Звездный билет

Романтика начала шестидесятых. Наивная вера, что всё по плечу, а впереди ждёт только прекрасное и светлое. Всё это здорово. Если не знать, что будет лет через так 20-25. Мальчики с поднятыми воротниками так долго смотрели в небо, что не увидели пропасти и радостно в неё свалились. Романтика обернулась инфантилизмом. И не заметили, как промечтали целую страну.  Большинство этих Димок, Юрок и Аликов  (ох, не даром Александр Вампилов в "Утиной охоте" устами Веры  всех персонажей окрестил Аликами), либо спились, либо, как автор этой повести, отъехали искать счастья в далёкие края. Но не всем, как  Аксёнову или Довлатову, повезло там найти себя.

Тра-ля-ля! Поехали исследовать разные ветры! Бриз – это прибрежный ветер. Муссоны дуют летом с моря на сушу, зимой наоборот. Пассаты – прекрасные ветры (это у Джека Лондона). Aора – в Новороссийске (где это он читал?). Торнадо – кажется, в прериях.

Ну скажите на милость, можно с таким наивом и верой выжить в нашем, и не только  в нашем, но в любом обществе? За примером далеко ходит не надо. Вспомните того же Сэлинджера, очень точно назвавшего свою повесть "Над пропастью во ржи". Кстати, повесть Василия Аксёнова очень созвучна книге  суперпопулярного тогда в Союзе Сэлинджера. Страны разные, но суть одна и таже: иногда нужно опускать глаза  и смотреть, что у тебя под ногами.

Те, кому посчастливилось дожить в СССР до седин, сначала с радостью восприняли перестройку. Но призрачный флёр быстро развеялся, когда настали те самые "святые" девяностые. "Безумных лет угасшее веселье. Мне тяжело, как смутное похмелье" Похмелье оказалось горьким.

Повесть Василия Аксёнова - попытка осознать трудности переходного возраста от юности к зрелости, или скорее к взрослости.  Трое пацанов, вчерашних школьников, ищут свою дорогу во взрослую жизнь. В принципе, их действия на первый взгляд выглядят вполне правильными:  испытать себя  в достаточно трудных условиях, без всякой поддержки со стороны родителей или старших братьев.

Но почти сразу же становится понятно, что всё это только игра, которая к тому же очень быстро надоедает. Из всех троих более-менее освоился на рыболовецком судне только Димка.   Алику и Юрке всё это, по-большому счету, сильно не надо. Один совершенно не выносит морских просторов и качки, а второй , хотя внешне более устойчив к суровым морским испытаниям, больше увлечён поэзией и глазами некой оставшейся в Москве Боярчук. О приключениях на морских просторах Прибалтики они скорее всего  очень скоро забудут и вряд ли когда-нибудь вспомнят.

Что касаемо первой любви,  - ну, а как же без неё, когда тебе 17-18 лет?- то, здесь еще Димке расти и расти. Потому что ведёт он себя совершенно по-детски. Кстати, в отличие от его возлюбленной Галки, которая на первых порах проявляет невиданный для тогдашней девушки практицизм и хватку, которых, однако, хватет не надолго.  Мне почему-то кажется, что Галя, у которой этой самой романтики все же меньше, чем у Димы, подумав, все равно выберет намеченный путь и способы  осуществления поставленной цели.   Ибо, сколько бы она не тёрла пол на складе мокрой тряпкой, это очевидно не о ней и не её.

Аксёнов совершенно не слуайно выбирает для путешествия своих героев именно Прибалтику. В 60-м году, когда вышла повесть, да, в принципе и все последующие годы, эта территория оставалась  для многих живущих в Союзе  практически заграницей. Во-всяком случае, все три респулики были по образу и стилю жизни, скажем так, не совсем советскими.   И это ощущение Василий Аксёнов предает исключительно точно.

Все четверо смотрели, как приближается автобус, и чувствовали себя счастливыми. Вот это жизнь! Горячий песок. Сосны. Чайки. Море. Автобус идет. Куда хочу, туда еду.
Могу на автобусе, а могу и в такси. И пешком можно. И никто тебе не кричит: иди, учи язык! И никто, понимаете ли, не давит на твою психику. И унижаться, выпрашивать пятерку на кино не надо. А впереди вечерний Таллин. Город, полный старых башен и кафе.
Они вошли в кафе. В зале были свободные столики, но они подождали, пока освободятся места у стойки. Места освободились, и они сели на высокие табуреты к стойке. Положили руки на стойку. Вынули сигареты и положили их рядом с собой. На стойку. Поверхность стойки была полированной и отражала потолок. Потолок весь в звездах. Асимметричные такие звезды.

Барная стойка с высокими табуретами, ассиметричные звёзды -  для тогдашнего времени вообще какой-то антураж из романов Хемингуэя.   Ни в одном среднестатистическом  московском кафе, и даже в ресторане, о таком тогда даже не слышали, не говоря уже о провинции.   А казино и карточные игры? Обратите внимания, везде было запрещено. Кроме Прибалтики. Как же плохо  и трудно им жилось  при советской-то власти! Просто ай-ай-ай!

Стилистика построения повести для 1960 года была  абсолютным прорывом. До Аксёнова в Советском Союзе  так не писал никто и никогда:  короткие отрывистые фразы с нескончаемыми повторами, внутренние монологи героев , взгляд как бы изнутри и сейчас же со стороны.

Димка засвистел, перекатился на другой бок и бросил ей через плечо зеркальце и гребенку. Он стал смотреть на свои сандалии, засыпанные песком, а видел, как Галя причесывается. В левой руке она держит зеркальце, в правой – гребенку, заколки – во рту.
– Теперь можешь смотреть.
– Неужели? О нет, нет, я боюсь ослепнуть!
– Смотри! – крикнула она с вызовом.
Димка стал смотреть.
«Смотри, смотри, смотри! – отчаянно думала Галя. – Смотри, сколько хочешь, смотри без конца! Можешь смотреть и прямо в лицо, а можешь и искоса.
Смотри равнодушно, насмешливо, страстно, нежно, но только смотри без конца!
Ночью и вечером и в любое время!»

Очень важно подчеркнуть, что герои повести - люди, не только не воевавшие, но войны как таковой, не помнящие, поскольку годы их рождения приблизиельно 1941-42. Война так или иначе догонит этих мальчишек через время, хотя и косвенно. Скажутся недоедание, где-то в глубине сознания оставшиеся воздушные тревоги, трудности эвакуационных дорог.

Совершенно отдельно в повести стоит образ Виктора Денисова, старшего брата Димки. Он представляет поколение, на войну не попавшее, но хорошо её помнящее. Это в какой-то мере образ самого автора, Василия Аксёнова, кстати, действительно врача по первой специальности. Трагическая гибель Виктора - не просто авторский ход, хотя, безусловно, здесь можно увидеть аллюзию на уход Аксёнова из медицины, для которой он практически, можно сказать, погиб. Но образ значительно глубже. В отличие от желторотых несмышлёнышей, Виктор видит и понимает гораздо дальше и глубже. Он уже расматривает, возможно, чем всё закончится с этой "оттепелью" и, как бы парадоксально это не звучало, предпочитает гибель на взлёте. Хотя,  опять же в авторском замысле, можно усмотреть и то, что младшим братьям, больше не на кого опираться и волей неволей теперь им все-таки придётся оределяться с выбором жизненой позиции. Как они все определились мы смогли наблюать воочию.

 Читать/ не читать.  Рекомендую. Чтобы понять наше сегодня, нужно знать, что лежало в основании карусели.

Давно я не возвращалась к Аксёнову. И вот наконец-то его повесть «Звёздный билет» снова попала в мои руки. Впервые она была опубликована в журнале «Юность» в 1961 году, и сегодня, спустя десятилетия, кажется удивительно современной и живой.

Повесть построена на двух параллельных сюжетных линиях, которые отражают два разных пути поколения. Первая — история старшего брата Виктора, научного сотрудника, погружённого в диссертацию и работу в НИИ. Он — образец успешного советского интеллигента: умный, целеустремлённый, но уже идущий против системы, он почувствовал ту самую "оттепель".

Вторая линия — центральная, посвящена младшему брату Димке и его друзьям, только что окончившим школу. Вместо того чтобы сразу поступать в институт, они решают отправиться в Эстонию отдыхать, работать, путешествовать, искать себя. Это история о взрослении без родительской опеки, о первой настоящей самостоятельности. Ребята работают грузчиками, рыбаками, живут на заработанные деньги . И вместе с ними в этом приключении участвует их одноклассница Галя. Здесь есть место и первой любви, и крепкой дружбе, и тем непростым, но искренним решениям, которые приходится принимать, когда ты только начинаешь жить своей жизнью.

Конечно, образы слегка идеализированы, но в этом и есть особая прелесть аксёновского письма: он не стремится к назидательности, а просто и правдиво показывает молодых людей с их мечтами, сомнениями, ошибками и маленькими победами. В книге есть всё — любовь и измена, предательство и верность, алкоголь и честность, даже место для героических поступков. Мне нравится, что всё это показано без пафоса и фальши.

Особенно символичным кажется сам «звёздный билет» .Этот образ проходит через всю повесть, от первой до последней страницы, замыкая историю в кольцо. Он становится метафорой возможности, выбора, того самого шанса, который даётся молодости.

Книга читается на одном дыхании, легко и свежо. Даже грустные моменты в финале оставляют не ощущение безысходности, а светлую, немного ностальгическую грусть, как после хорошего, искреннего разговора.

Отдельно хочется сказать об экранизации, фильме «Младший брат» (1962). Я тут же ее посмотрела, что делаю крайне редко. Фильм близок к книге, хотя и смягчён цензурой своего времени. Великолепный актёрский состав: Александр Збруев, Андрей Миронов, Олег Ефремов, Олег Даль, Людмила Марченко. Актеры создают удивительно правдоподобные, живые образы. Они молоды, им не нужно «играть» молодость, они ею живут на экране. А музыка Микаэла Таривердиева придаёт фильму ту самую лёгкую, почти поэтическую интонацию, которая сглаживает остроту сюжета, но не лишает его глубины.

«Звёздный билет» — это о молодёжи 60-х, книга о свободе, выборе, дружбе и первой любви. Темы, поднятые автором, остаются актуальными во все времена. Аксёнову удалось создать текст, который и сегодня звучит свежо и искренне, напоминая нам, что настоящее взросление начинается не с диплома, а с умения самостоятельно строить свою жизнь, отвечать за поступки и ценить тех, кто рядом. Отличное, душевное чтение, которое оставляет после себя тепло и лёгкую грусть.

Сразу после «Коллег» я решила прочитать еще одну книгу Василия Аксенова, книгу того же периода и примерно о том же – о молодости, о первых шагах во взрослой жизни, об обретении себя. Но несмотря на сходство некоторых базовых точек – трое друзей, попытка почувствовать собственную самостоятельность, первая любовь , первые отношения, изменение взгляда на окружающий мир – она все же другая.

Трое совсем юных парней и их подружка, только что закончившие школу, решают жить абсолютно самостоятельно и для начала – а не махнуть ни нам в Прибалтику, на рижское взморье? Их не волнуют практические вопросы, деньги – не проблема, будем стихи писать, на бильярде выиграем, велосипед продадим, да и кто вообще думает о деньгах, в 16-то лет. Зато впереди весь мир, новая жизнь, свежий ветер… Романтика, одним словом. И пусть возмущенные родители ахают и охают, причитают о том, что будет с детьми – они выше этого. Они свободны, они умны, они пишут гениальные стихи, Хемингуэя и Белля цитируют наизусть, а старика Тургенева не читали вообще, долой рухлядь, они знают про Пикассо и Матисса, но Рубенса путают с Рембрандтом, потому что и их надо отправить на свалку истории. Мне показалось, что автор несколько переборщил с показным молодежным нигилизмом наших героев, для того, чтобы к концу книги иметь возможность показать их изменившийся повзрослевший взгляд на мир и свое место в этом мире.

Никто не спорит, ребята симпатичные, хотя и нарисованы одной краской – спортсмен Юра и есть спортсмен из известной фразы «Было у мамы три сына, двое умных, один спортсмен». Нарочито туповатая речь, незначительные эпизоды. Эстет и интеллектуал Алик Крамер тоже представляет собой довольно злую пародию на окололитературных мальчиков, которые тусуются в культурных кругах («помните, мы с вами сидели рядом на диспуте о Феллини?»), одержимы начинающим графоманством, с легкостью катают многостраничные романы, пишут невнятные стихи и считают себя ниспровергателями традиций. Девочка Галя, хорошенькая и готовящаяся стать не меньше, чем кинозвездой, так же как и Алик покоренная мишурным блеском экранного мира, наделавшая ошибок и с трудом выкарабкавшаяся из болота «красивой жизни». Все они прежде всего нужны для того, чтобы на их фоне заиграл Димка Денисов, главный герой, симпатичный парень, у которого в голове такая мешанина из благородных мыслей и отрицания всего «взрослого», он бунтарь и романтик, он влюблен и циничен одновременно, он самоуверен и наивен.

Бунтарь? Да не понимает того Димка, что его наивный и никому не нужный бунт меркнет рядом с поступком старшего брата. Да, именно Виктор, весь такой правильный, в костюме, при галстуке и с портфелем, именно он и оказался способен на истинный бунт. Это вам не из дома удрать и родителей до сердечных капель довести, это серьезно. Отказаться от уже совсем готовой диссертации, на которую ушло почти три года, потому что данные эксперимента говорят о другом. Пойти против научного руководителя, против руководства института, наконец подвести товарищей, чьи диссертации тоже полетят коту под хвост, потому что все они основывались на ложной предпосылке. И всего-то просят его – подожди со своими выводами, защитись сам, дай защититься другим, а потом сделай вид, что ты только что это обнаружил, публикуй – и волки будут сыты и овцы целы… А Виктор на это не идет. А вы говорите, что это Димка с друзьями – бунтари...

Не уверена, что автор писал о Викторе как антитезе Димки. Он поступил более прямолинейно – свел наших героев сначала с откровенными жуликами, показав, что за фасадом красивой жизни таится вранье, грязь и пошлость, а потом с честными работящими эстонскими рыбаками, славными ребятами, общение и работа с которыми изменили взгляд наших героев на окружающий мир. Вот это нарочитое противопоставление было заметно и вылезало из всех щелей.

Как пример: Если раньше речь Юрки была замусорена жаргоном, то после встречи его с эстонской милой и правильной девушкой Линдой он стал стараться говорить чище, потому что ее наивное «Юра, я хорошо знаю русский язык, но не понимаю, почему ты говоришь, что я – «молоток»? » смущало его. Мило, не спорю. Но притянуто за уши .

Но в целом книга конечно же оставляет впечатление того самого глотка свежего воздуха, каким она наверняка и являлась в 1960-м году, в тот недолгий период оттепели. Когда никто из эстонских друзей наших героев и не подозревал, что бок о бок рядом с ними в штормовое море уходили «оккупанты и захватчики», а те, которые «прозрели» просто еще не родились.

Дальше...

Посмотрела еще и экранизацию. Удивительно, три дебюта ярчайших, настоящих звезд нашего экрана сошлись в этом фильме ( знаю, знаю, у одного не совсем дебют, был эпизодик на две фразы в «А если это любовь?»)