Медея и ее дети

Вязью чудесных эпитетов, словно лозами винограда, перевивается все полотно этого романа, слово за словом будто нанизаны на жемчужное ожерелье – ни одного не выкинешь, ни другого не вставишь. Каждое описание, каждая черточка идеально устроены на своем месте, словно мелкий бисер, рассыпанный узорами по подолу нарядного платья. Читать – одно удовольствие.

Сюжет – сплошное уныние.

Нет, я понимаю, что роман жизненный, что цель его показать в общем без прикрас то ценное, что существует в нашей обыденности, и при этом сделать эту обыденность чудотворной, но право слово, когда в одном флаконе сочетаются «вся скорбь еврейского народа» и дремучее православное отшельничество, замешанные на татарской долгой обиженной памяти и сдобренные армянско-грузинской эмоциональностью – получается какой-то суровый советский компот. Ближе всего к этому описанию подошла группа Дюна в своей замечательной «Коммунальной квартире». Помните же эти строчки:

Все так.

И на этом великолепно прописанном, невероятно эклектичном фоне, где короткими историями-притчами рассказана история всей страны, казалось бы увлекательнейше завернута история одной семьи, обьединяющей в себе целый мир.

Завернута-то завернута, но в черный плат (не зря он так часто упоминается в тексте).

Трагизм бытия раскидистой и насыщенной семьи – невероятен. Полкниги мне хотелось шваркнуть телефоном об стол и заорать: «Что ж вы все несчастные то такие?». Каждое печальное событие, ни в чем, впрочем не отличающееся от тысяч аналогичных, с которыми все мы встречаемся так или иначе каждый день, подчеркивается, переживается, настаивается на концентрированном страдании. Каждая радость мимолетна. Люди рождаются, чтобы умереть, женятся, чтобы развестись или мучительно ухаживать за больным, дружат, чтобы разъехаться, приезжают на юг, чтобы не ходить на море, трахаются, чтобы расставаться, и так далее.

Кажется, словно целую семью прокляли где-то в поколениях, обязав страдать по каждому мимолетному поводу, и ни в коем случае не наслаждаться жизнью. И даже Ника, единственная более-менее счастливая героиня выглядит словно натужно пытается спрятать под флером веселья пустоту и несчастность.

Каждый раз, читая какую-нибудь новую книгу, я задумываюсь над вопросом, выпестованным в школьных сочинениях: «Что автор хотел мне сказать?» В «Медее и ее детях» я вижу только «Подлые коммуняки перекорежили судьбы людей и все стали катастрофически несчастны, только в Боге благодать – неважно Тору или Псалтырь ты читаешь – но надо страдать, чтобы делать близких счастливыми, но и они должны страдать за тебя».

Это прекраснейший, проникнутый глубокой релизиозностью и вдумчивой чувствительностью роман.
Жалко только, что во мне он отзывается раздражением.

Если вы любите коллажи, то эта книга для вас. Она создана из множества небольших зарисовок, история, связанных в единое целое. Это история целой семьи, стержнем которой и стала Медея. Она любит одиночество и любит гостей. Она осталась в родном доме, у нее нет детей, но именно она стала главой этой большой и такой разной семьи.
Тут и о детстве, и о взрослении, о зрелости и старости. В этой книге много настроений, уйма героев. Где-то она яркая, где-то пастельных тонов, иногда тоскливо серая, а порой и черная.
Я не скажу, что читалось легко. Были моменты, когда хотелось книгу отложить, чтобы обдумать. А в некоторых местах она нагоняла тоску. Совсем как в жизни. Что-то нам нравится, а от чего-то хочется убежать.
В каждую семью вот такую вот Медею. Которая учит уважать прошлое, любить настоящее и стремиться в будущее.

Я еще пока не решила для себя могу ли я назвать Улицкую своим любимым писателем, но тем не менее книги ее я всегда читаю с огромным удовольствием. "Медея и ее дети" не стали исключением. В течение трех дней я просто жила там, в Крыму, в маленькой коморке у Медеи и могла с легкостью наблюдать за ней и ее родственниками-постояльцами и с интересом слушать истории их жизни, запивая домашней наливкой.
Отличный язык, яркие герои, оживающие на каждой странице. Жизнь Медеи и ее семьи, напоминает мне старинный резной сундук, который ее подруга Леночка когда то подарила Медее. С бережной аккуратностью оттуда достается нелегкая история каждого. Болезни, сеймейные секреты, несчастные отношения, а объединяет их всех любовь чистая, крепкая и настоящая. Они не ссорятся и не скандалят, радуются жизни, умеют прощать и еще всегда держатся подальше от политики, так легче жить.
Это Улицкая, поэтому не обошлось без шизофрении, инвалидов, самоубийств и просто нелегких судеб. Но несмотря на это, книга у нее получилась добрая и светлая, лично у меня она не оставила никакого тяжелого осадка. Легкая грусть была, но не тяжесть.

Первое, чем покоряет Улицкая раз и навсегда, - это ее язык. Живой, метафоричный, журчащий, как весенний ручеек, изящно переливающийся через кочки и веточки... Редко кто теперь пишет таким языком. Наоборот, все чаще стоит открыть современную российскую прозу, как на тебя вываливается в лучшем случае ворох сленговых словечек, а в худшем - пара ведер ядреного русского мата. Поэтому, читая Улицкую, я в первую очередь отдыхаю и ушами, и глазами.

Второй "покоряющий" атрибут - это то, о чем Улицкая пишет. Все очень простое, обыденное, регулярно встречающееся в жизни - но от того такое близкое и понятное, не раздражающее своей наигранностью, а, наоборот, как магнитом притягивающее реалистичностью и полным отсутствием пафоса.

"Медея и ее дети" - не исключение. История о последней чистокровной крымской гречанке Медее Мендос и ее многочисленных племянниках и племянницах, которые влюбляются, встречаются, женятся, изменяют, разводятся, по-новой с головой бросаются в омут чувств, но все равно выкраивают время, чтобы хоть на несколько дней выбраться под Феодосию, к Медее, которая всегда все поймет, но в своей мудрости не снизойдет до советов и замечаний.

Осталась довольна в книге всем, кроме ее объема:) Стоило только втянуться в чтение, как история Медеи взяла и закончилась... Поэтому пришлось срочно хвататься за очередную книгу Улицкой, чтобы не развеялось то очарование, которое навеяла "Медея и ее дети".

Книжный вызов 2011

Давно хотела прочитать роман “Медея и ее дети” Людмилы Улицкой (ПРИЗНАНА ИНОАГЕНТОМ) и наконец-то это случилось.
⠀
С первых строк я утонула в этой истории, так меня заворожил язык, где каждое слово как-будто обволакивает, убаюкивает, а где-то будоражит. Но с усилием останавливала себя, чтобы не прочитать за один день, а подольше насладиться. Обожаю карусели историй больших семей.
⠀
Медея бездетная вдова, которая живет в своем домике в Крыму. Но ее не назовешь несчастной и уж точно она не одинока. Ведь к ней постоянно приезжают погостить многочисленные родственники. По началу я боялась запутаться в именах родни, но быстро всех запомнила.
⠀
История плетется, как кружево, постепенно вплетаются нити из прошлого и тогда еще больше понимаешь почему герои так своеобразно ведут себя в настоящем. Больше всех героев мне полюбилась Медея, она как главное звено в этой большой цепочке, столько всего на ней держалось и завязывалось. И несмотря на все разочарования и горести, в ее сердце всегда было много любви и милосердия.
⠀
С грустью дочитывала книгу, удивительно автор завершила летопись жизни героев. Чей-то путь подошел к концу и от этого грустно, но жизнь других продолжается и наверняка еще будет много счастливых дней и событий.

Со школьных лет в моей памяти осталась фраза из Гоголевских «Мертвых душ»:

О старости так или иначе думают во всех возрастах.
Я никогда не стану старым – детство.
Я до этого не доживу – юность.
До этого так далеко – молодость.
Старость не за горами – зрелость.

О старости думают, ее боятся.

В этом смысле я - не исключение. И все- таки в моей жизни случились несколько встреч и две книги, радикально изменившие не просто взгляд - мировоззрение, связанное с закатным возрастом человека.
О встречах – не здесь и не сейчас.
Из упомянутых книг первой была «Гароль и Мод» Колина Хиггинса, вторая – эта, "случившаяся" впервые лет десять назад,«Медея и ее дети» Людмилы Улицкой.

Медея Георгиевна Мендес, урожденная Синопли.
Чистокровная гречанка, чьи предки когда- то прибыли с берегов Эллады к благословенным Таврическим берегам.
Удивительно, но их потомки сохранили в мусульманском и караимском окружении свою веру, свои греческие православные церкви, свой язык, к началу 20-го века уже существенно разнящийся с современным греческим языком, свой уклад дома, даже свою особенную еду.
Шестая из тринадцати детей в большой и шумной семье, жестоко и полностью осиротевшей в течение девяти дней, в страшные годы мировой войны и революционного лихолетья вырастившая двоих младших братьев и сестру.
Ей семьдесят шесть лет, ее дни заполнены до отказа работой (да-да, она все еще работает), хлопотами по дому, чтением, письмами, тихим диалогом с Богом, ведущемся посредством молитвы и собственных слов.
Весенне – летней порой ее дом гудит от голосов больших и маленьких родственников, график приездов которых ввиду их многочисленности составляется заранее.
В осенне-зимнее время она остается в своем старом доме одна.
Вдова. Так и ставшая матерью женщина (наверное, в занятости своей, Господь что-то перепутал и счел ее материнский долг выполненным еще до ее замужества).
Пережившая две мировые войны и революцию, отдавшая юность и молодость семье, когда-то преданная мужем и сестрою.
Медея, по типичным представлением, и есть сосредоточение страхов, связанных со старостью и одиночеством.
А она – она счастливый, полнокровно и полноценно живущий человек.
Любящая, великодушная и простившая – она счастлива.
Ведь счастье - оно внутри человека, оно в тихом и твердом следовании совести, готовности принять все, что послано человеку Богом и благодарности за каждый прожитый день…

Я сознательно ничего не пишу о «ее детях», этих ветвях и веточках – московских, ташкентских, вильнюсских, новосибирских - привитых накрепко к греческому дереву, питаемому соком жизни старой женщины, Медеи Георгиевны Синопли.

Секрет достоинства и счастья в любом месте, в любое время, в любом возрасте – вот что для меня роман «Медея и ее дети».

И последнее.
Скорее всего, эту книгу не следует читать лицам младше сорока лет.
Лицам старше – читать обязательно.

В который раз поражаюсь, насколько "мой" писатель Улицкая и как недавно я её открыла! Но лучше поздно, чем совсем поздно. Ни одна её книга не разочаровала, а "Медея" теперь будет конкурировать у меня с "Казусом" на звание самой любимой, за что огромное спасибо margo000 - это её совет в рамках флэшмоба-2011.
Для тех, кто роман ещё не читал и думает, делать это или нет: если для вас главное - динамика, захватывающий сюжет, острые ситуации, психологические изыски, копание в своей или чужой душе, необычные герои - не читайте! Это повествование - простое, даже очень простое, вам будет скучно и досадно. Я-то семейные саги обожаю, и единственная претензия к "Медее" - роман слишком короткий, не успела насладиться, а он уже закончился, а я бы ещё страниц пятьсот с удовольствием проглотила... Правда, самыми интересными показались страницы, посвящённые непосредственно заглавной героине - старой гречанке Медее, семья которой испокон веков жила на земле Крыма. Эта простая мудрая женщина стала моим, не побоюсь этого слова, идеалом. Я бы очень хотела жить именно так, как она - в маленьком южном поселке, в доме - пусть старом и без удобств, но своём собственном, куда можно пригласить друзей и родных на лето. Работать на обычной работе, где понятно, что делаешь и зачем, и знаешь, что это точно нужно людям, а не только тебе из-за зарплаты. Возделывать свой огород, который рядом с домом, а не за сто километров от него, и смотреть на деревья и цветы, а не на трубы и унылые многоэтажки. Любить своих многочисленных родственников, принимать их у себя и всё лето жить их жизнью и интересами, встречая всё как должное и не пытаясь никого переделать. А главное - иметь такое же, как у Медеи, твёрдое и неизменно верное понятие о жизни, которое с легкостью позволяет решать для себя, что в этой самой жизни правильно, а что нет, на что можно посмотреть снисходительно, а что принять никак невозможно. И при этом - какое ценное и завидное качество! - уметь никому не навязывать свои взгляды , памятуя о том, что люди все разные и думают обо всё тоже неодинаково, и то, что важно для одного, может быть совершенно незначительным для другого. Медея всегда выполняет свой долг, так как понимает его, но не пытается сделать должниками других. Десятилетиями живёт аскетом и носит траурную вдовью одежду - но с пониманием и снисхождением смотрит на грешки других. Многие ли женщины с такой мудростью повели бы себя после открытия, которое свалилось на плечи Медеи сразу за смертью любимого мужа? Боюсь, что очень немногие. А она - простила, пережила, и вряд ли изменила отношение к кому-то. Потому что понимала: это жизнь, и с ней не поспоришь, а что было - то было, изменить этого никто не в силах. А её завещание? Поставить историческую справедливость выше интересов семьи (при том, насколько она предана всю жизнь этой самой семье!) и вот так просто, решительно попытаться её восстановить хотя бы в одном случае - это многого стоит!
У её "детей" - всё по-другому, у них разнообразные интересы, масса возможностей, множество приключений, яркие страсти - в общем-то, у них есть всё. Вот только нет этого глубинного, изначального прозрения истины, которое есть у Медеи. Но дано ей и понимание того, что путь у каждого из нас свой. И благодарные ей за всё "дети" с таким же пониманием и уважением принимают её последнюю волю.

У каждого читателя на полках живут удивительные, порой уникальные книги, истории. Иногда они прочитываются на раз-два, а иногда ждут своей очереди гораздо дольше. С самого лета на моей полке поселилась очень красивая, голубого цвета "Медея и её дети", автора Людмилы Улицкой. И наконец дождалась своего часа. Итак, перед нами семейная сага, и пусть вас не смущает небольшой объем, здесь это не играет роли. История рассказывает нам о семействе Синопли, о главной героине, представительницы этой семьи-Медее. Наша героиня живет в Крыму, она одна из нескольких сестер семейства, волею судеб разбросанного по всем бывшим республикам Советского Союза. Основная цель нашей Медеи- быть неким звеном, объединяющим всех представителей семьи, малых и больших. Героиня живет, как уже сказала в прекрасном Крыму, в довольно большом, уютном домике, во внешний вид которого каждый член семьи внес абсолютно что-то свое, уникальное и неповторимое. Каждую крымскую весну, члены семейств Синопли, по заранее оговоренному графику приезжают проведать тетушку и соответственно кто отдохнуть от дел и работы, кто здоровье поправить. То есть Медея как звено в неразрывной цепи, а уж в действительности так они хотят именно тетушку повидать или не малое место играет наличие дома в курортном районе и почти полная вседозволенность в деяниях, не всегда соответствующих социально-нравственным аспектам, это уж каждый сам пусть додумывает..))Но как бы там не было, Медея намой взгляд, очень уж часто выступает как "сторонний наблюдатель", а не как родная, любящая тетушка.. Хотя, опять же, это лишь мое мнение. Очень, очень атмосферно описан Крым, ты словно бы, воочию слышишь запах февральских дождей и мартовских ветров, вместе с героями встречаешь прекрасную крымскую весну

Здесь необыкновенно лёгкий слог Автора, богатейший словарный запас (сколько новых слов и выражений я узнала по прочтении данной книги..), какой-то ни на чей не похожий стиль Людмилы Улицкой, понравилась очень тема романа, так как очень люблю семейные саги. Здесь много рассказов и историй о членах семейства Синопли, с самых давних пор и по момент повествования, однако несмотря на множество героев, ты в них не путаешься, потому что у каждого персонажа свое лицо, своя уникальная история жизни, своя правда. Смущает финал, да он не совсем ожидаемый, но какой-то лишний, что-ли? Почему вся эта великолепная история взяла да и сместилась до банальной бабской склоки, непонятно, не лучше бы про Медею и ее чувства перед концом дней описать было, о чем она думала, что чувствовала, зачем было заканчивать выяснением отношений этих двух девиц с явно невысокой социальной ответственностью? Ну и улетела бы одна, скакала бы как стрекоза другая и продолжал завоёвывать очередной "трофей" третий. Что изменилось бы в сюжете. На мой взгляд, интереснейшая идея, увлекательнейшая семейная сага скатилась в обычный банальный конфликт. Но тем не менее книгу прочитала очень быстро и с огромным интересом.

Какая мудрость вложена в каждую строчку, в каждую фразу книги! Житейская, женская мудрость... Как хотелось бы и мне обладать хотя бы ее частью!

Так просто жить и наслаждаться жизнью, любить всех родных и принимать их со всеми недостатками. Перед нами предстает большая семья и каждый ее член со своим характером, своей судьбой, так непохожей на другие. Но всех их объединяет одно -любовь друг к другу. К сожалению, большая семья в России сейчас редкость. Но приятно видеть теплые отношения хотя бы у некоторых народов нашей многонациональной родины - у армян, у понтийских греков, у грузин. Вот и Улицкая в своей книге повествует нам о взаимоотношениях внутри одной большой семьи, взявшей начало от крымских греков и разросшейся, включившей в себя представителей всех наций, которые только можно представить. Читаешь, а на душе так хорошо, как будто смотришь старый советский фильм. И все люди-братья. И все любят друг друга. И все умеют прощать (может не сразу, но кто без греха?). И так хочется стать частичкой этой семьи, частичкой этих людей, вобрать в себя их мудрость.

Добрая книга с богатым русским языком, абсолютно в стиле Улицкой. Плавное повествование с регулярными историями-вставками из прошлого для создания полной картины взаимоотношений внутри большой семьи. Сюжет без особых интриг, но тем не менее, в нем присутствуют и некоторые яркие моменты с обидами и недопониманиями (но разве плавность сюжета недостаток? Ведь это семейная сага, а не триллер какой-нибудь). Много замечательных фраз, которые поражают своей точностью и объемностью, а эпитеты и метафоры автора - отдельное наслаждение для поклонников Улицкой.

Замечательная книга для своего круга читателей.