Цитаты из книги Наївний. Супер

Мысль о взрослении почему-то всегда вызывала у меня тревожное чувство. Пространство меня, в общем-то, мало волнует, но вот со временем у меня проблемы.

Пока я одевался, мне стало ясно, что я не могу потратить этот день на то, на что обычно тратил другие дни. Дни надо проводить иначе. А также и ночи.

Я ложусь на диван и кладу мячик себе на грудь. Я дожидаюсь вечера. Когда стемнеет, я выйду во двор и буду кидать мячик об стенку. Я жду этого с удовольствием.

Мой дедушка – по-настоящему цельный человек. Интересно, цельный ли я. Интересно, есть ли вообще в моем поколении цельные люди.

А действительно: в чем главный смысл? По большому счету, я понятия не имею, зачем все существует.

Время, может быть, и не существует, но тем не менее все как-то движется. Жизнь идет своим чередом. Мы рождаемся и умираем. Я становлюсь старше. Так какая мне разница от того, что на солнце время идет иначе?

В человеке, весящем 70 килограммов, содержится, между прочим: – 45 литров воды, – достаточно извести, чтобы побелить курятник, – фосфора, которого хватит на 2200 спичек, – жиру примерно на 70 кусков мыла, – железа на двухдюймовый гвоздь, – углерода на 2000 карандашей, – одна ложка магния. Я вешу более семидесяти килограммов.

Больше всего мне хочется стать таким человеком, который сумел бы сделать мир немного лучше. Это было бы самое лучшее. Но я не знаю, можно ли этого добиться. Я не знаю, что нужно делать, чтобы улучшить мир. Я не уверен, что для этого достаточно просто улыбаться каждому встречному.

К счастью, я вижусь с ним очень редко, но самое грустное состоит в том, что у него нет контакта не только со мной, но и с самим собой.

Кент спрашивает меня, чем я сейчас занимаюсь, и я говорю, что бросил университет и занялся киданием об стенку мяча, потому что все потеряло вдруг смысл.

Давно мне уже не случалось видеть девушку, о которой думаешь, что хорошо бы встречаться с нею почаще. Может быть, даже каждый день.

У меня такое чувство, что все стало бы куда лучше, если бы у меня была девушка.

Волнует только одно – мысль о том, что я не просил, чтобы меня сюда пустили. Я просто тут есть. Как и все остальные. Так уж вышло, что все мы тут. Но мы не просили об этом. И это не наша вина.

Мне кажется, что значение Интернета сильно преувеличивают. По большому счету он состоит из ненужной информации, без которой мне было бы легче жить. И мне кажется, что многие ощущают примерно то же, что я: что они ужасно много знают, но непонятно, зачем им эти знания. И не очень ясно различают, что хорошо и что плохо.

Удивительно обстоит дело с девушками. Без них невозможно. Они такие тонкие. Они повсюду, куда ни посмотришь. И всегда у них такой вид, словно их ничего не касается. Мне нравятся их голоса. И нравится, как они улыбаются и смеются. И их походка. Иной раз мне кажется, как будто они знают что-то такое, чего не знаю я

Удивительное это дело с девушками! Сначала их нет, и все вокруг тоскливо. И вдруг, откуда ни возьмись, они тут как тут, и все сразу веселеет. Причем с невероятной быстротой. Прошло всего-навсего несколько секунд, и вот уже все повеселело.

Единственное, что я могу знать в любой момент, – это о чем я сам думаю. Я не имею никакого представления, о чем думают другие.

Я верю, что никто не должен быть один. Что нужно быть с кем-нибудь вместе. С друзьями. С любимыми. Я верю, что главное – это любить. Я верю, что это самое главное.

Нам бы следовало быть добрее друг к другу, причем не только в Америке. Во всем мире людям надо быть добрее друг к другу.

Времени нет. Есть жизнь и смерть. Есть люди и животные. Есть наши мысли. И мир существует. И Вселенная. А времени нет.

Маленький подарок иногда бывает лучше большого. А средние, как правило, вообще оказываются ни то и ни се.

– Ты хорошо выглядишь, – говорит брат. – Это единственно важное. А деньги – это неважно. Деньги приходят и уходят. А вот братья – это важно. «Братья – важнее денег», – говорит мой брат.

Пока я сидел на скамейке, допивая молочный коктейль, мне вдруг пришла новая идея – коммерческая. Меня вдохновило на нее здешнее капиталистическое окружение. Моя идея касается особого вида телефонных услуг. Надо будет обстоятельно выяснить, каковы возможности основать такую службу. Это будет очень удобно. В большинстве случаев эти услуги бывают противными и малосимпатичными. Они апеллируют к темным сторонам нашей личности, к людям, подобным Кенту – моему нехорошему другу. Они апеллируют к нашим инстинктам, к нашему страху одиночества. А я хочу основать другого рода телефонную услугу. Хорошую. Для людей, которым требуется ненадолго отвлечься. На несколько минут почувствовать, что мир хорош. Я попрошу Бёрре напеть на магнитофон песенку про киску. Это славная песенка. Где ты, киска, пропадала? Свою маму навещала. Что ты делала там, киска? С молока слизала сливки. Ну а мама что сказала? Мама шлепок надавала. Ну а твой ответ каков? Мяу, не надо шлепаков!

Я возьму номер на 829, выплачу Бёрре одноразовый гонорар, крон этак тысячу, напечатаю объявление в газете и буду брать двенадцать или пятнадцать крон с тех, кто позвонит. На этом можно заработать деньги. Я совершенно уверен, что такая услуга будет востребована. Она имеет рыночную перспективу. У каждого из нас случаются тяжкие часы. Бывают дни, когда в душу закрадывается ощущение бессмысленности существования и мы впадаем в цинизм или иронию. Дни, когда мы перестаем верить в любовь и в то, что все в конце концов будет хорошо. Услышать в такие мгновения милую песенку, пропетую тоненьким детским голоском, – настоящее утешение. Если бы такая телекоммуникационная услуга уже существовала, я бы сам стал ее прилежным потребителем. И может быть, даже скорее преодолел бы свои трудности. Приятная и согревающая душу телекоммуникационная услуга. Я нашел новую нишу. И если дело пойдет, я расширю свое предприятие, добавив еще несколько песенок. Про старую лошадку. Про козлика. «Я знаю сад прекрасный». Это длинный список.

Почему у меня нет возлюбленной? Я не могу назвать никакой причины. Даже у тех, кто выглядит менее привлекательно, чем я, бывают возлюбленные. У дарков и то бывают возлюбленные. Судя по всему, у меня тоже должна бы появиться возлюбленная. В мире многое устроено несправедливо и по-дурацки. Должно быть, это одна из причин, почему у меня проблемы. Неужели идиотская музыка, кретинские книги, газеты, фильмы, рекламные мультипликации, где оживают продукты питания, объясняются тем, что за всем этим стоят дураки? Неужели все действительно так просто? Порой мне кажется, что это так. Очень естественно предположить такую модель. Поверить в это соблазнительно. Или дело обстоит иначе и все эти люди вообще-то не дураки, но с наилучшими намерениями снова и снова ошибаются? Тоже вполне возможно. Большая разница - быть дураком или неудачником. Однако все они наверняка имеют возлюбленных. Все до единого. А у меня ее нет.