Deathless

Что. Это. Было?

Мне очень нравится, что американские писатели так интересуются русской культурой и историей. Нравится, что они стараются придать знакомым всем с детства сюжетам какой-то новый облик, переработать или добавить что-то своё. С «Бессмертным», на мой взгляд, получилось уж слишком. В начале я была в восторге от того, как Валенте решила смешать фольклорные мотивы с послереволюционным Ленинградом и коммунистическим строем, а потом эта мешанина перестала мне казаться необычной и глубокой. Потому что это – мешанина. И даже если главная героиня, Марья Моревна, проходит классический сказочный путь с добавленными Валенте коммунистами, Второй Мировой войной и периодической попыткой уйти в философию, я всё равно не смогла принять эту книгу, даже когда сердце билось от красивого, витиеватого слога автора, смесью Пушкина, фольклора и чего-то нового, жёсткого и тёмного. Марья Моревна, Кощей Бессмертный, румяный Иван, домовые, жар-птицы и сказочный Буян – всё это было узнаваемым, родным, но абсолютно не соединяющимся воедино.

Стоит сказать, что всё же работа над книгой была проведена значительная: классическое кумулятивное фольклорное построение сказки перемешивалось с потрясенным после революции Ленинградом (а после – даже блокадным), и пусть это всё было чудно, принять сказочность среди происходящего тогда ужаса представлялось возможным, уход от реальности в сказку – тоже. На страницах романа очень много горячих и немного неприятных сцен, и от этого, опять же, снова было странно – лично мне не хотелось знать о подробностях сексуальной жизни Кощея или Бабы Яги, ровно и как видеть акценты нас сексе с человеком и нежитью. Это всё создало уникальную и непонятную для меня историю. Выбор Марья между Жизнью и Смертью – главная философская дилемма всей книги. И мне непонятно, почему кровожадная, тёмная Марья с винтовкой наперевес тянулась к жизни, а Кощей местами вёл себя как подросток. Когда всё кончилось, я поняла, что это было очень странное фэнтези с замахом на то, что мне понять не под силу. Знаю, что многих проняло.

Сегодня не будет долгих вступлений и раписнаний, потому что сложно вступить в книгу, переполниться ею до краёв и не расплескать воды через слова.

Схожее чувство в последний раз было при прочтении "Белой Согры" и "Детей Стекольщика". Что-то на понятном и бесконечно далёком, что ты всегда знал и не видел или видел, но позабыл. Ведь чтобы проверить жизнь на правдоподобие, нужно вернуться к тому, в чем всегда был уверен.

Но даже привычные сюжеты могут обернуться змием на шее и только попытки хватануть воздуха подскажут, что уже поздно бороться и война закончилась.

До момента написания рецензии была уверена, что это что-то на "отечественно-литературном". Ибо заявили дикий привкус клюквы на губах. Возможно, где-то это и проявилось, но, видимо, прошло мимо меня в ворохе метафор, аллюзий и переосмыслений. Привычные герои стали старше и взрослее, и законы мира начали действовать жёстче и обрели смысл.

Никогда не задумывалась о Бессмертном, как о проявлении именно Жизни. Цикла, что кажется непрерывным и непримиримым. Как и о том, как многое под силу простой усталости. Этот повторяющийся разговор Моревны с сёстрами, эти поучения Звоночка и Яги сплетаются в столь знакомый узор, что хочется выйти в февраль и укутаться в лёд.

И ты знаешь, что будет дальше. И автор знает. И герои знают. Но все всё равно идут к предсказанному финалу, потому что сюжет должен быть закончен, ведь иначе нет смысла. Но любое яйцо в какой-то момент разобъётся, чтобы заменить декорации, и даже за Бессмертным есть кому прийти.

Но это не финал. Иначе бы птицы не вили бы раз за разом гнёзда, создавая миры. Иначе бы не приходилось прикалывает детство на булавку, гнуть волю, подавлять и отдавать. Иначе бы война исчезала бы, а щиты не требовались.

Война идёт всегда. Вопрос только где она сейчас?

До "Бессмертного" я читал у Кэтрин Валенте только две части цикла о девочке Сентябрь. Эти истории напоминали гобелены, сотканные из сказок, легенд и историй со всего мира, объединенные фантазией и интеллектом гениальной писательницы. В истории о Марье Моревне русские сказки и легенды переплетены с настоящей историей России, с русской ментальностью и культурой.

Не могу однозначно сказать о чем эта книга. Это история о любви жестокой, жадной и опустошающей и любви покорной, верной и кроткой. История о войне: реальной и метафизической. История о жизни, история о смерти. История о России.

Читать эту книгу было сложно витиеватый, богатый на сравнения и эпитеты язык Валенте как деготь тянулся и пачкал. Одновременно с этим сюжет затягивал, как трясина. История не отпускала и, кажется, не отпустила до конца даже после прочтения. Жду, когда выйдет вторая часть Ленинградского диптиха "Матрешка".

«Бессмертного» хочется причислить не к фэнтэзи, а к магическому реализму: история начинается в Ленинграде после революции, когда буржуйские квартиры стали уплотнять, превращая их в коммуналки – те самые, что живы до сих пор в центре города, с четырехметровыми потолками и ванной на кухне. У окна в комнате коммуналки сидит Марья Моревна и ждет птицу, которая ударится оземь, обернется добрым молодцем и женится на ней.

Как и многие русские читатели, в какой-то момент я пошла погуглить биографию Кэтрин Валенте – нет ли у нее славянских корней? Нет, ничего такого. Просто некоторые умеют делать ресёч (I’m looking at you, Leigh Bardugo).

По-моему, переосмысление истории и сказок получилось аутентичным – пионерские галстуки, партсобрания домовых, Кощей в черной униформе. И да, это не янг-адалт всё-таки – и секса, и кровищи, и дисфункциональщины в «Бессмертном» полно, не говоря уж о довольно жутких главах о блокаде Ленинграда, голоде и смерти. «Бессмертный» только начинается как сказка, но затем довольно стремительно становится фантасмагорией с элементами БДСМ. Ближе к концу есть внезапный кусок (притча, может?), где Марья с Кощеем, а также Ленин, Николай II и еще всякие там деятели вместе живут в сказочной деревне – и это уже, как по мне, где-то на границе с горячечным бредом. Если бы мне нужно было придумать «Бессмертному» саундтрек, я бы без вариантов поставила «Пляску смерти» Сен-Санса.

Портят «Бессмертного», на мой взгляд, две вещи – неровное повествование, в котором ты местами буксуешь и полностью отрываешься от истории и героев, и слабый финал. Я уже через месяц после прочтения не могла вспомнить, чем дело кончилось. Ну и вот это странное ощущение в итоге – читать интересно, а перечитывать не тянет.

Больше рецензий в телеграм-канале Keep Calm & Young Adult

Книга Кэтрин М. Валенте "Бессмертный" попалась мне на глаза в тот момент, когда я была под большим впечатлением от другой только что прочитанной книги и мне было так сложно начать что-то новое. Я скептически читала отзывы, но интуиция меня не подвела. Это стоило того, чтобы прочесть!

Книга пропитана страстью и печалью, плотью, кровью и металлом, неодолимой жаждой жизни и торжеством смерти.
Волшебные сказки органично переплетаются со страшной правдой жизни. Тут тебе и Ленинград, и партия, и пионерский галстук, и немцы, и Владимир Ильич, и голод со смертью. И тут же Буян и Кощей, и Баба Яга, и птица Гамаюн, и Лихо, и домовые с лешим, и Вий - царь Смерти. И Марья Моревна в обоих этих мирах: прыгает из одного в другой, а то и перемешивает их.

Смерть - она везде смерть, любовь - она и у чертей и у людей любовь. Только у чертей она чёртова. И у людей она тоже иногда чёртова. С поцелуями до крови и кандалами(и я даже не БДСМ сейчас имею в виду).

И пусть всё перевёрнуто вверх тормашками и так похоже и в то же время непохоже ни на что другое, это всё настолько потрясающе, что несовместимые на первый взгляд вещи не смущают. Нет, смущают! И ещё как. Но если принять правила игры, то она захватит вас с головой.
Эта книга из тех, которая может либо безумно нравиться, либо не нравиться до тошноты.

Дочитать эту книгу у меня, к сожалению, или всё же к счастью, не получилось. Перебороть ощущение брезгливости, которое стало преследовать меня со второй главы, я так и не смогла.
А ведь всё так хорошо начиналось. Первая глава была просто чудесным обещанием. Сильная (нет) главная героиня, любопытный сказочный зачин, да и место действия поначалу даже интриговало.
Однако дальше пошло такое лютое мракобесие, нагромождение всего и всея, что продолжать чтение стало просто невозможно.
Однозначное разочарование этого года.

Об этой книге на русском BookTube не говорит только ленивый или тот, кто очень четко специализируется на узкой литературной тематике.

Несмотря на то, что я люблю отдохнуть с подобного рода книгой на коленях, стандартные слова про блокаду, в которую вписаны мифы и легенды славян - это как-то "эээээ".

И вот, совершенно внезапно, я просто решилась и купила. И я вам скажу, что я и все до единого блогера, обзоры которых я видела в YouTube читали разные книги!

Начнем с начала. Впервые упоминание о блокаде появляется на 173 странице, как предсказание будущего! Сама блокада начнется на 366 странице, а всего в книге их 475... История же наша начинается в Санкт-Петербурге, который спешно переименовали в Петроград, то есть, как вы понимаете, она начинается в Царской России времен первой мировой войны. Большая часть действий в книге приходятся на 20-е - 30-е годы. Автор то и дело раскидывает нам даты, намеки, ориентиры. Как волшебный клубок, за которым нам остается только бежать.

Книга "Бессмертный" - это роман - эпопея (учитывая временной отрезок от приблизительно 1914 до приблизительно 1944). Но еще больше - это роман - загадка. на его страницах ваш ждут не только Баба Яга и Лихо, Марья Маревна, Иван-дурак и Кощей Бессмертный, домовые и лешии, мавки и сама царевна Лебедь и так далее и так далее. Но вы увидете Лаврентия Берию, в образе сказочного персонажа, и Кирова, вполне себе в своем образе, Сталина, в качестве двух разных персонажей, и Гитлера. Владимира Ленина и Надежду Крупскую. Николая Второго с супругой и даже Григорием Распутиным.

Все персонажи на своих местах. Все герои тактично и логично вписаны в канву истории, которую уже и не понятно кто рассказывает Валенте или Гамаюн или уже сам Алконост.

Просто удивительно как иностранке удалось проникнуть под кожу русского человека и рассказать его историю так, что читаешь, и замирает сердце.

Удивительная интерпретация народных русских сказок через призму революции, второй мировой войны и блокады Ленинграда. Все завернуто, переплетено, вывернуто. Сюжет есть - любовь Кощея Бессмертного и Марьи Моревны - но он, кажется, не главный, просто нить, на которую нанизываются образы: птица Алконост с добрым сердцем и нежными руками - Царь птиц, Баба-Яга, роскошная, жестокая, пропахшая сигаретами и водкой - Царица ночи, Кощей Бессмертный, высокий, тонкий, как юноша, с серебряными звездами в черных кудрях - Царь жизни.

Домовые устраивают реввоенсовет, русалка выходит жить к людям и умирает от голода в Блокаду, Иван Дурак служит в ЧК, целая армия Елен прекрасных ткет на ткацкой фабрике тряпичных солдат для бесконечной войны между смертью и жизнью.

А самое удивительное, что книга написана американкой, но так глубоко понять русский фольклор не каждый русский филолог-славянист бы смог.

Хотя иногда (часто) одолевает вопрос - что курил автор? Но читать это не мешает.

Поначалу стиль и зыбкое, сновидческое повествование напоминали мне Павича. Потом, когда сказочная реальность стала чередоваться с жестью русской истории начала 20 века, пошел как будто бы Пелевин) Читала тяжеловато, но не бросила, любопытно было, как всё вывернется. Большое уважение вызывает у меня то, как глубоко и органично Кэтрин Валенте погрузилась в русскую мифологию и историю. Мне кажется, у нее получилось это даже лучше, чем у русского бы автора вышло. С одной стороны, она управляется с нашими культурными кодами очень ловко, как родная. С другой, имеет свежий, не замыленный советским воспитанием взгляд на наши сказки, на историю, на мощь, которая для меня лично с детства была замылена какими-то всевдонародными пропагандистскими жвачками. В общем, работой восхищаюсь, но второй раз читать не буду.