Братья Карамазовы. В двух томах. Том 1

Опять в философию въехал.

Словно игла острая прошла мне всю душу насквозь.

Ему хотелось всем отомстить за собственные пакости.

Аль тут опять что Карамазовы напрокудили?

Он запомнил один вечер, летний, тихий, отворённое окно, косые лучи заходящего солнца...

- Шельмы.

• Кто шельмы?
• Доктора, и вся медицинская сволочь, говоря вообще, и, уж, разумеется, в частности. Я отрицаю медицину. Бесполезное учреждение. Я, впрочем, все это исследую.

Блаженно чрево, носившее тебя, и сосцы, тебя питавшие, - сосцы особенно!

Для смиренной души русского простолюдина, измученной трудом и горем, а главное всегдашнею несправедливостью и всегдашним грехом, как своим, так и мировым, нет сильнее
потребности и утешения, как обрести святыню или святого пасть пред ним и поклониться ему.

Главное, убегайте лжи, всякой лжи, лжи себе самой в особенности. Наблюдайте свою ложь и вглядывайтесь в нее каждый час, каждую минуту. Брезгливости убегайте тоже и к другим, и к себе: то, что вам кажется внутри себя скверным, уже одним тем, что вы это заметили в себе, очищается. Страха тоже убегайте, хотя страх есть лишь последствие всякой лжи.

– А, это «единый безгрешный» и его кровь!