Raven's Shadow

Где великие дары, туда приходит великая беда.

– Земля бессмертна, мастер Виллон, и земледелец обладает частью этого бессмертия.

– Мой отец всегда говорил, что слишком много слов обесценивают силу сказанного.

Он рассмеялся, и тут же застонал.
– Почему первое, что делают после того, как тебе переломают ребра, обязательно начинают смешить?

– Зло всегда должно быть побеждено, – сказал Таер. – Если ты не сражаешься, значит, ты часть этого зла.

...если ты не споришь, тебя не смогут ввести в заблуждение.

Знакомый не понаслышке с работой магов, Таер решил не заниматься расспросами о магии – он давно понял, что после всех объяснений понимания оставалось еще меньше, чем в начале.

Его старый командир как то сказал, что знания выигрывают больше сражений, чем мечи.

Истерический смех, заполнивший все пространство, напомнил ему состояние после битвы, когда люди совершают безумные поступки, о которых потом всю оставшуюся жизнь пытаются забыть.

– Что это? – спросил Защитник.
– Память Ворона, – ответила она. – Дух мщения – хотя я никогда раньше не видела эту субстанцию такой плотной. Он почти как живой.

– Сегодня, – сообщил Сэре Таер, – на моем лице тепло солнца. Давай оставим все неприятности на завтра.

Она важно объяснила, что сами книги не являются злом, и то, как люди распоряжаются собранными по крупицам знаниями, не может служить причиной осуждения книг.

Каждая птица представляла собой шесть орденов Цыган.
– Вот все Пять, – тихо произнес Волис на языке, который Сэра не слышала со дня смерти своего брата. – Жаворонок – целитель, Большой Баклан управляет погодой, Сова – мудрость и память, Ворон – маг, Ястреб – охотник. И над ними всеми сидит в ловушке во тьме тайный бог, забытый бог.

– Они пытаются разрушить личности этих ребят, – наконец ответил он, – превратить их в нечто менее значительное, чем они могли бы стать на самом деле.

. Душа пыталась сказать ей другое, сказать, что ей, живущей в маленькой деревне Таера в относительной безопасности, никогда не было здесь места, что ее место там, в мире, что она должна защищать тех, кто себя защитить не может.