Повести и рассказы

«Я поклялась, что не дам больше никому власти над собою, что не буду служить этому варварскому старому закону ни примером, ни словом... Напротив, я говорю всем: делайте как я, освобождайтесь все, у кого есть руки и твердая воля! Живите одни – вот жизнь: работа, знание и свобода..»

Разыскивая книги для уже традиционных для меня мартовских чтений по теме борьбы женщин за свои права и свободы, я никак не ожидала встретить такую в русской литературе 19-го века. Слышали ли вы хоть раз фамилию этой писательницы? Я и не подозревала, что у нас в то время жили такие женщины и узнала о ней и ее творчестве из книги Женское освободительное движение в России. Феминизм, нигилизм и большевизм. 1860-1930 . А между тем книги ее достойны того, чтобы их читали и помнили, и очень обидно, что ее произведения не проходят в школе, так как она не только прекрасно писала, но и поднимала важные темы в своих книгах, многие из которых актуальны и по сей день.
Небольшой провинциальный городок. Времена Николая I. Для тех кто плохо помнит историю напомню, что это был правитель довольно жестко боровшийся со всяким инакомыслием, хотя по сравнению с тиранами будущего, наказание, которому подвергся Веретицын, может не показаться очень суровым. Его сослали «за стишки» в провинциальный N, он живет под надзором полиции и должен 7 лет работать простым чиновником за гроши. Но представьте себе, что вы мыслящий и стремящийся к деятельности молодой человек, привыкли к интеллектуальному обществу и жизни в столице. Из других произведений наших классиков вы уже имеете представление, что была за жизнь раньше в маленьких городках (да и сейчас только интернет и спасает), поэтому вас не удивят ни горечь его слов, ни нелюдимость (хотя кому-то все это может показаться нытьем).
Для Леленьки же поначалу жизнь проста и привычна. Ей 15 лет, она учится в «пансионе», хотя и живет дома. Она пока просто проживает день за днем, принимая окружающую ее действительность как силы природы – лишь прячась от разбушевавшейся порой стихии в книгах. Но случайная встреча у плетня (они с Веретицыным соседи) переворачивает ее мир до основания. Он от скуки поддразнивает молодую девушку, заставляя ее впервые задуматься о множестве вещей, и покорная до сего дня она решается на бунт. Подобная встреча для столь юной девушки не могла пройти бесследно, она, конечно же, влюбляется со всей силой. Но это не роман о любви (хотя эмоциональный накал и ее нравственные страдания описаны так сильно, что порой было больно в груди.)
Некоторые из важных тем этой относительно небольшой повести:
1) Образование. В первую очередь животрепещущий в то время вопрос о женском образовании. Но и в наше время актуальным остается вопрос – что мы учим в школе (и дальше) и зачем? Только ли для того, чтобы получить «корочку», порадовать маму и папу, или действительно получаем знания для жизни и то, что нам интересно? Развиваемся ли мы как личности, проходя обучение или нас лишь обтесывает система под нужный размер?
2) Проблема мужской ограниченности в вопросе отношения к женщине и тому, какая она должна быть, ее роли в обществе и семье. Веретицын вот вроде бы такой умный и прогрессивный, что даже пострадал из-за этого. Но его представления о женщинах, его идеал в любви – это все та же покорная мужу, подносящая ему патроны (я была поражена, что это выражение настолько старо, никак не ожидала встретить его в книге 19-го века), вдохновляющая и исправляющая его пороки. Елена возражает ему, что этому пути женщины следовали веками и - ничего, мужчины что-то все никак не исправятся, зато женщины, жертвующие собой, своими интересами и стремлениями, ради мужа и детей, жертвуют напрасно.
«О, подвиги! -- прервала Леленька.-- И тратиться на это? на уборку спальни для маменьки, на семейные примирения, на укрощение побоев! учить мужа азбуке! И это существу высшему...- Кому ж, как не высшему? -- возразил Веретицын.-- Низшие или не умеют, или брезгают! Высшее то и есть, которое жертвует собой до конца, и только жертвы совершенств ведут к чему-нибудь...- Несколько тысяч лет продолжаются эти жертвы совершенств! -- сказала Леленька.»«Рабство, семья!.. Женщина высшая подчинена какому-то доброму малому, пожертвовала собой для прихоти матери-эгоистки, примирила, то есть свела опять, двух дурных людей, чтоб они вдвоем больше зла наделали! Как-нибудь, среди стеснений, из-под насмешек передает что-нибудь человеческое детям... Но человеческое ли, здравое ли? Она передает им те же несчастные заповеди самоотвержения, от которых погибает сама! Заповеди покорности произволу».
Вот последнее меня поразило больше всего – уже в то время мыслящие женщины понимали, что если в семье нет равноправия, любви и уважения, то какая бы ты не была идеальная мать, то дети твои все равно усвоят не те уроки.
3) Тема свободы. В фем.группах часто выкладывают статьи и обсуждается вопрос о вредности мифа романтической любви. В этой книге Веретицын, не смотря на свой частый цинизм в речах, остается приверженцем того, что без любви и «жизни сердца» человек неполноценен. Елена же утверждает, что это ловушка, особенно для женщины, не приносящая счастья и, такой желанной для нее, независимости. В наше время женщине, на первый взгляд, не нужно делать такой выбор – брак уже не смертельная ловушка, всегда можно развестись, если что-то пойдет не так, доступны средства контрацепции. Но даже в 21 веке женщина, сознательно выбирающая одиночество, карьеру или творчество семье, подвергается осуждению (в то время как мужчина, живущий только наукой, например, всячески поощряется и им гордятся). Сколько споров и осуждения вызывают ЧФ люди и пары, а ведь это элементарное человеческое право – выбирать как жить.
Мне очень понравилось, что хотя писательница явно на стороне Елены и видит за такими как она будущее, она не стала делать из Веретицына злодея. Их диалоги – это столкновение разных идей, каждый из них прав по-своему, у каждого своя трагедия и своя судьба. Она в лучших традициях нашей литературы задает читателю вопросы, заставляет думать, а уж какое решение он примет, зависит только от него – благо в наше время это гораздо проще, чем в 19-м веке. Очень рекомендую к прочтению.

Еще одна «веселая» повесть о том, каково было быть женщиной в 19-м веке. В теории у наших женщин в то время было больше прав, чем у европейских. Например, они имели право наследования. Но, как красноречиво показано в повести, на практике воспользоваться этими правами могли немногие. Что толку получить в наследство часть имения, если ты понятия не имеешь как этим имением управлять, и де-факто ты полностью зависима от произвола отца или брата?
В повести показана типичная семья средней руки дворянина из глухой провинции. В семье все средства и внимание направлены на брата, сестры же получают крохи по остаточному принципу. Брат отправляется учиться в Петербург, сестры же получают полуграмотную француженку и предоставлены сами себе. К какой бы то ни было деятельности даже в деревне их не подпускают, чтение им почти не доступно, они только шьют до одурения, из «развлечений» - сходить на скотный двор или птичник. Не могут они и стать привлекательным товаром на брачном рынке – наряды им не покупают (баловство), никуда не вывозят. А значит выйти замуж и хотя бы так попробовать изменить свою жизнь они не имеют практически никаких шансов – за бедных чиновников или учителей, которые могли бы посвататься их не отдадут (это же позор и мезальянс), а мужчины с деньгами и титулом нигде их не увидят, да и не выберут себе таких, которые не умеют держаться в свете и плохо одеты. И остается им лишь влачить жалкое полусуществование, да еще и в компании с мамашей, которая буквально молится на своего сыночка, не замечая какое из него выросло чудовище. А сыночек этот живет себе в свое удовольствие, отжимая последнее у своих сестер и матери, он не только не мучается совестью, но и считает, что так и нужно жить. Он не только не получает никакого наказания за свои поступки, но, наоборот, до конца остается «рукопожатым» и уважаемым, его знакомства ищут, его влияния заискивают.
Читать очень было морально тяжело – токсичная семья, полная безнадега, братик этот в совершенстве владеющий приемами психологического насилия, и важно шагающий по головам. Но зато очень четкое осознание того, что права на бумаге ничто без реальных возможностей – равного доступа к образованию, профессиональной деятельности, и, главное, изменения отношения к женщине.

Сюжет этой повести не нов, его герои легко узнаваемы и по другим литературным источникам, да и в жизни встречаются и в наше время, и, скорее всего, будут встречаться всегда. Отец и сын, живущие по совершенно различным моральным установкам, попытка понять – бытие ли определяет сознание, или все же дрянной человек таким просто рождается. Повествование ведется от лица Сергея, который рассказывает нам о своей «нелегкой» жизни и о борьбе за место под солнцем. Стоит отметить тонкий психологизм писательницы, которая позволяет буквально залезть в голову и узнать все потаенные мысли ГГ. В жизни мы все немного притворяемся, все оправдываем собственные непорядочные поступки и многие считают себя умнее и лучше других. Взрослея, нормальный человек осознает, что это далеко не всегда действительно так, и что некоторым поступкам нет никакого оправдания. Но иногда что-то идет не так и вырастает законченный социопат (о том, кто это такие, как их распознать советую прочитать книгу «Социопат по соседству. Люди без совести против нас. Как распознать и противостоять» Марта Стаут ). То же самое происходит и с Сережей – он вырос в богатой семье своей тети, ему было дано от природы многое – и внешняя красота, и беглый ум, умение нравится людям. Но к сожалению, совершенно не было дано совести, сочувствия и любви к людям. Поначалу его даже жалко, поневоле соглашаешься с некоторыми его доводами о том, что в обществе, где царствуют власть денег, и в почете те, кто живут за счет других, где работать считается позорным и не достойным благородного человека, жить по законам совести просто глупо, поскольку это означает всю жизнь провести в нищете и работе за гроши, не приносящей ничего ни уму, ни сердцу. Но чем дальше ГГ рассказывает о себе, тем более отвратительной выглядит эта философия. Чем старше становится герой, тем он увереннее идет по головам, и тем горше становится за всех добрых людей, что становятся его жертвами. Интересно, кстати, что писательница верно подметила, что дети, в отличие от взрослых, гораздо быстрее разоблачают таких типчиков, возможно потому, что с детьми, с которых ничего не возьмешь, такие субъекты не дают себе труд притворяться. Но как же безоружны порядочные люди с широким сердцем! И особенно женщины. Нас с детства приучают, что мы должны быть великодушными в любви, что если любишь, то нужно принимать все и отдавать себя полностью, что нужно доверять своему сердцу и т.д. Повесть же и жизненный опыт доказывает совсем обратное – в делах любовных нужно, наоборот, как можно меньше верить своим чувствам, как можно чаще включать голову, верить не словам, а поступкам. И дарить свою любовь и делать добро лишь тем, кто этого заслуживает.

Люблю многих признанных классиков, но питаю слабость к тем русским писателям позапрошлого века, которые не стали предметом общеобязательного восхищения. Не говоря о том, что у них есть свое обаяние, они неизменно доставляют мне удовольствие редкого открытия. Такова и Надежда Хвощинская, талантливая рязанская писательница, подобно Жорж Санд скрывавшаяся под мужским псевдонимом В. Крестовского.
О чем она пишет? О провинциальной жизни славного города N., в котором нетрудно узнать все ту же Рязань. О мрачной эпохе ("были времена хуже - подлее не бывало!" - так говорит один из ее героев), когда можно угодить под надзор полиции за стихотворение. О судьбах девушек, живущих в этом мрачном мире или пытающихся от него спрятаться в мире книг и мечтаний. "Вы, по вашему обычаю, весь мир забудете с книжкой, - обернетесь, а этот мир перед вами - нечесаное чудище, и вы видите, что можно забыть его с книжкой, да спрятаться-то от него в книжку нельзя…" ("Пансионерка").
Героини Надежды Хвощинской - замкнутые девушки, одинокие даже среди большого семейства. Они не умеют приспособиться к мужскому доминированию, а попытки противостояния не всегда хорошо заканчиваются.
Патриархальный уклад, уж конечно, не мед и не сахар. Прасковья, Вера и Катя живут всеми забытые в глуши и бедности, пока их брат блистает в Петербурге ("Братец"). Леленьку собираются выдать замуж, не только что не спросив ее мнения, а даже не сообщив ей заранее имя жениха ("Пансионерка"). Деспотическая власть родни, постоянные попреки, домашнее насилие - всего этого героини Хвощинской получают по полной программе.
Среди мужских персонажей выделяется тип, в который писательница явно вложила все наиболее ненавистное ей в мужском роде. В молодости это Растиньяк отечественного разлива (Серж из "Первой борьбы" откровенно подражает этому бальзаковскому герою); строит из себя золотую молодежь, не имея на деле ни средств, ни связей, но зато и принципами тоже не заморачиваясь. В зрелом возрасте он превращается в домашнего деспота. По вине таких мужчин печальны для героинь финалы "Вьюги", "Братца", "Первой борьбы". Тут писательница иногда увлекается. Вот старые девы Прасковья и Верочка из повести "Братец". Приданого у них нет - все семейное достояние ушло на братца. Женихов/мужей не нашлось - снова из-за отсутствия приданого. Знакомых нет... Стоп, а в этом тоже братец виноват?
Подкупает то обстоятельство, что Хвощинская не щадит своих персонажей. Даже будучи сама убежденной феминисткой, своих единомышленниц она не идеализирует: свободная женщина в "Пансионерке" эгоистична и черства. Осуждая патриархат, писательницы тем не менее показывает привлекательный образ главы семейства, который и честнее, и умнее своего сына, воображающего себя утонченной душой и поэтом ("Первая борьба").

Свой разум искусив не раз

И сердце вопросив с участьем,

Мы знаем - всё прошло для нас

И далее не к лицу нам счастье.

Мы знаем, что напрасно ждем;

Одно прошло, пройдет другое,

И - хоть с печалью - сознаем

Благоразумие покоя.

Мы знаем, путь наш недалек,

Не всё душа мечты ласкает...

Так иногда дитя в песок

Цветы завялые сажает.

(Стихотворение Надежды Хвощинской, отлично отражающее стиль ее повести)

Какое-то время назад мне попалась статья про забытых русских писательниц 19 века. Мол, не одни мужчины писали книги. Стало любопытно. «Братец» нашелся в аудиоварианте, что и решило дело.

Надежда Хвощинская, как и две ее сестры – Прасковья и Софья, из небогатой дворянской семьи. Все они писали стихи и прозу, произведения публиковались (часто под мужскими фамилиями) в литературных журналах того времени. Своего рода сестры Бронте. Или Остин. Правда на слове «сестры» сходство, похоже, заканчивается.

Не знаю, как другие произведения Надежды Хвощинской, но «Братец» лишен и романтичности Бронте, и ироничности Остин. Это та русская литература, которая традиционно про страдания. А точнее, размышления на тему несчастной женской доли, где много отчаяния и никакого света в конце туннеля. Но при этом, как сейчас бы сказали, с явным феминистским оттенком.

Начало:

"Сельцо Акулево всего в двадцати верстах от губернского города N, но лежит оно на проселке, окружено оврагами; на пути, к нему находятся два косогора и один страшно крутой спуск к реке, так что сообщения с городом N и вообще с остальным населенным миром весьма затруднительны, а в грязные времена года почти невозможны. Но сельцо очень давно существует на свете, продолжает процветать -- стало быть, жители его не чувствуют неудобств своей пустыни, не нуждаются в городе".

Повесть рассказывает о провинциальной семье, в которой есть любимый мамочкой Братец, и три сестры – внимание, обучение и прочие блага которым достаются по остаточному принципу. Братец живет и учится в Петербурге, особо ни в сем себе не отказывая, барышни же прозябают в провинции, проводя время за рукоделием и перешивая старые платья. Ясное дело, братца они не особо любят. Впрочем, это чувство взаимно.

"Он знал их мало, но они хорошо его помнили. Когда он приезжал на вакацию, ему было девятнадцать лет, его сестрам -- двадцать и одиннадцать; третьей еще не было на свете. Он сказал только сестре Вере, что она ничего не знает и неграциозна, и заметил (при родителях) сестре Прасковье, что она могла бы заняться ребенком, что долг женщины любить детей и заботиться о них. Мать ахала от ума и сердца Серженьки. Маленькая Вера стала его бояться, убегала, встречаясь с ним в саду, а случалось, и пряталась. Прасковья Андреевна, скучая, как скучала бы всякая молодая девушка, осужденная провести лучшие годы молодости в забытой, глухой деревне, отважилась поговорить с братом; он был так учен, а у нее, несколько месяцев назад, была гувернантка -- невежда, но добрейшая девушка, которая ничему не учила свою воспитанницу и вместе с нею читала самые чувствительные стихи и восторженные, хотя и нравственные романы. Гувернантке отказали, под предлогом дороговизны и того, что Прасковья Андреевна сама может заниматься меньшой сестрой. Знал ли эту причину Сергей Андреевич, рекомендуя сестре это занятие, или ему вошло в голову сказать этотак,от дидактического настроения, но он попал на мысль и на желание родителей. Он как-то умел всегда попадать так ловко... Гувернантке отказали еще потому, что надо было посылать больше денег Сергею Андреевичу, переходившему на высшие курсы... Сестра знала эту причину. Выросшая среди хозяйства и счетов, она знала этот расчет, знала и то, что можно было бы оставить ей подругу, не разоряясь и не заставляя братца стесняться в чем-нибудь... да не беда была бы и отказать немного братцу: он не один!"

Его никогда не занимала судьба сестер. И дело даже не в том, что после светского Петербурга девицы, всю жизнь просидевшие у окошка гостиной, мало интересны. Просто мужчина настолько привык считать себя пупом вселенной, что девушек похоже даже слабо различает, а вспоминать о них считает и вовсе делом бессмысленным. Так что, когда одна из них собирается замуж, он реагирует на это так, словно создать семью собрался буфет в гостиной.

Братец изображен совершенно отвратительным типом – эгоистичным, самовлюбленным, да к тому же откровенно подлым. Распродать земли имения – как нечего делать, выманить у сестры приданое – ему деньги нужнее, ну а в финале он совершает уж совсем гадость.

При этом, что бы не происходило, мнение барышень никого не интересует, а попытки старших сестер противостоять Братцу оказываются практически бесплодными. И хотя текст психологически очень достоверен, и не вызывает сомнений, что именно такая ситуация зачастую и складывалась в бедных дворянских и чиновничьих семьях (да что говорить, и в современной нам жизни полно подобных примеров), есть в этом всем какая-то неизжитая травма и обида.

Финал довольно трагичен, никаких хэппи-эндов на потребу публике, один суровый реализм.