Жизнь после Пушкина. Наталья Николаевна и ее потомки

Несчастная судьба нас, русских. Только явится между нами человек с талантом – десять пошляков преследуют его до смерти. (Генерал-адъютант Павел Христофорович Граббе – своему сослуживцу полковнику А.С.Таскину)

Знаете что самое забавное? Что я сама в процессе чтения готова была преследовать тех, кто своим небрежением и равнодушием, злословием и светскими интригами преследовал Пушкина, а после его смерти злословил о его вдове. Светское общество. Оно не знает пощады и его жало жалит иногда до смерти. Но книга Рожновых уникальна тем, что она практически полностью состоит из писем, никакого авторского вымысла и домысливания ситуаций и судеб, они все в письмах того самого высшего общества, существовавших когда-то людей – иногда злых, иногда завистливых, иногда саркастических, иногда сентиментальных, иногда сплетничающих - просто людей. Письма обычных людей. И неожиданно перед моим взором предстала панорама характеров, судеб, несчастий, драм, трагедий, комедий, порой трагикомедий – всё то, из чего состоит наша жизнь: несчастные браки, сладострастные старики, преследующие юных девушек, развратные светские львицы, вихрь светских интриг и развлечений, ошибки, раскаяния и как благословенный островок – редкие проблески счастья. Удивительная книга – панорамное изображение общества 19 и 20 века в письмах очевидцев всех драм и трагедий, которая позволяет, прежде всего, увидеть живых людей, ту Россию, какой она была в 19 веке.

История Натальи Николаевны Гончаровой-Пушкиной начинается со смерти Александра Сергеевича и осмысления тех событий, что предшествовали роковой январской дуэли 1837 года, когда 24-летняя молодая женщина с четырьмя детьми на руках осталась вдовой. Письмами и записками очевидцев: секундантов Дантеса и Пушкина, близких друзей Пушкина П.А.Вяземского и В.А.Жуковского, находившихся рядом с Александром Сергеевичем до его смерти, - перед нами промелькнут те страшные и невозвратимые события. В злословиях и сплетнях светских дам Софи Карамзиной, Идалии Полетики, А.О.Смирновой (Россет) и других достанется кружевной душе – Наталье Николаевне. Сама ситуация с вызовом и предшествующими событиями весьма неоднозначна, учитывая тот факт, что сохранились мнения многих и, смею заметить, подтвержденные мнения о том, что барон Геккерн и усыновленный им Жорж Дантес находились в предосудительной связи и, дабы отвлечь внимание высшего света, Дантесу необходим был роман (или слухи о романе) с какой-нибудь светской красавицей и Пушкина была превосходным объектом, как для Дантеса, так и для тех, кто готов был додавить Пушкина до смерти. Безусловно, во всем светском великолепии предстает перед нами вся эта равнодушно-суетливая шелуха, за которой есть только жажда сплетен и жажда выставит себя в лучшем свете, чем есть на самом деле. И Софи Карамзина – хозяйка одного из самых известных литературных салонов Петербурга Рекамье России, называвшая в своих письмах Наталью Николаевну бестолковой и глупой, сама предстает в весьма интересном и любопытном свете самой обычной женщины – чуть-чуть сплетницы, чуть-чуть непоследовательной, но, по сути, не таящей зла и принявшей в свой салон, вернувшуюся в Петербург, после двухлетнего траура, вдову Пушкина. И старшая сестра Натальи Николаевны – Екатерина – глупая, мечтающая о карьере светской львицы девушка, обделенная красотой, тактом и добротой. Результатом стало её изгнание из России, из семьи, настойчивые и бестактные письма к старшему брату Дмитрию с требованием денег. Ещё одна трагедия несчастной женщины, ждавшей любви, а получившей тревожную и непонятную жизнь за границей с мужем, у которого помимо связи с приемным отцом были и другие женщины, и незаконные дети.

Тем удивительнее судьба вдовы Пушкина, сумевшей не просто сохранить свое доброе имя от посягательств не только светских повес, но и друзей её покойного мужа, например князя П.А.Вяземского, который претендовал на Наталью Николаевну, преследуя её своей страстью, ревностью. Она сумела сохранить внутреннюю чистоту, не размениваясь на глупости, сохраняя свой статус гордой, неприступной, достойной, деликатной и очень независимой женщины, несмотря на нужду, на присутствие незамужней старшей сестры. Вообще, Наталья Николаевна в отличие от своих старших сестер, несмотря на ослепительную красоту, словно бы не отдавала себе отчета в том, насколько она хороша, была застенчива от природы и совершенно не расчетлива. Безусловно, она была непонятна многим светским красавицам, с которыми Пушкина не сплетничала и не злословила, не кружилась в вихре светских развлечений. Её второй брак с Петром Петровичем Ланским был более чем достоин, продлился около 19 лет, они воспитывали не только четверых детей Натальи Николаевны от первого брака, троих общих детей, но троих детей погибшего родного брата Петра Петровича.

Наталья Николаевна прожила недолгую, но очень достойную жизнь. Она не была ангелом, но и не была демонической женщиной, она совершала ошибки, но была прекрасной женщиной, хорошей матерью и достойной женой и Александру Сергеевичу, и Петру Петровичу. Её потомки оказались разбросаны по всему миру, их судьбы были трагичны как в период войн конца 19 и начала 20 века, так и во время революции 17-го года, не избежали её потомки и репрессий 37-го года. Но тем не менее, потомки Пушкина и Ланского живут по всему миру.

Книга издана превосходно: прекрасного качества бумага, огромное количество портретов (некоторые опубликованы впервые), комментарии к каждому упоминаемому в книге имени достойны лучших исторических книг, а некоторые судьбы напоминают авантюрные романы. И перед нами открывается бескрайняя панорама человеческих судеб и характеров.

Дальше много фотографий детей Натальи Николаевны

Петр Петрович Ланской - второй муж Натальи Николаевны.

Мария Александровна Пушкина

Александр Александрович Пушкин

Григорий Александрович Пушкин

Наталья Александровна Пушкина

Александра Петровна Ланская

Софья Петровна Ланская

Елизавета Петровна Ланская

Книга распадается на две неравные по стилю и настроению части. Первая описывает период где-то до семидесятых годов XIX века. Сплошь состоит из писем, исторических документов и коротких комментариев авторов. Я обожаю читать письма той эпохи: подробные, витиеватые, остроумные, после этого мне хочется написать кому-нибудь настоящее послание страниц на десять. «Здравствуйте, любезные мои маменька и папенька...» Маменьке с папенькой от такой негаданности может, конечно, поплохеть, так что лучше сразу вложить в конверт упаковку корвалола. А вот в позапрошлом веке письма писать умели и любили, поэтому читать письма Вяземского, Тургенева, сестер Гончаровых, Долли Фикельмон – это сплошное удовольствие. Если бы не красота этих писем, то я бы поставила книге гораздо более низкую оценку. Но если вы не любитель эпистолярного жанра, то вам будет не в кайф. И если вы никогда ничего не читали про Пушкина и его окружение, то рискуете запутаться во всех этих Плетневых и Нащокиных.

Вторая часть рассказывает о жизни некоторых потомков Натальи Николаевны вплоть до наших дней. Письма становятся все менее интересными, а официальные бумаги все более официальными. Жизнеописания все больше напоминают надписи на надгробных плитах: родился..., умер..., покойся с миром. На уровне правнуков я потерялась окончательно и конец книги просто пролистала.

Прочитано в рамках игры "Дайте две!"