэты и ученые (каждый перс – поэт или любитель стихов) предпочитали арабский”.

В своей политике, Грибоедов полагался больше на умение дипломатов, нежели военных. Он мечтал перейти к “политике влияния”, которую всегда проводили англичане в своих колониях. Перед наступлением русской армии, им была организована компания среди местных жителей с объяснением, что русское правительство воюет не с ними, а с шахом и его сыном.

“Паскевич выдал Грибоедову carte blanche: “что он скажет, то и свято”. У него были для этого свои причины. Накануне выступления он получил донесения, что Эриванская и Нахичеванская области обезлюдели, жители или сами ушли, или их силой угнали за Аракс. Генерал больше всего боялся не неприятеля, а голода и жажды в опустевшем крае. Поэтому он предоставил Грибоедову право действовать вопреки приказам императора. Начиная с 12 мая, Грибоедов по мере продвижения войск рассылал к ханам и старейшинам кочевых племен прокламации от имени русского командования. Они имели огромный успех. Племена не спрятались в горах, а напротив, охотно доставляли русской армии припасы. Грибоедов следил, чтобы солдаты за все платили и не допускал никаких обид. Даже Паскевич был доволен, что удалось внушить горцам “высокую мысль о нашем правосудии, которое нигде так не ценится, как на Востоке, ибо здесь оно реже, нежели где-нибудь”. 8 июня карабахский хан Мехти-Кули со всеми подданными перешел на сторону России, был прекрасно принят и тем внушил многим персиянам доверие к покровительству русских. Шадилинский султан со своими четырьмя племенами последовал его примеру, за ним еще несколько мелких правителей. Армяне встречали русских без всякой ненависти, поскольку искренне не любили Каджарскую династию из Азербайджана. Грибоедов иронически заметил, “что война идет самая человеколюбивая”.

В авторе “Горе от ума” одинаково хорошо сочетались драматург, дипломат, друг, музыкант и коммерсант. Для меня стало открытием, что Грибоедов собирался создать для прибыльного управления краем Закавказскую торговую компанию по образцу английской Ост-Индской компании, с деятельностью которой он постоянно сталкивался во все время своего пребывания в Персии.

Из книги я более подробно узнал о Чаадаеве, которого автор называет законодателем вкуса и любимцем матерей, ставивших Чаадаева в пример своим сыновьям. Стоит отметить, что и без наказов матерей большинство молодой аристократии равнялось на Чаадаева. Нужно будет обязательно прочитать про него.

Видел претензию к этой книге, суть которой заключалась в том, что автор слишком мало времени уделил личной жизни главного героя, его отношениям с Ниной Чавчавадзе. Но если говорить конструктивно, то вряд ли 3-м месяцам жизни в браке можно было уделить слишком много времени. Мне кажется, что кажущуюся недосказанность темы личной жизни, вполне могут компенсировать слова вдовы Грибоедова, написанные на памятнике у его могилы «Ум и дела твои бессмертны в памяти русской, но для чего пережила тебя любовь моя!»

Выдающиеся качества Грибоедова, как собеседника ни раз помогали ему находить общий язык с самыми упрямыми людьми. Эта тема очень хорошо раскрыта в книге. Жизнь Александра Сергеевича в очередной раз доказывает, что куда бы нас не забрасывала судьба, всегда можно найти интерес и пользу и прожить достойную жизнь.

В конце своих интервью Владимир Познер, часто спрашивает гостя, с кем из великих людей он хотел бы поговорить. После прочтения книги, мой выбор, безусловно Александр Сергеевич Грибоедов.

Два года назад я решила перечитать "Горе от ума" А.С.Грибоедова. И, как часто у меня бывает, мне захотелось узнать об авторе. Конечно, с краткой биографией Александра Сергеевича Грибоедова я уже была знакома, но хотелось прочитать о нем "настоящую" биографию (а не просто статьи в учебниках). Отметила для себя эту книгу из серии ЖЗЛ, посмотрела передачи о Грибоедове. Кстати, в одной из них (по-моему на канале "Культура") одним из гостей программы была Екатерина Цимбаева. Мне эта беседа ведущего и гостей так не понравилась (все друг друга перебивали, не слушали), что я как-то и книгу решила прочитать позже. И вот это наконец-то биография прочитана. В целом мне книга понравилась. Хотя могу отметить, что Е.Цимбаева в некоторых местах отходила в исторический уклон. Например, первые главы мне было читать не так интересно, ведь о детстве Грибоедова написано не очень много, больше о жизни людей в те времена, о происходящих событиях. Но говорить о такой личности как Грибоедов невозможно без описания исторических событий. Александр Сергеевич был знаком и дружил со многими интересными и великими людьми той эпохи. Он был близок с декабристами, старался им помогать как до восстания, так и после, работал и общался с Ермоловым, Паскевичем и другими военными людьми, с непростыми характерами и большими амбициями. Вел сложнейшие переговоры с правителями восточных стран и умел находить к ним подход, заключить сложнейший мирный договор, а где необходимо и надовить, припугнуть. Грибоедов был умнейшим человеком, разносторонне развитым, прекрасно образованным. Очень жаль, что жизнь многих людей, которые могли бы еще внести вклад в науку, повлиять на ход истории, создать великие произведения, да и просто помогать другим, обрывается так рано. Меня чтение книг о таких людях мотивирует, заставляет узнавать новое.