Катилинарии

Творчество Нотомб (в целом) и повесть "Катилинарии" (в частности) - яркое и очевидное подтверждение того факта, что литература, не несущая на себе явных черт монументальности (а порой даже относимая к категории лёгкой беллетристики), вполне может обладать способностью поражать, восхищать, смещать акценты мировоззрения, побуждать к переоценке ценностей.

Есть самообман особой природы - такой, который наиболее опасен для своего же источника и носителя: это подавление своих истинных порывов и инстинктов, их забивание и прибивание к самому дну своего естества этакой "дубинкой" - необходимостью следовать неким устоям общественной морали. В определённых обстоятельствах необходимость эта превращается в насилие над своим подлинным, сокровенным "я", требующим во имя самозащиты действий, которые, казалось бы, в корне противоречат этим самым устоям.

Но на поверку оказывается, что якобы непререкаемые нормы в совокупности своей - безликая условность, огромный, но пустой мыльный пузырь, попытки следовать им - лицемерная ширма для истинных неприглядных мыслей и намерений, а их "нарушение" - гораздо более честная и осязаемая действительность. И стоило лишь своевременно отодвинуть эту лицемерную ширму, то есть (в данном случае) отказать в гостеприимстве нежелательному гостю, - и тлеющая искра недовольства не спровоцировала бы взрыв необузданного гнева.

Не зря, не зря психологи единогласно провозглашают необходимость воспитания в себе умения говорить "нет" не только людям, но и ситуациям. Наблюдая за последствиями лицемерного соглашательства главного героя "Катилинарий" с первоначально малозначительной, но чрезмерно досаждающей ему ситуацией, читатель более не видит оснований сомневаться в пользе этого умения.

Принципиально не выбрала автобиографичное произведение для первого знакомства с автором. Прочитав аннотацию к роману "Катилинарии", я предвкушала интересное открытие. Что же может быть такого в обыкновенном соседе, когда ты с супругой переехал за город в прекрасное местечко и великолепный Дом (да, именно с большой буквы!), пусть этот сосед и приходит к вам каждый день на 2 часа? Роман произвёл на меня довольно странное впечатление. Некоторые сцены вызвали волну неприятных эмоций. Например, мне сложно адекватно принять мысль, что 10-летние дети моются вместе, позволяя себе шалости, при этом родители абсолютно не противятся этому, а даже поощряют. Ведь их будущий брак (который состоится аж через 13 лет) «уже одобрен родителями и всем миром». Очень любопытным мне кажется лёгкий намёк на возвышенность стиля. Возможно, это специально сделано для воссоздания всех черт персонажа Эмиля, от лица которого ведётся повествование. Один тот факт, что он сравнивает себя с Цицероном, который произносит Катилинарии, говорит о достаточной доле самомнения. Вместе с этим меня как-то неприятно задело прозвище жены соседа, пусть и отвратительной на внешний вид и своими повадками, но называть её просто «киста» это, на мой взгляд, чересчур. И этот человек считает себя невероятно воспитанным, что даже не может не открыть дверь соседу. Я частично согласна с Амели Нотомб в том, что мы практически ничего не знаем о себе. В самый интересный момент наше поведение может вызвать шок даже у нас самих. Мы непредсказуемы, потому что нами постоянно движут инстинкты, прорываясь сквозь стену разума и логики. Вот только в романе всё строится не столько на теории о непонимании и незнании себя, сколько на попытке отрицать действительность. Ведь главный персонаж узнаёт о себе много неприятного, но он продолжает всё это отрицать. Имея самый скромный опыт преподавания языков (хоть и не древних, как Эмиль), с трудом понимаю главного героя и дальнейшее развитие сюжета. Меня не покидало ощущение, что сейчас я узнаю истинную причину странного поведения соседа. Вот-вот всё откроется. Та версия, которая была озвучена главным персонажем в своих рассуждениях, казалась мне неправдоподобной. И в конце так и остался вопрос: «А было ли так на самом деле, или это лишь очередное заблуждение Эмиля?»

Далее - спойлерная часть

Тот гадкий поступок, который совершает Эмиль (считая себя при этом истинным героем), слегка притянут, на мой взгляд. Не было у него того стечения обстоятельств, в которых действовать так было бы понятно и верно. Простой стресс и нервное расстройство, пусть даже от постоянно раздражающего соседа, к такому не приводят. Честно сказать, данное произведение показалось мне довольно слабым. Прочитав несколько отзывов и о других произведениях, я поняла, что это такой авторский стиль – просто окончить свой роман, не дав практически никаких объяснений.

Текст Нотомб  читать невозможно — она всегда гипнотизирует своей ледяной исповедальностью. Только что закрыла книгу, и пальцы до сих пор покалывает от абсурдного ужаса, который автор умудряется упаковать в безупречные синтаксические конструкции.

Эмиль Азель, тихий преподаватель латыни, вместе с женой Жюльеттой сбегает от суеты цивилизации в идеальный дом французской глубинки. Они празднуют сорок три года брака, наслаждаются снегом за окном и готовятся медленно раствориться во времени. Их пастораль длится ровно до четырех часов дня. Сосед, месье Паламед Бернарден, начинает приходить к ним ежедневно. Он не приносит пирогов. Он просто садится в кресло и молчит два часа, а затем уходит. Из этой звенящей тишины рождается самый клаустрофобный триллер о границах человеческого терпения.

* Эмиль: Наш рассказчик. Трусливый интеллектуал, чья вежливость оказывается его главной клеткой. Он цитирует античных авторов там, где нужно бить по лицу, и оправдывает чужую наглость своим воспитанием. Это история о том, как хороший человек становится чудовищем исключительно из-за неспособности сказать слово «нет».

* Жюльетта: Его жена, которая кажется поначалу слабым отражением мужа, но именно она хранит в себе пугающую практичность. Она единственная, кто понимает природу их соседа раньше всех остальных.

* Месье Бернарден: Архетипический зануда, воплощенная пустота. Врач-кардиолог весом в центнер, он ничего не ест, ничем не интересуется и говорит односложно. Но самое страшное в нем — это даже не его присутствие, а то, как методично он высасывает жизнь из пространства вокруг себя.

* Бернадетта: Жена-соседка, запертая мужем в доме. Огромная, почти нечеловеческая фигура, которую Эмиль сначала презирает, но со временем начинает ей сострадать больше, чем самому себе.

Нотомб обнажает мораль Эмиля — она гуманистическая, христианская, жалкая. Она заставляет его терпеть, спасать самоубийцу, кормить несчастную жену соседа и сходить с ума от вины. Эта доброта бесплодна: она разрушает его брак, лишает покоя и превращает жизнь в ад.

Роман доказывает одну жестокую мысль: Добро безымянно и мимолетно. Оно никому не оставляет следа, оно утомительно и часто приводит лишь к новым жертвам.

«Катилинарии» — это книга о том, что наша повседневная вежливость так же бессмысленна перед лицом вселенской скуки, как попытка спасти мотылька от пламени Везувия. И написана она при этом так блестяще, что оторваться физически больно. Читать обязательно тем, кто любит, когда литература делает ему по-настоящему некомфортно.