
Дайте две! Пятая волна (Январь - Март)
darya-yureva
- 517 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Если бы я писал такую книгу, стандартные формы поведения (включая самые необычные, позволим себе и такую роскошь) невозможно было бы объяснить при помощи обычного психологического инструментария. Действующие лица выглядели бы больными или попросту идиотами. Дело не в том, что они оказались бы неспособными к обычным challenge and response: любви, ревности, состраданию со всеми вытекающими из этого последствиями, а просто в них то, что homo sapiens хранит в сублиминальной области, с трудом пробивало бы себе путь, как если бы третий глаз стал напряженно смотреть из-под лобовой кости.
Хулио Кортасар, "Игра в классики", глава 62
Хулио Кортасар любит странных героев (предпочитаю это определение более резким "больные" и "идиоты"), он собирает их по одному, сводит в компанию, "зону" - одиночество к одиночеству, а потом рассеивает по Европе, заставляя читателя кидаться из одной головы в другую, от одного потока сознания к следующему. При этом все они - одно лицо, все они (Элен, дикари, Марраст, даже улитка Освальд) - Кортасар, хотя самый явный - это Хуан, конечно, переводчик, мотающийся между ЮНЕСКО и Женевскими конференциями, ах, как близко.
Более точное название невозможно - это не роман, это действительно модель для сборки. Гибкая, нелинейная структура во всем - от сюжета (что в общем не сложно и уже не удивляет) до самого повествования (то, что начинается, как описание автором номера в Лондонской гостинице и парочки героев, терзающихся тем, что случилось у красных домов, перерастает в мою тоску от того, что ничего нельзя исправить, что мы были так счастливы, пока не, а теперь Марраст бродит по номеру, поглядывая на меня, и рассказывает про музей и анонимных невротиков, лишь бы заполнить паузу, а мне остается только рисовать пятьдесят второго гномика), благодаря чему роман хочется прочитать на одном дыхании, не отрываясь и все время ускоряя темп.
Гибкость самой реальности - где пролегает грань, отделяющая настоящую Вену/Париж/Лондон от неведомого города, где пролегает грань между переездом из отеля в отель и ночным блужданием вслед за графиней Мартой? Ведь этой дивной компании даже сны снятся общие, одни на двоих/троих/и так далее. Не зря же в начале сам Кортасар уточняет:"география, расположение станций метро, свобода, психология, куклы и время явно перестают быть тем, чем они были". Я бы даже не назвала это магическим реализмом - здесь нужно придумывать какой-то совершенно другой термин, потому что магии нет, если только не рассматривать магию слов, магию эмоций, магию человеческого сознания.
Гибкость происходящего, которое, как ветка ивы, гнется в обе стороны (можно объяснить так, а можно этак) и оставляет тьму вопросов.
Вообще, у поклонников и представителей магического реализма часто проглядывается один, с моей точки зрения, недостаток - они воспринимают происходящее предельно серьезно, драматично, чего совершенно нет здесь. Это не просто ирреальность, не просто абсурд, но еще и удивительная кривобокая ирония, усмешка, несколько раз искаженная зеркалами в комнате смеха. Ситуация с анонимными невротиками и картиной - это же феерия от начала до конца. Хотя не сомневаюсь, что какая-нибудь сколопендра назовет ее глупой. Ну так, а чего вы хотели от "больных" и "идиотов"?..

Гленда - популярная актриса. Как известно, у знаменитостей есть поклонники и фанаты. Слава имеет такой не всегда приятный побочный эффект. Часто эти небезразличные люди собираются в группу, чтобы вместе восхищаться своим кумиром, общаться, делиться мнениями, а иногда решать, каким образом сделать так, чтобы сгладить любые шероховатости на пути любимой актрисы. Гленда должна быть всегда на высоте. На той вершине, куда ее поселили фанаты. Они не могут допустить разочарования. Талантлива, прекрасна и идеальна всегда и во всем. Звезда должна блистать. С такими азартными поклонниками лучше не заигрывать, принимая решения об уходе на пике славы, а потом возвращаясь обратно. Их беспокойство за репутацию кумира слишком велико и может привести к нестандартным решениям.

Очень-очень хорошо! Настолько шедеврально, что все эмоции умещаются в конгениальных междометиях Эллочки-Людоедки.
Надо будет перечитать "Игру в классики". У меня сейчас вообще сложный перио в плане чтения, как, впрочем, каждый год в ноябре-декабре засады на работе, но с Кортасаром я отключалось от всего, сидела в Зоне героев и наслаждалась моментом. Перечитывать можно, конечно, бесконечно.
Джазовая такая книга, свободная, местами путанная, но от этого не теряющая своей прелести.

Нам обоим было чуточку стыдно, и мы смотрели друг на друга, беззащитные, как всякий цивилизованный человек, когда он не может закурить сигарету и укрыться за привычными жестами, за завесой дыма.

- Знаешь, я ушла из дому. Навсегда, теперь уж навсегда.

Что тут рассказывать, просто всё идёт очень плохо, и мы не знаем, что делать. Хуже того, мы очень хорошо знаем, что должен делать каждый из нас, и не делаем этого.









