Территория. К вам и сразу обратно. Азовский вариант

Потому что Север никого не щадит. Давно засматривалась на эту книгу. Смотрела экранизацию 2014го года. Впечатления остались, но помню, что сильно у фильма проседает середина, да и главный твист я расщелкала, потому что в университете у меня был курс геологии. Да и отзывы на книгу попадались сильно противоречивые. Это - другое. Самая всеобъемлющая моя мысль после прочтения. Территория - это где-то на Чукотке, в Магаданском крае. Столько веков сами природные условия её взращивали и охраняли, но человеку понадобилось и туда. После войны стране необходимы были ресурсы, а уникальные условия сотворили много ископаемых, в том числе и золото. Но все это, во-первых, большая авантюра, потому что только догадка геологов. А во-вторых, требует столько затрат... Но находятся люди вроде Чинкова и Баклакова... Почему другое? Это - производственный роман о жизни геологов и рабочих. И написан он без романтизации. Потому что у пришедших на Территорию разные причины: бежать от прежней жизни, от себя, заработать, глушить разрушительные настроения... В связи с образом Баклакова мне вспомнился Рахметов - но в этом нет позы и позерства, просто надо жить и работать. Когда он рухнул на койку, и три года непрерывного труда словно стекли с него - я прям это прочувствовала. Да, в советское время был бум производственных романов вроде Фёдор Гладков - Цемент , но именно отсутствие романтизации и делает книгу живой и привлекательной. Партия сказала надо, геологи ответили: да когда у вас уже ряхи треснут, щас. Хорошо у меня эта книга совпала с Владимир Санин - Новичок в Антарктиде , где все-таки доля романтики Севера довольно большая. Понимаю, почему автора провозглашали советским Джеком Лондоном и Германом Мелвиллом. Да, роднит этих авторов то, что они не были кабинетными учеными и творили в башне из слоновой кости, а все это прочувствовали на своей шкуре. Противостояние человека первобытной природе- тема для меня очень сильная и цепляющая. Я выросла в подобном Городе, построенном посреди неизвестности, чтобы рабочие после дня в забое могли голову преклонить. И автор относится к происходящему и героям как-то трезво. Пить - пьют, курить - курят. Ну, попробуйте сидеть в позе лотоса, когда все время: темно, светло, холодно, мокро. Тогда тёплые сухие носки - это такая манна небесная... Возможно, автор хотел уйти даже куда-то в (вестерн) можно сказать, истерн. Когда где-то во второй главе мелькнуло

Под плащем у него был винчестер

Я стала думать в эту сторону. Фильм туда и увели, вкрутив больше приключений и драмы. И этим сильно размыли авторский замысел. Он же в конце даже философию продвигает. Не совсем буддизма - скорее свою.

Ненависть не уменьшается ненавистью, а только отсутствием ненависти

Работай хорошо, и партия подкинет ещё больше работы. У (самурая) Баклакова нет цели, только работа и старик Кьяе... Это словно из еды был один кремовый торт, и тут - огурчик, солёный, хрустит! Зима у меня прошла с "Опасными связями" и "Ярмаркой тщеславия" и "Моби Дик", а потом и Территория... Бородатые грязные суровые мужики - прям отдушина. Север не прощает позерства, у него свои законы, и герои Куваева учатся по ним жить. Конечно, книга-загадка. Люди здесь просто живут и работают... Может, это откликнулось персонально во мне, и кому-то подавай балы и кружева. В меру, все хорошо в меру. И напудренные франты, и бородатые мужики. Кому бы посоветовать? Думаю, тем, кто хочет сменить вектор и обратиться к течению жизни, какой её задумала природа. Человек, конечно, возомнил себя царём, но есть Территория... Для более мягких сердечек посоветую Владимира Санина. Но я скоро с ним вернусь;)

Забудется печаль и письма от кого-то, На смену миражам приходят рубежи, Но первая тропа с названием "работа" Останется при нас оставшуюся жизнь. Ю. Визбор

Категорически не советую браться за «Территорию» тем, у кого имеется жизненная установка «где бы ни работать, лишь бы не работать», а также тем, кому не важно, где и кем работать, лишь бы платили. Эта книга не для них, ибо она о Работе. О работе, которая не просто одна из главных ценностей в жизни, но сама жизнь. Есть ведь такие профессии, которые требуют от человека всю жизнь целиком, и геология – одна из них. Люди давно уже взяли от природы те ее богатства, которые лежали у них под носом. В наше время сокровища недр чаще всего удалены от центров цивилизации, спрятаны глубоко под землей и под водой, замурованы вечной мерзлотой. Их трудно добыть, перед этим их не менее трудно найти. Труд геолога труден, опасен и часто одинок. Из этой профессии либо уходят сразу, либо она заменяет человеку ценности, которые вообще-то явлются для большинства из нас незыблемым оплотом бытия: дом, семью, близких. Эта работа становится способом существования, религией, философией. Условия ее формируют свои законы и свой кодекс чести. Делай хорошо свое дело (“Делай или умри!”(с)), умей прощать ошибки друзьям, презирай деньги. Не дешеви, не лукавь, не пижонь, работай. Результатом будет найденное для твоей страны железо, медь, олово, или нефть, или золото. Результатом будет твое имя на карте, которую никто, кроме таких же профессионалов, не увидит и само причисление тебя к клану легенд геологии, к великому полярному братству, что гораздо важней и значимей имен и наград. «Территория» Куваева об этом. Написанная в семидесятые годы, она не вызывает ностальгии по ушедшим временам величия несуществующей ныне державы, в которой ухали в грязь миллионы, и была в дефиците туалетная бумага, нет. Книга оставляет щемящее чувство утраты жизненных ценностей, бывших главными для ее героев – бескорыстия, верности, отсутствия расчета и себялюбия, неприемлемости карьеризма и мещанства, вызывает тоску по романтике, бывшей неотъемлемой частью существования ее героев – от ставшего при жизни легендой Будды-Чинкова до совсем еще пацана Баклакова. Куваевкая «Территория» - это рассказ о совсем другом времени, она кажется сегодня гораздо более близкой к книгам Джека Лондона, чем к реалиям наших дней. Но ведь «день сегодняшний есть следствие дня вчерашнего, и причина грядущего дня создается сегодня...»(с). Не могли уйти в никуда герои Куваева. В конце концов, жив Поселок (Певек), течет Колыма (Река), не иссякло золото Территории (Чукотки). И также весной уходят в глубь ее геологические партии, чтобы осенью вернуться и отметить на карте найденные богатства природных недр. В конце концов, переиздаются книги Куваева, и снова экранизировали «Территорию».

Тогда, в семидесятые, он писал об ожидаемом (не дожил!) первом кино: «По роману будет фильм… Может, из миллионов читателей и зрителей хоть пара тысяч задумается. Тогда я своей цели достиг».

Где были, чем занимались вы все эти годы? Довольны ли вы собой?..

Если вы не читали «Территорию», попробуйте, не бойтесь потерять покой.

Это страна мужчин, бородатых «по делу», а не велением моды…

Я тоже бородатый! Я тоже люблю свою работу! Я тоже готов к самоотдаче! И, тем не менее, не все бородатые самоотверженные мужчины могут так работать и достигать успеха, как это делают герои этого пронзительного романа.

Тяжелая книга! Мне лично она далась очень тяжело. Но это - нужная книга. После романтических записок путешественников по северной части России (пусть даже они и содержат много поучительных, содержательных, приключенческих и даже трагических элементов) этот роман показывает нам, читателям, что работа на севере вообще и работа геолога в частности неимоверно сложная и не терпит романтиков, нерешительных и нецелеустремленных людей.

"Территория", на мой взгляд, несколько проигрывает своим книгам-оппонентам также по развитию сюжета, есть некая хаотичность, а вкупе с некоторой медлительностью роман показался мне немного тяжеловесным. Но это оттягивало только мою фрагментарную эстетику на конец книги. Только после прочтения появилась возможность подумать над целями и "примерить" появившиеся мысли на себя.

Чем же может привлечь роман "Территория" сегодняшнюю читательскую аудиторию? Я думаю, прежде всего своей патриотичностью. А еще это - роман о Мечте с большой буквы, к которой нужно продвигаться через "не могу" и только так можно добиться достойного результата. Мне очень понравились раскрытые образы главных героев. И интересно, что каждый из них не похож друг на друга. Взять Чинкова или Баклакова, Гурина или Монголова - все они такие настоящие!

Как итог: я окунулся в настоящий советский реализм в действии (не путать с соцреализмом).