Джихад: террористами не рождаются

Довольно "тяжёлая" и неприятная биография. Жизнеописание двоих террористов с детства и до теракта. Один - немец, другой - палестинец. Они не были знакомы, жили далеко друг от друга, но их объединил ислам в самом негативном, радикальном прочтении. Автор подробно описывает путь каждого из них к одному из самых страшных и непостижимых явлений нашей реальности - терроризму. Но автор не делает никаких выводов из предоставленных фактов, а предлагает читателю сделать это самому. Я попыталась. Получается, что корень всех глубинных личностных бед человека - в семье, в детстве, в отношении родителей к ребёнку, в родительской любви. У обоих террористов были сложные отношения с отцом и матерью. Вывод: детей надо любить, разговаривать с ними, налаживать доверительные отношения. Это "золотое" правило. Огромное влияние на немецкого террориста оказала негритянская хип-хоп-культура, совершенно аморальная и дикая. Ничего не имею против хип-хопа, но автор описал принятые правила общения и мышления в соответствующей тусовке, которые у меня ничего, кроме омерзения, не вызвали. Дошло до того, что немецкий мальчик Даниэль стал стыдиться того, что он белый, и говорил, что у него "чёрное"сердце. А основная суть - разделение всего окружающего мира на "реальный"(правильный и настоящий) и "фэйк"(неправильный и ничтожный), не заслуживающий того, чтобы существовать. По-моему, здесь есть некая параллель с радикальным исламом, не находите? Конечно, путь становления немецкого террориста более интересен и показателен. Жизнь же пакистанского мальчика была постояннной борьбой за выживание в условиях затяжного арабо-израильского конфликта. А стать террористом-мучеником в Пакистане - это почётно!!! Они - герои, их уважают, а семьям террористов выплачивают государственные компенсации и пособия, на их примерах воспитывают детей. И как понимать тогда то, что радикальный ислам - это религия только отдельных преступных группировок?

Благодаря книге уяснила для себя разницу в понятиях "харам" и "халяль", "шахид" и "истишхади", малый и большой джихад.

Но есть одна цитата, которая просто "убила":

Во время ирано-иракской войны многие из детей носили на шее ключ. Им говорили, что он открывает ворота в рай. Они знали, что их ожидает на том свете. "В раю есть фрукты, которых здесь нет. Там тебя ждут ангелы. Там есть вода, совершенно чистая вода. Здешняя жизнь длится только сегодня и завтра. Всё самое главное ждёт нас в раю", - так говорили детям солдаты. У иранской армии не было оружия для детей. Их посылали на минное поле, чтобы мины взрывались под тяжестью их тел.

Можете предствавить себе такую ситуацию во время ВОВ: чтобы красноармейцы послали детишек на минное поле?

Для начала - несколько цитат:

Даниель выбрал имя Джихад. В арабских странах, в отличие от Запада, это имя встречается часто. Потому что в западных странах мало кому известно, что у этого слова много значений. В немусульманском окружении Даниеля слово джихад почти всегда ассоциируется со "священной войной".

Оба слова истишхади и шахид (во множественном числе шухада), означают мучеников, но эти понятия существенно различаются. Шахидом, например, можно назвать и того, кто случайно погиб в перестрелке. В Средние века шахидами называли даже жертв чумы. А вот истишхади относится только к человеку, который сознательно стремится стать мучеником, например совершив теракт. Слово шахид переводится как "свидетель". В случае теракта шахид - это тот, кто что-то " свидетельствует" своей смертью.

В общем, книга о мусульманстве и его различных течениях в разных странах. Присутствует политика: Иран, Ирак, Чечня, Афганистан, в особенности Израиль, Палестина и Германия. Сильно внушаемым не рекомендую: вдруг вероиповедание поменяется :)

Книга политолога, доктора наук и писателя-публициста Мартина Шойбле представляет собой исследование причин, побуждающих к вступлению в террористические группировки и совершению терактов, основанное на биографиях двух совершенно разных парней, выбравших для себя этот путь.

Мартин Шойбле при участии Бритты Циолковски, ответственной за вопросы ислама в книге, рассказывает нам о том, что не существует одного общего для всех пути к радикальным исламистам, и, вопреки расхожему мнению, террористами не рождаются — не все мусульмане обязательно выбирают этот путь. В качестве примера выбраны судьбы простого немецкого мальчишки Даниэля, выросшего в обеспеченной и благополучной стране и Саида, палестинца, росшего в бедном регионе, постоянно подвергавшемся атакам израильтян. Ребята не были знакомы, жили очень далеко друг друга в разных условиях и обстоятельствах, но оба они встали на путь джихада. Почему?

Очень понравилось как автор простым и доступным языком объясняет основные понятия ислама, рассказывает, что такое джихад, шахид, истишхади, в чем разница между словами «харам» и «халяль», зачем различные группировки берут на себя ответственность за теракты, как организована террористическая сеть и почему часто происходят столкновения между различными группировками, ведь, казалось бы, у них одна цель?

При исследовании биографий героев автор старается охватить все аспекты их жизни, начиная с самого рождения. В какой момент судьбы мальчиков свернули не туда? И можно ли было что-то исправить и изменить? Кто всему виной? Не обошлось без осуждающих ноток в рассказе, но так как книга адресована подросткам, без таких нот не обойтись — рассказывая историю со стороны, без малейшего своего к ней отношения, автор рисковал излишне романтизировать образы героев, что для подрастающего поколения может быть опасным. Здесь же четко и ясно дают понять, что такое хорошо, а что такое плохо.

Очень нужная и важная книга, и, хоть написана она в 2011 году, не теряет своей актуальности. Еще раз хочется подчеркнуть, автор ни в коем случае не выводит общий для всех путь к терроризму, это всего лишь пример. Путей масса. Книга — информация к размышлению. И обязательному обсуждению с детьми.

Случайная цитата: Даниель выбрал имя Джихад. В арабских странах, в отличие от Запада, это имя встречается часто. Потому что в западных странах мало кому известно, что у этого слова много значений. В немусульманском окружении Даниеля слово джихад почти всегда ассоциируется со «священной войной».