Фауст

Кто хочет невозможного, мне мил.

Как неприятна правда молодым,
Когда ее в лицо мы говорим.
Когда-то нами вбитые начала
Жизнь после подтверждает, что ни шаг,
Им кажется, что тут развитья знак:
«Мы возмужали, мы народ бывалый,
А наш учитель жалкий был дурак».

Большое множество простых умов
Живет постройкой карточных домов.

Вы только сейте, урожай придет.

Что невозможно, то и вероятно.

Среди примет, поверий, грез
Давно ль у вас на правду спрос?

Но с женщинами перемена:
Копить теперь несовременно.
Теперь у баб, как у банкротов,
Желаний больше, чем расчетов,
И муж, влезающий в долги,
На положении слуги.

Где ты был в тот миг, в ту пору,
Как предательство лелеял?
Ты пожнешь, что ты посеял.

Каждый рано или поздно,
За измену платит кровью.

Обаятельней всего
Благодарных существо.

Смесь полезного с приятным —
Наилучшая краса.

Мы прячем светское коварство
Под скоморошьим колпаком.

Из партий, как бы их ни звали,
Опоры мы не создадим.
Нам так же чужды их печали,
Как мы и наши нужды им.

Что ненавистно и желанно?
Что нужно и не нужно нам?
Что изгнано и под охраной?
Что и сокровище и хлам?
Пред кем в душе дрожат вельможи
И кем пренебрегают вслух?
Кто жмется к твоему подножью
Верней и ниже всяких слуг?

Так обстоит с желаньями. Недели
Мы день за днем горим от нетерпенья
И вдруг стоим, опешивши, у цели,
Несоразмерной с нашими мечтами.

Время — лучшее лекарство,
Верь тому, что предстоит.

Меня убивают страдания этой единственной, а его успокаивает, что это участь тысяч.

Отдана на расправу духам зла и бездушию человеческого правосудия!

Чем фальшивей пустосвят,
Тем с ним спор бесцельней.

Все изолгались, вот в чем горе.