
Книжные ориентиры от журнала «Psychologies»
Omiana
- 1 629 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Моё мнение о том, какую оценку я поставлю этой книге, колебалось множество раз во время чтения. Признаюсь, в какой-то момент я даже успела заскучать, но, дочитав до конца, всё-таки ставлю высший балл.
Дневники эти писались не для публикации, об этом легко можно догадаться, читая их содержание. Да, Геббельс писал дневники, предварительно договорившись и взяв аванс у издателя, на публикацию своих рукописей надеялась и Анна Франк в своём убежище, но Софья Андреевна – не тот случай. Именно поэтому сразу стоит настроить себя, что развлекать читателя здесь никто и не собирался, и здесь найдут своё отражение те мысли и действия, которые дороги самому автору. Стоит отбросить надежды на то, что Софья Андреевна расскажет о творческом полёте мыслей своего гениального мужа, или о том, как продумывались сюжетных ходы в романах. Более того, две трети книги – это беспокойство и забота о «Лёвочке» и детях, а иногда и вовсе описание каких-то бытовых вещей - что ели на ужин, чем болели, кто приходил в гости.
Тем не менее, стоит отметить, что у Софьи Андреевны есть задатки писательского таланта, и часто попадаются очень глубокие философские мысли. Пожалуй, больше всего запало в душу размышление С.А. о войне, куда она отправила родного сына:
Редко когда СА высказывается о произведениях мужа, тем не менее, помнится, что она отмечала, как ей понравилась «Власть тьмы», её разочарования от чтения дневников Льва Николаевича.
Нельзя не заметить мудрость и рассудительность Софьи Андреевны, умении найти баланс (насколько это было возможно) между порывами мужа и нуждами семьи, она говорит и о хитрости издателей, или своём разочаровании, и покорности, что плата за повесть или роман ушла в чужой карман и семье придётся себя существенно ограничить.
На мой взгляд, самая трепетная часть дневника - это записи о войне, 1905 годе (существенно урезан) и Черткове. Ворвался в их жизнь проклятый Чертков, овладел сердцем Льва Николаевича, рухнуло доверие. Чувствовала Софья Андреевна и близящееся предательство дочери – это буквально пророческие строки, шокирующие своей точностью.
Несмотря на слова об «истеричности» Софьи Андреевны в послесловии, у меня ни на секунду не сложилось впечатления о том, что Автор дневников теряет рассудок и скатывается в эмоции. Нет, это писала женщина несчастная, но сильная и стойкая. Всё мне хочется сравнить её с Анной Сниткиной - благодаря им, способным отдать свою жизнь во служение, мы обязаны таким богатым литературным наследием двух всемирно известных гениев.
Подытоживая, призываю вас не сомневаться и прочитать эти дневники. Чтение не из лёгких, порой удручающее, но полезное.

Л. Н. Толстого многие считали , считают и будут считать великим писателем, философом, мудрым, духовным наставником, гением и вообще чуть ли не святым человеком.
Но каким Толстой был на самом деле, в личной жизни большинство людей не знали и не знают до сих пор.
Настоящую правду личности Толстого знали только самые близкие.
Дневники С. А. Толстой , открывают нам страшную правду, которую обычно умалчивают, скрывают биографы, исследователи Л.Н. Толстого стараясь представить нам Толстого в более положительном виде.
То что я узнавала из дневников Софьи Андреевны в процессе чтения иногда повергало меня в настоящий шок!
Я и раньше знала, что Толстой относился к жене и детям достаточно холодно и сурово, но на самом деле все было намного хуже.
Л.Н . Толстого был тиран, деспот, лицемер, мизогинист с манией величия и вседозволенности. И оправдывать это гениальностью совершенно не допустимо. «Он гений, ему можно простить все говорят поклонники Толстого »
Я считаю, нельзя лицемерие, мизогинию, эгоизм , психологическое насилие оправдывать гениальностью.
Вся его философия построена на противоречиях.
Он всегда говорил одно , а делал другое.
Как зная это можно серьезно относится к его философии и считать мудрым, духовным человеком?
Чтобы не быть голословной приведу несколько цитат из дневников Софьи Андреевны.
«Теперь второй час ночи. Левочка ушел на какое-то заседанее, не знаю по поводу чего. Я овсянку ему сейчас варила и вклеивала корректурные листы. А у них там разговоры.
А завтра в 8 утра я буду температуру мерить Ванечке (речь идёт о младшем сыне, который часто очень тяжело болел), а Левочка будет спать. Потом он пойдет воду возить, не зная даже, лучше ли ребенку и не утомлена ли слишком мать.
Ах как он мало добр к нам, к семье! Только строг и равнодушен.
А в биографии будут писать, что он за дворника воду возил, и никто никогда не узнает, что он за жену, чтобы хоть когда-нибудь ей дать отдых, ребенку своему воды не дал напиться и пяти минут в 32 года семейной жизни не посидел с больным ребенком, чтобы дать мне вздохнуть, выспаться или просто опомниться от трудов»
«Сегодня меня поразило в записной книге Льва Николаевича, что он пишет о женщинах «Если женщина не христианка - она страшный зверь». Я всю свою личну жизнь отдала ему в жертву, подавила в себе все желанья - хотя бы к сыну сеъздить, как сегодня, и так всю жизнь.
А муж мой везде видит зверство.
Зверство настоящее в тех мужчинах, которые ради своего эгоизма поглощают всецело жизнь жен, детей, друзей - всех кто попадаются на пути их»
«Вообще все отрицалось , когда здоровье его было, а при первой серьезной болезни - все пущенно в ход. По три доктора собираются почти через день: уход трудный, нас много, и все утомлены и заняты, и жизнь личная всех нас, поглощена болезью Л. Н. Он прежде всего писатель, излогатель мыслей, но на деле и в жизни - слабый человек.
Меня бы мучило то, что я писала и говорила одно, а живу и поступаю совершенно по-другому, а его это кажется не очень тревржит. Лишь бы не страдать, лишь бы жить, выздороветь»
«Л.Н с усмешкой, при большом обществе начал обычно бранить медицину и докторов. Мне было противно (теперь он здоров), но после Крыма и девяти докторов, которые самоотверженно, умно, внимательно, бескорыстно восстановили его жизнь, нельзя порядочному, честному человеку относиться так к тому, что его спасло.
Я бы молчала, но тут Л.Н. прибавил, что Руссо сказал, что доктора в заговоре с женщинами; итак, я была в заговоре с докторами. Тут меня взорвало. Мне надоело играть роль ширмы, за которой прячется мой муж.
Если он не верил в лечение, зачем он звал, ждал, покорялся докторам?»
«Говорил сегодня Л.Н., что идеал христианства есть безбрачие и полное целомудрее. На мое возражение, что два пола созданы Богом, по его воле, почему же нужно идти против него и закона природы, Л.Н. сказал, что кроме того, что человек есть животное, у него есть разум
и этот разум должен быть выше природы и человек должен быть одухотворен и не заботиться о продолжении рода человеческого. В этом его различие от животного.
И это хорошо, если бы Л.Н. был монах, аскет и жил бы в безбрачии. А между тем по воле мужа я от него родила шестнадцать раз: живых тринадцать детей и трех неблагополучных»
Многие скажут: «нужно отделяться личную жизнь и творчество писателя»
На это я отвечу : Жизни и творчество писателей тесно связаны между собой. Одно без другого невозможно понять.
Чтобы понять творчество, нужно знать биографию и личную жизнь писателей.
На мой взгляд Величие, гениальность мудрость Толстого
слишком сильно преувеличено.
Спасибо Софье Андреевне за то что, решилась писать и дала согласие на публикацию этой страшной правды.
" День именнин- день предложения мне Льва Николаевича.
И что сделал он из восемнадцатилетней Сонечки Берс, которая с такой любовью и доверием отдала ему всю свою жизнь? Он истязал меня своей холодной жестокостью и своим крайним эгоизмом» - 17 сентября 1910 год.

Прекрасное издание, "Захаров" пишет, что полное (надеюсь). Хотя всегда почему-то публикуют дневники С.А. только с момента свадьбы и до смерти Толстого. А я бы почитала и дневники юности, если они сохранились. Но думаю, что самые поздние наверняка должны быть: как-то упоминают какие-то записи, сделанные С.А, после смерти Толстого. Интересно, как жила она одна, легче ли ей стало жить или тяжелее. О чем она размышляла в последние годы.
Вообще удивительно, как из любящей, любимой, веселой и энергичной девушки в начале дневников С.А. превращается в нервную, подозрительную, истеричную женщину. Несмотря на то, что писали о ней ее современники, она вызывает какую-то симпатию. Видно, что вся жизнь ее сосредоточена в заботе о семье, причем заботе реальной: как прокормить, какое дать образование и т.д. При том что Лев Николаевич после своего духовного перерождения от насущных вопросов отстранился. Для меня удивительно, что ей вменяли эту в вину. Как будто хотели, чтобы она была Марией из известной христианской притчи, хотя она просто вынуждена была быть Марфой. Ну и как Марии смогут существовать без Марф?

«Всякий спросит: «Но для чего тебе, ничтожной женщине, нужна была эта умственная или художественная жизнь?»
На этот вопрос я могу одно ответить: «Я не знаю, но вечно подавлять ее, чтобы материально служить гению, - большое страдание». Как бы ни любить того человека, которого люди признали гением, но вечно родить, кормить, шить, заказывать обед, ставить компрессы, тупо сидеть молча и ждать требований - это мучительно, а за это ровно ничего, даже простой блогодарности не будет, а ещё найдется многое, за что будут упрекать.
Несла и несу я этот непосильный труд - и устала»

«Живые гении, пока они не сбросили с себя материальную оболочку и не перешли своими произведениями в историю, созданы для того, чтобы поглощать все существование этих, якобы не понимающих их близких домашнего очага.
Гению надо создать мирную, веселую, удобную обстановку, гения надо накормить, умыть, одеть, надо переписать его произведения бессчётное число раз, надо его любить, не дать поводов к ревности, чтобы он был спокоен, надо вскормить и воспитать бесчисленных детей, которых гений родит, но с которыми ему возиться скучно и нет времени, так как надо общаться с Эпиктетами, Сократами, Буддами и т.п. и надо самому стремиться быть ими.
И когда близкие домашнего очага отдадут молодость, силы, красоту, ВСЕ на служенее этих гениев, тогда их упрекают, что они не довольно ПОНИМАЛИ гениев, а сами гении и спасибо никогда не скажут, что им принесли в жертву не только свою молодую, чистую жизнь материальную, но атрофировали и все душевные и умственные способности, которые не могли ни развиваться, ни питаться за неимением досуга,спокойствия и сил»


















Другие издания


