Люди Черного Круга

«Я знаю тебя еще с того времени, когда ты был вождем степных разбойников, и знаю, что тебя интересует, — грабежи на большой дороге.» (Роберт Говард. «Люди черного круга». 1934)

«— Неужели ты маг, раз смог победить Черных Прорицателей Йимши, о Конан из Гхора?» (Роберт Говард. «Люди черного круга». 1934)

«Я стал вождем афгулов, и это только начало.» (Роберт Говард. «Люди черного круга». 1934)

ЗДРАВСТВУЙТЕ! А это уже не рассказ, но небольшая повесть. Роберт Ирвин Говард написал её в 1934 году. Так что, можно сказать, – эксклюзив от отца-основателя изначальной саги о Конане-варваре и начало формирования культового персонажа, наиболее популярного в XX веке.

Меня заинтриговала загадка такой мега-популярности: истории о киммерийце популярны и в наши дни. Недаром же столько последователей у Говарда, сочиняющих про Конана свою «Конину».

Пока я далека от разгадки … Но некоторые соображения имеются. Умолчу о них. Пока.

*** Итак, я рассталась с главгероем саги, когда ему было 30 лет («Бассейн Черного дьявола»). В этой повести ему 33. Возраст Христа, однако…

Поскольку Роберт Говард категорически возражал против того, чтобы истории о Конане укладывали, словно шпалы на железной дороге: по порядку, друг за другом, то я читаю их, руководствуясь порядком, установленным в сборнике, неизвестного мне, составителя.

Доверилась: ну, должна же быть хоть какая-то хронология. Хотя уже начала понимать, что это вовсе не обязательно: каждая история – законченное произведение, а автор, когда есть такая необходимость, делает небольшие отсылки к предшествующим событиям. Иногда они выглядят в общем виде, как в «Людях Черного Круга»:

«Слушай: я родился в горах Киммерии, где все люди варвары. Я был наемником, корсаром, козаком, и переменил еще сотню других занятий. Какой король странствовал по свету, сражался в битвах, любил женщин и собирал такую добычу, как я?»

Повесть примечательна тем, что в ней магическая сюжетная линия зазвучала отчётливо: настоящие магические персонажи – Лорды Черного Круга и их приспешники; магические чары и превращения. Это всё атрибуты фэнтези. Также в повести упоминаются и элементы колдовства:

«— Обычная прядь волос, — задумчиво произнес аристократ. «— Благодаря которой, многое можно извлечь из тела и увлечь в безграничные бездны мрака», — произнес человек, сидящий на циновке.»

И как бы ни спорили литературоведы и критики о жанре саги о Конане-варваре: сказка – фэнтези – сказания – байки, лично для меня очевидно, что это жанр зарождающейся фэнтези.

Как известно, фэнтези возникла из легенд, мифов, сказок и преданий, поэтому вполне оправдано, что местами у Говарда отчётливо проступает сказочный стиль повествования: он уместен и придаёт самобытный оттенок Говардской саге.

Следующий, поразивший меня, момент связан с развитием личности Конана Киммерийского. Оказывается, он вовсе не лишен тщеславия. Варвар уже побывал в «королях» («Барабаны Томбалку»). И отнюдь не золото и богатство привлекают его. Вкусив очарование власти, в «Людях Черного Круга» он заявляет, обращаясь к Жасмине – Дэве, королеве Вендии:

«Я стал вождем афгулов, и это только начало.»

И это закономерное развитие главного персонажа – Конана Киммерийского: в лучших традициях фэнтези.

… Примечательны топонимы, используемые Говардом. Читатель в их звучании может услышать названия современных ему стран и народов. Древняя Вендия – прародительница современной Индии; Афганистану и афганцам соответствуют Афгулистан и афгулы.

Расшифровке поддаются и другие понятия. Например, вазам – визирь … Всё зависит от образованности и начитанности читателя. А в целом это всё напоминает полубредовые фантазии, пришедшие из сновидений. От этого и происходит смешение времён, культур, рас и историй …

Но не будем занудами, у которых Интернет под рукой, и простим автору некие его нелогичные вольности.

Что касается истории, поведанной автором в «Людях Черного Круга», то она весьма занимательна. За то и любят фэнтези. А фантазирует Роберт Говард прекрасно.

Вся повесть от начала до конца похожа на искрящийся, переливающийся всеми оттенками красного сосуд, наполненный магией, которой не устоять против меча варвара, если, конечно, ему кое-кто не поможет … А вообще, как говорит Конан, – «хороший нож — это всегда отличное заклинание».

А ещё киммериец не бросил, предавших его афгулов:

«Вождь никогда не должен предавать своих воинов, даже если они предали его первые.»

Не этим ли он так долго «любезен тем народу»?

Я очень счастливый человек — постоянно узнаю что-то новое для себя, что все вокруг уже давным давно знают. Я только мельком слышала имя Конана, но не читала, не смотрела ничего и даже не имела представления, каким может быть этот герой. Но вот и мне выпала счастливая возможность — познакомиться с великим Конаном-варваром, киммерийцем, слава о силе которого бежит далеко впереди него.

Король Вендии умирает, народ стонет и плачет от горя, сестра короля страдает от того, что ничем не может помочь. Что с ним и по какой причине он умирает — не знает никто. И сестра клянется разобраться во всём и наказать виновных. А тем временем состоится наша первая встреча с человеком в зеленом тюрбане, имеющим какое-то отношение к смерти, но пока неизвестно, кто он, на кого работает и про какие планы хозяев он говорит.

Но вот мы переносимся к другому королю, в другую местность и там уже начинается основная история. Появление варвара, который хочет спасти своих людей — вождей племен, которые пошли за ним. И он решает наведаться в гости к королю и обменять его жизнь на жизни арестованных вождей, но всё идет не по плану, он оказывается на руках с прекрасной девицей и отправляется в длинное путешествие, которое нужно им обоим по разным причинам. Один хочет власти, другая — мести. И сразиться им придется не с кем-то, а с могущественными колдунами, для которых нет никаких тайн в мире и они наделены таким могуществом, что никто даже не может представить. И чем закончится это приключение — никто не ведает.

Конан-варвар — отважный герой, который не верит в предрассудки, ему не знакомы ни терзания, ни муки выбора, он совершенно точно знает, чего он хочет и как ему этого добиться. Он не испытывает никаких угрызений совести, вступив на путь, он идет его до конца и сломить его волю практически невозможно. Отличный герой, брутальный и маскулинный типаж, которого сейчас бы назвали качком на стероидах без единого проблеска ума, но далеко не туп, хоть и стратег. Динамичное повествование, постоянные драки, спасение девиц, страстные поцелуи и погони — сейчас всё это выглядит как клише, но когда-то было новинкой, породившей кучу подражаний и всевозможных мифов.

Роберт Говард однажды создал своего Конана и изменил мир фэнтези навсегда. Именно благодаря ему и его герою появился такой поджанр, как героическое фэнтези. И, взяв любую книгу этого жанра, мы встретим всё те же рамки, те же действия. Обстановка может меняться, герои по сути своей остаются такими же — воины, поступающие в соответствии с кодексом чести, битвы, сражения, интриги, спасение попавших в беду и безумная отвага. У Конана нет никаких психологических травм, он твердо уверен в своей силе и праве, ему совершенно плевать на интриги — он прост и чист. Именно таким и должен быть прародитель всех фэнтезийных героев.

В этом романе Конан предстает перед нами королем Аквилонии накануне большой битвы с соседним государством. Народ его любит, подлецы завидуют, но он правит крепкой и твердой рукой, руководствуясь своими принципами и жизненными установками. Он не королевской крови, но королевского духа. Кем бы он ни был в прошлом — вором, рабом, корсаром, он всегда был вожаком, за которым люди шли с удовольствием и радостью, без оглядки кладя свои жизни ради победы, ради короля, ради страны. А страны здесь представляют особый интерес — автор взял прошлое и смешал всё, что только можно смешать и каждый найдет здесь что-то своё, что его интересует. Тут есть культ Сета и Митры, египетские пирамиды и Асгард, друиды и пикты и многое многое другое, смешанное в одной прекрасной Вселенной, при виде которой ворчуны воскликнут, что это — каша-мала, а я восхищаюсь проделанной работой. До этого никто не делал ничего подобного, все книжные миры были реальными, пусть и немного выдуманными.

Но вернемся к нашему герою — против него зреет заговор, целью которого является свержение его с трона и переход этого самого места другому, более законному наследнику. Местные заговорщики не мелочились, не вооружались, а обратились к черному колдовству и воскресили умершего три тысячи лет назад великого колдуна, про которого не знали ничего, кроме того, что он был очень силен. О, простаки, они считали, что воскресший будет марионеткой в их руках, они смогут добиться власти, богатства и плотских утех, а им всё сойдет с руки. Но воскресший Ксальтотун был из поколения волшебников и заглядывал в такие бездны, которые нынеживущие даже представить не могут. У него есть своё мнение и свои планы на мир, в том числе и на Конана.

Королевство Конана пало, а сам король попал в плен и дальше всё закрутилось и завертелось со стремительностью лавины, несущейся с горы. Тонкая оболочка цивилизации Конана лопнула и перед нами снова предстал тот самый варвар, который верит в силу меча и своего кулака, не сомневается в себе и своих целях. Он не идет напролом, но и не прибегает к гнусным и мелким уловкам, он прекрасен в своей невинности души. В нем нет никакого зла, он верит людям, но всегда готов отразить предательский выпад. Женщины падают к его ногам, подчиняясь его харизме и силе, но он никогда не воспользуется случаем и не причинит им ничего плохого. Он служит их так же, как они восхищаются его силой и мужеством.

Прекрасный персонаж, познакомившись с ним я узнаю его черты во многих героях из жанра фэнтези, они все несут его частичку света и чистоты, даже самые подлые из негодяев являются его подобием, ведь этот образ вызывает много вопросов и каждому хочется придумать про него что-то своё. Все они получаются разными, но в них есть и общее — все родились из одного героя, придуманного в далеких 1930-ых годах. Но мне он нравится таким, какой есть — король, который ставит честь превыше королевства, в душе которого живет любовь к странствиям и подвигам.

Пусть я буду королем без королевства, но не мужчиной без чести.