"Битлз" как рупор пролетария
Книга вышла в 1989 году (тиражом 50000 экз.!), раздобыть её удалось в библиотеке. Когда полезла искать дополнительную информацию, обнаружила, что в 1990 году было переиздание! И открывалось оно предисловием от переводчика:
Публикация первого издания на русском языке книги Г. Шмиделя «Битлз. Жизнь и песни» вызвала огромный поток писем в издательство и в редакции некоторых молодёжных газет. Советские поклонники легендарного ансамбля, приветствуя выход в нашей стране первой книги о ливерпульских музыкантах, одновременно критикуют её (порой справедливо) за неточности и ошибки, содержащиеся в тексте и дискографии.
В этой связи необходимо дать некоторые пояснения относительно предлагаемой в книге информации.
Дальше многострадальный переводчик, который отдувается тут за всех, ссылается на невозможность привести к единому знаменателю все разноплановые источники, которыми пользовался автор, и демонстрирует несколько примеров, когда ему, переводчику, удалось в переиздании восстановить справедливость.
Я не собираюсь критиковать ни автора, ни переводчика, очень уж много радости принесла мне эта книга, но хочу сразу предупредить: если вы хотите более-менее объективную (редкость невероятная) и достоверную биографию группы, то это не она. Но если у вас уже есть какие-то знания о предмете, а также опыт чтения советских учебников (школьных сочинений и рефератов, текстов средненького ИИ) и вам любопытно, как формируется в наших головах картина мира, то вы сможете получить удовольствие от этой книги.
Оригинал вышел в Лейпциге в 1985. Мне всегда интересно, какими источниками пользовались авторы, что было доступно на момент написания книги, что автор предпочёл из всего этого взять и каким боком повернуть, поэтому первым делом всегда ищу список источников. Здесь он есть, но почти весь немецкоязычный (хотя пару-тройку книг я опознала). К сожалению, нет интервью с Астрид, Клаусом или Юргеном, а могли бы.
Из привычных (и доступных в середине восьмидесятых) источников под рукой автора была "Авторизованная биография" Хантера Дэвиса, но в переводе на немецкий, что уже чревато осложнениями, и 1978 года издания, т.е. до переиздания после гибели Джона. По какой-то загадочной причине автор всерьёз цитирует предисловия к книгам Джона (возможно, он сами цитаты взял в другом источнике, без контекста, и не понял, что это шутка, но вообще-то сами книги Джона в списке литературы тоже есть). Довольно любопытно (как всегда) наблюдать, как автор из одного интервью Джона берёт одну мысль, а из другого – другую, потому что если бы он обе взял из одного, ему бы пришлось объяснять, как так вышло, что Джон сам себе противоречит.
Временами кажется, что книга написана в несколько оборонительном духе, словно нужно кого-то убедить, что рок-н-ролл и «Битлз» это идейно верно. Есть момент, когда автор трогательно вступает в заочную полемику с критиком, покусавшем авторов из-за «Yellow Submarine». И внезапный экскурс в историю музыки, чтобы, я так понимаю, снять с битломании метку чего-то исключительного и плохого.
В течение многих лет в буржуазной прессе считалось хорошим тоном иронизировать над культом «Битлз» 60-х годов и подвергать этот культ высмеиванию. Законодательный мир взрослых при этом забывал, что нечто подобное уже происходило в XIX веке, когда Ференц Лист выступал с концертами в Пеште в 1840 году. Его – национального героя Венгрии – встречали 20 000 человек, которые с факелами в руках шествовали до гостиницы, где остановился музыкант. В Берлине восторженные поклонники выпрягли лошадей из кареты, в которой ехал Лист, и сами провезли её через весь город под приветственные возгласы «Да здравствует! Браво!» Когда в Лейпциге прославленный маэстро исполнял свою транскрипцию «Лесного царя» Шуберта, его игра привела публику в такой восторг, что часть слушателей взобралась на стулья, чтобы аплодировать своему любимцу. Известно много случаев, когда женщины, переодевшись в мужскую одежду, сопровождали обожествляемого ими маэстро во время его гастролей, чтобы только быть рядом с ним. Многие женщины носили перчатки с изображением Ференца Листа. Одна из берлинских газет того времени писала: «Глупость никогда не праздновала подобного триумфа». Аналогичный восторг необузданных поклонников всегда сопровождал гастрольные выступления «дьявола» – скрипача Никколо Паганини. И если дрезденские подростки 20-х годов подкупали официанта из отеля «Паласт», расположенного на площади Постплатц, чтобы наполнить бутылки водой из ванны, в которой купался их идол – тенор Тино Паттиера, то это было таким же сумасшествием, как и битломания 60-х годов.
Структурно всё задумывалось просто: вступление (три), минимум биографических фактов до создания группы, коротко сама история группы (даже про мировое турне нет), довольно много внимания песням и их предполагаемым смыслам; заканчивается книга подборкой цитат о Ленноне (объективности ждать не приходится, потому что это люди писали в память о нём после его гибели).
Три вступительные главки-предисловия:
1
Первая – о происхождении рок-н-ролла, и цитата, которой открывается книга, хороша:
Несколько десятков чёрных танцоров шаркали по полу маленькой сельской церкви, тяжело ступая на половые доски в равномерном качающемся такте и отбивая ладонями сложные ритмы. Предводитель издавал громкие звуки, напоминающие монотонное пение, и танцоры мгновенно отвечали ему. Когда запевала, уставший от вздрагивающих ритмов, жары и бешеной скорости пения, падал на скамейку, другой запевала на незнакомом языке продолжал напоминающее кудахтанье пение: "Oh My Lord; Well, Well, Well. I've Gotta Rock. You Gotta Rock. Wah, Wah, Wah, Ho; Wah, wah, wah, wah, Ho" (Роберт Пальмер, музыкальный критик, 1934)
Автора тут интересует само слово Rock в первую очередь, и дальше он продолжает искать его же в справочнике по джазу (и находит). Но вы только посмотрите на все эти Wah, Gotta, Well, Ho! Это же и есть ду-воп!
Всё сводится к тому, что рок-н-ролл вырос из смеси разных афроамериканских музык. Присутствие в этой музыке белых упоминаетсятолько вскользь, в перечне инструментов – до тех пор, пока не появляется Элвис.
2
Второе вступление совсем короткое, о преемственности: Элвис влюбился в афроамериканскую музыку, битлы влюбились в исполнение Элвиса («поёт нутром»). В качестве источников вдохновения битлов указаны несколько музыкантов, удивляет отсутствие Литтл Ричарда. Про Джерри Гоффина и Кэрол Кинг как ориентир тоже тишина (уж не говорю про авторов мюзиклов), но это понятно, если автор таки имел в виду, что битлы у нас классовую борьбу в музыке возглавляют.
Фрэнк Синатра в 1958 брюзжит о том, что рок-н-ролл «поют, играют и пишут сумасшедшие дураки» (да, тот самый Фрэнк, который запишет каверы на Something Джорджа и Yesterday Пола и назовёт песню Джорджа величайшей песней о любви) – и тут мы плавно переходимк третьему вступлению, и оно про Ливерпуль.
3
Третье вступление это такой гимн «пролетарской молодёжи Ливерпуля», которая даже в подвалы типа Cavern club устремилась не просто танцевать и музыку слушать, а в поисках места для встреч «протестующего единства».
Вспомнилось, как битлы в нашей прессе в начале шестидесятых появились как «три безголосых гитариста и один упоённый собой барабанщик» – подозреваю, это была отсылка не к д'Артаньяну и трём мушкетёрам, а к песенке «Четыре неразлучных таракана (и сверчок»). Постепенно они из представителей буржуазии, призванных затуманивать мозги активной молодёжи, превратились в выходцев из рабочего класса, «своих парней», а потом и до сопротивления поступи имперализма дело дошло. Самое забавное, что на родине их шпыняли за то, что они протаскивают чуждое истинным британцам американское бескультурье, а в Штатахих объявили оружием коммунистического режима (кстати, книгу «Коммунизм, гипнотизм и The Beatles» Дэвида А. Нёбеля я тоже раздобыла, потом расскажу). И для всех они были «лжеискусством», потому что кто вообще так делает-то? Образования, понимаешь, профильного (а у некоторых и школьного) нет, в профсоюзе не состоят – кто разрешил считать себя авторами песен, исполнителями и музыкантами?
Есть сноска, что в оформлении использованы фотографии из книги Shout! (1981) Филипа Нормана, но в списке литературы её нет. Возможно, это было вольностью которого-то из издательств, а сам автор к ней как к источнику не обращался (ну и к лучшему, наверное, если учесть, что Пол называл её Shit!, а через много лет Норман признал, что перегнул палку и попытался исправить нанесённый урон). В любом случае, в 1989 году получить книгу с фотками битлов было, думаю,приятно. Но хочу заметить, что подборка хорошо отражает взгляд Нормана образца восьмидесятых: на совместных фото парни выглядят чуваками недалёкого ума, Пол мнётся рядом с принцессой Маргарет, Леннон работает с Джорджем Мартином, счастливо улыбается рядом с Йоко и вообще разнообразен на фото разных периодов; Джордж кажется невразумительным гитаристом, который тусит с менеджером и своей невестой-моделью (куда только подевались все двадцать с лишним гитар, ситары, синтезатор Moog и прочее), но у него хотя бы Патти есть, да, потому что у Пола нет ни пианино, ни его любимого баса, ни Линды, с которой к 1985 году они много чего сотворили (зато есть детское фото с братцем Майком, и на том спасибо). Но показательнее всего раздел, посвящённый Ринго, ибо он состоит из единственной фотографии одинокого Ринго без единого барабана вокруг. Любопытно, что даже такие, мельком увиденные, вещи оказывают влияние на формирование наших представлений о чём-то (особенно, если мы углубляться не планируем). А потом появляются упоминания в научно-популярных журналах о том, как Джон Леннон записал «Сержанта Пеппера» и комментарии повсюду о ревизионизме со стороны той или иной персоны.
Ну да ладно.
Интересно, что – осознанно или нет – но сопровождающими фото цитатами автор сказал больше, чем говорит вся книга: Леннон предстаёт истинным художником слова, пекущемся о людях во всём мире, Джордж скептичен по отношению к своим поэтическим и певческим способностям, а Пол и Ринго простодушно убеждены – как и поныне – в том, что братство «Битлз» нерушимо. И вроде как сам собой возникает вопрос: почему человек, искренне считавший, что они – единая сущность, в конце концов передумал.
Что ещё могу сказать? Хотела бы я найти человека,который делал аккуратные пометки карандашом. У меня такое ощущение, что этобыла я, ха-ха.
А теперь переходим к цитатам, чтобы предметно объяснить причину веселья. К сожалению, мои нулевые познания в немецком не дают возможности сравнить перевод с оригиналом, но похоже, что часть странностей появилась благодаря автору (и, возможно, переводчикам с английского на немецкий), а часть возникла в момент перевода на русский. Иначе довольно сложно объяснить, откуда у нас тут подобное:
В игровой форме исполняется также песня «Thanks Mo». За Джоном, как обычно, последнее слово: «Мне нравится говорить Вам спасибо от имени группы и от себя. Я надеюсь, что мы удовлетворили Ваш слух».
Если кто-то не опознал, это знаменитое «Thanks, Mo» Пола, когда он благодарит Морин Старки, как они благодарили своих фанаток в Cavern club (и Морин была одной из них) и не менее знаменитая шутка Джона «Я хотел бы поблагодарить вас от имени группы и от нас самих, и я надеюсь, что мы прошли прослушивание».
Итак, поехали. Дальше...
Когда ты чуешь, что что-то должен написать об этом, но истина ускользает:
Через 13 лет [после того, как Джон начал жить у Мими и Джорджа] в Ливерпуле появилась мать Джона.
А куда, простите, она уезжала? Она же там и жила всё это время, разве нет?
О первом составе «Куорримен»:
На гитарах играли Джон Леннон и Эрик Гриффит, Джон отвечал и за игру на банджо.
Ага. Это, видимо, о том, что Леннон играл на гитаре, как на банджо.
Некоторое время важную роль в группе играли также Найджел Уэлли и Айвэн Вон.
Хотелось бы, конечно, подробностей, что там за роли-то такие важные имеются в виду.
Странности с хронологией и логикой:
15 июня 1956 года группа «Куорримен» играла на одном из церковных праздников. Члены группы познакомились там с юношей, который владел новыми, неизвестными им ещё приёмами игры на гитаре. Для Джона эти приёмы игры были настоящим открытием.
Ну как бы да, если учесть, что он играл на гитаре, как на банджо; с датой, насколько помню, Джон и Пол сами Хантера Дэвиса в заблуждение ввели)
Через две страницы «на одном из вечеров в Вултоне» Леннон и Маккартни знакомятся снова.
Ещё дальше возникает ощущение, что они регулярно посещали «вечера в Вултоне» и знакомились там:
На одном из вечеров в Вултоне Пол представил Джону свою версию известной песни «Twenty Flight Rock». Джон моментально заявил о своей готовности принять Пола в состав группы.
Они [товарищи Пита Беста по группе] уже знали, кто его заменит. Это был уроженец Ливерпуля Ричард Старки, который позже стал именовать себя Ринго Старром.
Когда позже-то? К моменту знакомства с ними (а оно вкниге состоялось страниц пятнадцать назад) он уже Ринго Старр.
О том, как человек справляется с непосильной задачей совместить актуальное повествование (Джон –бескомпромиссный борец за права, великий и честный, единственный автор текстов, Пол – автор запоминающихся мелодий, Джордж вроде бы что-то тоже в конце концов написал, а Ринго это просто Ринго) и пролезающее из публичного прошлого и субъективно воспринимаемого настоящего представления о группе как о весёлой и трудолюбивой компании талантливых лучших друзей.
Одно удовольствие наблюдать, как автор ищет объяснение загадке, как Стюарт Сатклифф, который был талантливым художником, но не умел играть на гитаре, оказался басистом в группе Джона:
Однажды Джон познакомился в колледже со Стюартом Сатклиффом, одарённым музыкально юношей. Стюарт интересовался искусством. Оба парня очень быстро подружились. Стю больше всего любил музыку и был заворожён, услышав впервые группу «Куорримен». В группе мало что изменилось, вперёд она не продвинулась.
Очень любопытно, где автор почерпнул информацию о том, что Стю больше всего любил музыку. И как не продвинувшаяся в развитии группа смогла заворожить столь искушённого знатока.
Много сложностей доставил автору Пол (очень сочувствую, но продолжаю смеяться даже сейчас, перепечатывая цитаты):
Пол любил писать сочинения и хорошо писал их. Другие же школьные предметы он делал без особого энтузиазма.
Пола интересовали только музыка, живопись и английская литература.
Смею заметить, только что его интересовал только английский язык.
Чуть ниже:
После смерти матери у Пола проявилась любовь к музыке. Почему она возникла? Ребёнком его мало волновали как регулярная игра отца на пианино, так и предложения петь в церковном хоре Ливерпульского собора.
С Ливерпульским собором, помнится, вообще история мутная, от «меня туда не взяли, ха-ха» до «я туда не хотел, поэтому специально фальшивил на прослушивании», но играющего на пианино отца всегда называют основной причиной любви Пола к музыке, нет?
Потом, когда парни уже собираются на свои первые гастроли в Гамбург, внезапно нерадивый в учёбе Пол становится для товарищей по группе «ненадёжным кандидатом. Он блестяще сдал экзамены в школе и ждал направления в колледж».
Впрочем, с Джоном тоже не всё ясно: «Он считал себя неврастеником и поэтому все неприятности срывал на своей подруге Синтии».
Но самое интересное про Джона начнётся в части, где речь пойдёт о конкретных песнях.
А пока – долго ли, коротко ли, но поехали наши ребята в Гамбург. И тут внезапно на границе возникли проблемы. Потому что – не поверите – «у четвёрки музыкантов не было разрешения на работу». Ок. Давайте посчитаем музыкантов: Джон, Пол, Джордж, Пит и Стю. Сколько получилось? У кого-то из них было разрешение? Кого-то из них не посчитали? Ставлю на Стю, потому что Джон, Пол, Джордж и Пит время от времени автором упоминаются.
В следующей главе снова:
Однако четвёрка ливерпульцев была тщеславной, часами упражнялась на инструментах, оттачивая своё мастерство, и наконец добилась расположения и признания со стороны своих слушателей. К ним относились художник-график и музыкант Клаус Ворман и его подруга Астрид Кирхгерр.
Ладно, допустим, это не математический промах, а случайный намёк на то, что не так уж Стю и был увлечён музыкой. Но точно ли в мастерстве дело было? Давайте посмотрим, что сам-то Клаус говорил о первой встрече с группой? Кстати, цитата из книги, которая есть в списке, т.е. автор должен был читать это:
Они исполнили «Sweet Little Sixteen», где Джон пел. Они поразили меня... Я не мог оторвать от них глаз. <...> Я не мог поверить, как хорошо они играли вместе, так мощно и так смешно. И всё это время они скакали. И они продолжали в том же духе восемь часов.
Кстати, Клаус-музыкант в 1960 это анахронизм, тут он именно художник, в басисты (и музыканты) он решил податься, когда Стю объявил о своём уходе (но Джон, к которому Клаус обратился с вопросом, сказал, что уже решено, что басистом будет Пол, сорри, брат).
Впечатления Клауса от мастерства группы:
Снова Стю внезапно появляется в следующей главе, когда приходит время сообщить, что «в ноябре 1960 года состоялась помолвка Астрид и Стю».
После того, как большую часть группы депортировали из Гамбурга:
В Ливерпуле четвёрка музыкантов не обнаружила своего разочарования гастролями и продолжала выступать в клубах
Да, тут всё верно, теперь это действительно четвёрка, Стю остался с Астрид в Гамбурге, но подождите, а как же знаменитая история про то, как Джон сомневался, стоит ли продолжать, а ответственный Пол (с подачи папы) так и вовсе решил, что пора взяться за ум и устроиться на нормальную работу (и устроился, Джону в итоге пришлось ставить ультиматум: или работа, или группа)? Понятно, что многие подробности выплыли позже, но сама история точно была у Хантера Дэвиса, который есть в списке литературы, (и, видимо, эта история была важна для Джона, потому что он об этом часто рассказывал). А тут, оказывается, никаких проблем и не было, хм-хм.
Просто шикарные цитаты:
Сегодня Ринго совсем не помнят как ударника группы«Битлз»
Напомню, автор написал это в 1985.
Подобно Ринго, Джордж Харрисон так же долгое время находился в тени, падавшей на них от Джона и Пола.
В нём [альбом A Hard Day's Night] раскрывается звучащая прелесть бас-барабана, на котором играет Ринго Старр.
Вместо точки хочется написать некоторое количество восклицательных знаков, что я и сделала в черновике.
Загадочное про песни:
В песне «All My Loving» Джону удалось достичь такой композиции, которая вошла в историю как образец классической рок-музыки.
Как мы поступим с утверждением Джона, что это песня Пола (и, ха-ха, к сожалению, я бы сам хотел её написать)? И что это вообще должно значить: «достичь такой композиции»? На пару секунд показалось, что читаю текст, сочинённый ИИ, но нет, книга действительно вышла в 1989.
По существу, написанные Джоном тексты, в первую очередь, стали поводом, побуждающим Пола Маккартни к созданию для них мелодий. Для Джона самым важным в песне была мелодия.
А. То есть мы просто проигнорируем утверждение Джона и Пола (а также тех, кто их хорошо знал), что они оба писали тексты и музыку? И при этом спровоцированный Джоном Пол делал самую важную с точки зрения Джона часть? Вспоминается анекдот о том, что Джон был таким крутым лидером группы, что развёлся с Синтией, чтобы подтолкнуть Пола к написанию "Hey, Jude".
Потом Джона разбудил Дилан. И Джон понял, что тексты-то всяко важнее, и как начал, как начал писать их ко всем песням группы ещё ответственнее. Тут автор рассматривает более-менее подробно кучу песен, причём складывается впечатление, что он искренне считает, что тексты всех их написал Джон, и усердно хвалит Джона за них.
Рассмотрим некоторые тексты тех лет: "Michelle ma bell"...
Что, простите? Это же песня Пола, из совместного здесь только условная «средняя восьмёрка»
..."Girl", "Nowhereman", "I'm Only Sleeping", "Taxman"
Вот Джордж-то удивился, если прочитал
"EleanorRigby"
Да, видимо, поэтому Джон до конца жизни горчил, что Пол написал эту песню без него
"Ob-La-Di, Ob-La-Da"
Ага, именно поэтому существует миф о том, как Джон ненавидел эту песню
"Penny Lane", "Helter Skelter", "Honey Pie", "Maxswell's Silver Hammer"...
Я даже, было дело, испугалась, что где-то проскочила переход от Джона к песням вообще. Но нет, автор даже саму главу заканчивает однозначно:
...то, как Джон Леннон формирует свои тексты,используя некоторые жаргонные слова подростков, и доносит до слушателя в искреннем, юношеском порыве, – достаточно далеко от шаблона. Песни Джона не лгут, не обманывают, не дают никаких эрзац-удовольствий, они прямо и честно говорят о том, что волнует молодых людей.
Тут самым забавным было даже не то, что отнюдь не все эти песни написаны Джоном, а то, как внезапно закончилось терпение переводчика, вырвавшегося с комментарием: «Автор книги неправильно объясняет возникновение песни "Back in the USSR"...»
Наиболее же, на мой взгляд, прекрасное, появляется в части, посвящённой White Album:
Раскованно-радостная серенада, звучащая в песне "Birthday", контрапунктирует с песней "Mother Nature's Sun", написанной Полом уже после распада группы «Битлз».
Что, простите? Да пусть уже будет «раскованно-радостная», что бы это ни значило, пусть, но где вы услышали серенаду в "Birthday"? Почему вдруг Пол написал "Mother Nature's Sun" после распада группы, и как, в таком случае, она оказалась на отнюдь не последнем альбоме группы? И - это личное, знаю - но я так смеялась в ночи, потому что эта загадочная серенада «контрапунктирует»!! Потому что Дуглас Адамс в наших глазах, в наших сердцах: «оригинальная ритмика, которая контрапунктирует сюрреализм основополагающей метафоры человечности... вогонечности чуткой души поэта».
И ещё одна чудесная цитата, о "A Hard Day's Night" как примере активной общественной позиции Джона и его сочувствия тяжёлому положению пролетария:
В текстах Джона просматриваются новые черты: отражение повседневной жизни Англии в поэтической и одновременно критической манере с социальных позиций. Здесь следует назвать песню "A Hard Day's Night". Сюжет песни прост. Парень рассказывает о том, что целый день он работает как лошадь, не разгибая спины, и поэтому он должен был бы после этого спать как убитый. Но когда он приходит домой, все меняется. Его подруга прибрала квартиру. Везде порядок. Она рада его подарку. Парень счастлив, услышав в ответ от девушки, что она готова дать ему все. Они любят друг друга. Между строк можно прочитать, что все это возможно только потому, что он не принадлежит к армии безработных.
Заодно в следующем абзаце автор хвалит Джона за нетривиальный, искренний текст в "Can't Buy Me Love", которая не совсем песня Джона.
Хорошая книжка, в общем. Познавательная (хоть и не в том смысле, в каком обычно ожидаешь от биографии) и весёлая (чего обычно от биографии вовсе не ожидаешь).
29 понравилось
