Пятеро

"Молодость" - это значит такая пора, когда ничего еще не решено, поэтому все еще можно решить, как хочется, или как тебе хоть кажется. Стоишь себе на пороге всего мира, перед тобой сто дверей, можешь открыть какую угодно, заглянуть, не входя, - не понравится, захлопни и попробуй другую. Это дает страшное ощущение всемогущества: молодость и есть всемогущество.

"Я не к одной только России равнодушен, я вообще ни к одной стране по-настоящему не «привязан»; в Рим когда-то был влюблен, и долго, но и это прошло. Одесса – другое дело, не прошло и не пройдет."

"Есть, — сказал Игнац Альбертович, — люди, которые любят суп с лапшою, а есть и такие, что любят его с клецками. Это не просто, это два характера. Лапша — дело скользкое: если повезет, наберешь целую копну; но есть и риск, что все соскользнет. А с клецками никакого беспокойства: больше одной не выловишь, зато с мясом, и уж наверняка. У нас Сережа любит суп с лапшою, а Торик с клецками."

Вошел, как бог, надушен бергамотом,
А в комнате запахло идиотом

Русские на высотах зажигают несравненные вселенские огни, но на равнине мерцают лучины. В этом залог их величия: косная тусклость миллионов - ради того, чтобы гений расы тем ярче сосредоточился в избранных единицах. полная противоположность нам, евреям: у нас талант распыляется, все даровиты, а гениев нет; даже Спиноза только ювелир мысли, а Маркс просто был фокусник.

Для всякого дела два правила: не торопиться - и мертвая хватка

Нравственное равновесие человечества искони держится именно только на том, что есть аксиомы: есть запертые двери с надписью «нельзя». Просто «нельзя», без объяснений, аксиомы держатся прочно, и двери заперты, и половицы не проваливаются, и обращение планет вокруг солнца совершается по заведенному порядку. Но поставьте только раз этот вопрос: а почему «нельзя»? — и аксиомы рухнут.

Странно: простая миловидность сразу бросается в глаза, но настоящую большую красоту надо "открыть"

У человека две матери; одна - его родная мать, а вторая - земля. Покуда мал, он слушает голос первой, но она выше ростом, и оттого он все подымает голову; когда подходит старость, начинает с ним беседовать вторая, и к ее шепоту надо прислушиваться наклоняясь.

Это и значит "нищий": тот, у которого над душой каждую секунду висит гнусная, подлая забота - где достать?

Последний человек, которого люди слушают, это мать; или отец, все равно. В каждом поколении повторяется трагедия отцов и детей, и всегда одна и та же: именно то, что проповедуют родители, в один прекрасный день оказывается детям осточертело, заодно и родители осточертели.

— Есть, — сказал Игнац Альбертович, — люди, которые любят суп с лапшою, а есть и такие, что любят его с клецками. Это не просто, это два характера. Лапша — дело скользкое: если повезет, наберешь целую копну; но есть и риск, что все соскользнет. А с клецками никакого беспокойства: больше одной не выловишь, зато с мясом, и уж наверняка. У нас Сережа любит суп с лапшою, а Торик с клецками.

Трудно определить, но, может быть, критерий такой: есть люди с белой памятью и есть с черной. Первые лучше всего запоминают из жизни хорошее, оттого им весело... А злопамятные записывают только все черное: "хорошее" у них само собой через час стирается с доски, да и совсем оно для них и не было "хорошим".

Когда сам мало пьешь, любопытно и грустно следить, как заканчивается разгульная ночь.

эпохи распада иногда самые обаятельные эпохи.
-- А кто знает: может быть, и не только обаятельные, но и по своему высокие?

что тогда считалось дороже цветов: на сцену полетели мятые, выцветшие, с облупленными козырьками
голубые фуражки.

высшая мера триумфа - студенты ринулись в партер.