Цитаты из книги Анафем

– Нам угрожает инопланетный корабль, начинённый атомными бомбами, – сказал я. – У нас есть транспортир.
– Ладно, я сбегаю домой за линейкой и куском бечёвки.

Главное, чтобы ты видел и любил красоту прямо перед собой, иначе у тебя не будет защиты от уродства, подступающего со всех сторон.

Я доизумлялся до того, что больше не могу. Мне надо выбрать максимум два повода для изумления.

Прехня — речь (обычно, но необязательно, коммерческая либо политическая), в которой используются эвфемизмы, сознательная расплывчатость, отупляющие повторы и другие риторические уловки, создающие впечатление, будто что-то и впрямь сказано. Син.: брендятина.

Любая душа способна породить целый мир.

Кто-то всё время заново изобретает колесо. Ничего стыдного в этом нет.

Работа – единственный способ превратить ярость обратно в горе.

Знания не делают нас лучше или мудрее.

Мода на подозрительность усиливалась и слабела в зависимости от степени нелюбви к иерархам.

Язык, теорика и проч. суть игры с символами , лишенными семантического содержания.

Есть ли разница между болью и впечатлением боли?

Размышляя о своих злодеяниях, он постоянно вспоминал невинно убиенную девушку, которая столько всего могла совершить, а теперь не совершит. Ибо любая душа, сказал Осуждённый, способна породить целый мир, такой же большой и многообразный, как тот, в котором живут они с Магистратом.

- Вам нужен транспорт? Инструменты? Что-нибудь еще?

• Нам угрожает инопланетный корабль, начиненный атомными бомбами, - сказал я. - У нас есть транспортир.

Можно быть уверенным в надёжности обороны, лишь если подвергаешься непрестанным атакам.

Красота пробивается, как луч сквозь облака

При всей своей тупости я наконец сообразил, что наш подрост из тридцати двух фидов последний раз собрался вместе. Девочки с их невероятной чуткостью к таким вещам отреагировали слезами, мы по нашей столь же феноменальной толстокожести понимали только, что девчонки, которые нам нравятся, плачут.

– Знаешь, как отличить настоящего демагога?
– Не знаю. Ну?
– Ты ничего не замечаешь, пока кто-нибудь, старший и мудрый, не скажет: да это демагог. И тогда тебе хочется провалиться сквозь землю.