התגלית של הוגו קברה

"Кино - это сон, то грустный, то смешной. Но всегда прекрасный"...

Жизнь преподала мне урок. И вовсе не тот, на который я рассчитывал.

Если нет риска, то это не приключение.

У каждого механизма есть свое предназначение. Например, веселить людей, как игрушки Джорджа, или показывать время. А что, если с людьми так же? И когда человек перестает понимать свое предназначение, он ломается. Как часы.

СТРАННЫЕ ШУТКИ ИГРАЕТ С НАМИ ВРЕМЯ.
В жизни — как в ускоренном кино: не успел и глазом моргнуть, а кадр с младенцем в колыбели сменился сценой похорон... Кто-то проигрывает войны, а кто-то, напротив, выигрывает. Словно бабочки, вылупившиеся из кокона, люди из маленьких человечков превращаются в больших дядь и тёть.

Машины никогда не поставляют вместе с запчастями. В упаковке только то, что нужно для работы… И я подумал, что если мир — это большая машина, я не могу быть лишней деталью… Я живу в этом мире для чего-то.

Что такое время? Шестьдесят секунд — минута. Шестьдесят минут — час. Время — это всё.

Фотография - словно немое кино. Можно долго-долго смотреть и сочинять какую-нибудь историю.

А вот легенду о Прометее он слышал впервые. Прометей вылепил из глины людей, а потом похитил для них огонь с горы Олимп, чтобы те не погибли от холода. Ну вот, оказывается, даже легендарные личности могли позволить себе что-нибудь да украсть, для благого дела конечно.

- Я часто прихожу сюда по вечерам, — признался Хьюго. — Иногда просто любуюсь, а иногда представляю себе Вселенную — как огромный, хорошо отлаженный часовой механизм, в котором, как и положено, ни одной лишней детали. И тогда человеческая жизнь приобретает для меня особый смысл. Потому что мы родились не просто так, у каждого из нас своё предназначение и своя судьба.

- Когда жизнь человека становится бесцельной, — продолжал Хьюго, — разве он не похож тогда на сломанную игрушку?

Странное дело — когда находишься среди толпы, когда тебе насту¬пают на ноги, толкаются и шумят, возникает ощу¬щение полного хаоса. Но чем больше отстраняешься от толпы, тем больше понимаешь, что даже скопле¬ние людей — это огромный сложный механизм, в котором у каждого винтика своя функция.

Фотография — словно немое кино. Можно долго-долго смотреть и сочинять
какую-нибудь собственную историю...

Скопление людей - это огромный сложный механизм, в котором у каждого винтика своя функция.

СТРАННЫЕ ШУТКИ ИГРАЕТ С НАМИ ВРЕМЯ.
В жизни — как в ускоренном кино: не успел и глазом моргнуть, а кадр с младенцем
в колыбели сменился сценой похорон... Кто-то проигрывает войны, а кто-то, напротив, выигрывает. Словно бабочки, вылупившиеся из кокона, люди из маленьких человечков
превращаются в больших дядь и тёть.

Кто громко ходит, того забирают призраки.

Вот смотрю я в зал и вижу не знатных господ в смокингах, не дам, усыпанных бриллиантами и окутанных шелками. И не солидных банкиров я вижу, не скромных домохозяек с натруженными руками, не клерков и не продавцов. Передо мной маги и волшебники, русалки и феи, отважные путешественники и мечтатели. Я узнал вас - по раскрасневшимся щекам и наивному детскому блеску в глазах. А значит, сказка сбывается!

Да и вообще — как сложится его дальнейшая жизнь? Неужели его мечты не сбудутся? Ведь бывает, что у взрослых мечты не исполняются.

А рассказав, ему сразу стало легче: словно все детали механизма спешно заработали, часики ровно затикали, а чувства легко облеклись в слова.

Странные шутки играет с нами время.
В жизни как в ускоренном кино: не успел и глазом моргнуть, а кадр с младенцем в колыбеле сменился сценой похорон...