Лимпопо, или Дневник барышни-страусихи

Роман венгерского поэта, прозаика и драматурга Геза Сёча (1953) «Лимпопо, или дневник барышни-страусихи» – испытанный жанр философско-сатирической притчи. Вечные темы - свободы и тирании, поисков Бога во вселенной, осмысленности или бессмыслицы истории - опробованы на страусах, обитателях птицефермы, обреченных на забой. Перевод и вступление Вячеслава Середы В романе «Лимпопо» — дневнике барышни-страусихи, переведенном на язык homo sapiens и опубликованном Гезой Сёчем — мы попадаем на страусину...

Жанры

Рейтинг LiveLib

3,4

16 оценок

5
25%
4
19%
3
31%
2
25%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 15Хотят прочитать 19

Рецензии

Morra27 августа 2014 г.
Я ценю в авторах фантазию, но в случае с "Лимпопо..." меня не отпускало ощущение того, что это фантазия ради фантазии, хотя я сама могу прекрасно объяснить, почему дело происходит на ферме где-то в северо-западной Румынии и почему история рассказана от имени страусихи, а не, скажем, бегемота.
К сожалению, отделаться от сравнения с Оруэллом невозможно ("Скотный двор"), а потому роман кажется по меньшей мере вторичным. Да, у Оруэлла огульная критика тоталитаризма и иллюстрация того, во что может переродиться в принципе любая революция, пусть он и вдохновлялся вполне конкретным примером 1917-го. У Гезы Сёча более чем определённая картинка - можно с лёгкостью тыкнуть пальцем на карту и календарь. Соответственно, и сатира получается более мелкая, что ли, хотя наряду с конкретными проблемами поднимаются и чуть ли не вечные философские вопросы. Но странно - не пробирает. А некоторые фрагменты и вовсе кажутся искусственными. Вот кажется, хорошо и метко сказано: "Собственная индивидуальность присохла к ставшей такой знаменитой роли, как остатки бисквита к горячему противню". Но откуда, спрашивается, может страус иметь представление о бисквите и противнях?.. Да, понятно, что сам жанр допускает некоторые натяжки. И на фоне того, что страус вообще ведёт дневник, всё прочее может казаться несущественными придирками, но тем не менее вопросы остаются. Для стилизации - недостаточно круто. Остаётся только сатира, не слишком мощная.
Читать далее
28
143
TatianaCher15 сентября 2019 г.
«Уж не история ли в духе Оруэлла оказалась в моих руках? В конце концов я все же ее прочитал и понял, что дело еще печальней, ибо в найденной рукописи нельзя не заметить влияния Аристофана, Эзопа и Лафонтена. Больше того, сдается, есть здесь и переклички с историей о гадком утенке; а впрочем, чему удивляться, если даже обе мечты Икара о том, чтобы обрести свободу и покорить небо, постигла судьба всех самых прекрасных легенд человечества — ее адаптировали для мультфильма.»
Одна из самых странных в хорошем смысле книг, которые я когда-либо читала. Половину повествования вообще не понимаешь, что такое читаешь, но тем не менее осознаешь, что книга о чем-то очень важном и серьезном. Читать эту книгу все равно, что рассматривать полотна сюрреалистов – часть символов сразу понятна, если, конечно, знать язык этих символов, часть лишь угадываешь по общему тону картины. Пытаться рассказать, о чем же эта книга, все равно что пытаться рассказать сон – пока спишь краски ярки и события имеют смысл, но в свете утра, стоит лишь раскрыть глаза, события ночи перемешиваются и стираются и остается лишь общее непередаваемое ощущение от другой реальности.
Где-то в Трансильвании (вы тоже сразу подумали о вампирах и летучих мышах? Они здесь есть, а также призраки князей, перевоплотившихся в призраки вымерших глухарей, упыри, разъезжающие по ночам на телегах – правда их никто не видел) существовала в коммунистические времена страусиная ферма. Одна из страусих не такая как все, она не довольствуется кормушкой и возможностью иногда выбраться через сломанный забор в ближайший лесочек. Она размышляет о душе и предназначении жизни, и мечтает о том, чтобы страусы вновь научились летать и вернулись в свободную Африку, ее не пугают ни рассказы о том, что там львы и «в Африке акулы, в Африке гориллы, в Африке большие злые крокодилы», она считает, что лучше погибнуть от них, но будучи свободной. Она читает книги по философии, общается с мудрой совой, берет уроки полетов у альбатроса и пытается организовать других на те же действия.
«— А что такое душа, Нуар?
— По мнению некоторых, душа — это прячущийся ангел.
— Она прячется, как трансильванский князь?
— Да, только прячется она в том дремучем лесу, который называется «человек» и в котором живут ночные чудовища и свирепые звери пострашнее, чем в джунглях Африки.»
Как можно догадаться у вожака страусов, гордо выкрикивающего, что главное просто жить и «были быдлом – быдлом и останемся» (а Лимпопо, как прозывают нашу героиню, «размышляла о том, какой долгий исторический путь потребуется, для того чтобы из быдла превратиться хотя бы в стадо»), подобные инициативы не вызывают энтузиазма. Лимпопо предстоит пережить много неприятных минут и много размышлять о вечном, конец книги открыт, читателю предстоит самому решить каков он будет – в духе Чайки по имени Джонатан Ливингстон или Оруэлловского Скотного двора. Я не просто так упомянула эти книги, отсылки к ним, и еще десятку-другому других от упомянутой в цитате сверху истории о гадком утенке до Ромео и Джульетты, множество цитат из поэзии, упоминание персон, знаковых для венгерской истории, сливаются с творимым автором удивительно реалистичным мифом.
«Одна лишь страсть может дать абстракциям и гипотезам руки, ноги, крылья, а образам и знакам — дух, жизнь, язык…»
В отличие от Оруэлла эта книга не только о политике, хотя размышлений о этом предмете тут достаточно, но, что удивительно для автора, самого пострадавшего от режима, он не критикует слепо тоталитаризм, восхваляя идеи демократии. Нет, демократии тоже достается – право большинства явно не благо в мире, где лишь единицы задумываются о чем-то большем чем сегодняшняя кормежка и спаривание. Но больше в книге все же философии и вечных вопросов – что есть душа, есть ли рай и ад, есть ли жизнь после смерти и еще много других.
Стоит ли читать эту книгу вам? Стоит, если не боитесь странных персонажей и путанного содержания, если и сами, как Лимпопо, не такие как все и вечно в поиске. Если же вы любите, чтобы автор четко и ясно излагал, что же он хотел сказать, то лучше пройти мимо. Я же несомненно еще когда-нибудь посещу страусиную ферму.
«— А зачем эти знаки?
— Чтобы люди знали, какие тропинки заводят в лес и какие выводят.
— Но ведь в мире и так предостаточно разных знаков.
— Это верно, потому что на свете слишком много безумцев, которые поналяпали всяких знаков куда ни попадя.
— Но раз так, какой смысл этим заниматься?
Его голубые глаза засияли — даже ярче, чем тот мазок, что остался у него на лбу от кисти.
— Это станет известно и обретет ощутимый смысл, когда никого из тех, кто эти знаки видел, уже не будет на этом свете.»
Читать далее
20
189
yukari20 июля 2012 г.
Пожалуй, этот роман - самое замечательное, что я читала за последние несколько месяцев. В аннотации его сравнивают со "Скотным двором", но это не совсем верно. В "Лимпопо" больше философии, чем политики. Хотя общественные вопросы и поднимаются, они поданы в более широком масштабе. Вероятно, ее можно сравнить с "Чайкой по имени Джонатан Ливингстон" Ричарда Баха, но только этот роман в разы проработанней и детализированней. И ещё это то, что я называю "постмодернизм с человеческим лицом", ирония в которой есть не только отрицание, но и утверждение, некие положительные ценности.
Понравилось, что автор уделил много внимания языку и языковой игре, и это не смотрится искуственно.

И он купил двадцать два килограмма книг - кучу книжек комиксов, и Собрание сочинений Ильича, и Заветы Ильича, и Советы Ильича, и Смерть Ивана Ильича

И рядом с подобными изысками много и тонкой лирики и философских диалогов.
Всем советую.
Читать далее
9
93

Все рецензии

Цитаты

yukari20 июля 2012 г.
— А что такое душа, Нуар?
— По мнению некоторых, душа — это прячущийся ангел.
— Она прячется, как трансильванский князь?
— Да, только прячется она в том дремучем лесу, который называется «человек» и в котором живут ночные чудовища и свирепые звери пострашнее, чем в джунглях Африки. Говорят, кстати, что у ангела, то есть у души, есть утренний лик, освещенный встающим Солнцем, и есть вечерний. Но это уже…
— А знаменитую Китайскую стену построил тот самый слабый император?
— Сперва стену хотели построить внутри китайцев, чтобы отделить в них добро от зла, любовь от ненависти, утренний лик ангела от вечернего и так далее.
— И что же?
— Но в самих себе китайцам построить стену не удалось, и они стали строить ее снаружи, чтобы по одну сторону стены остались все добрые, а по другую — злые.
— И у них это получилось?
— Нет.
Читать далее
2
72
yukari20 июля 2012 г.
— Какие птицы летают выше всех? — спросила я у Нуар.
— Дикие гуси. А что?
— Значит, они ближе всех подлетают к раю?
— Рай — это не место.
— А разве он не на небе?
— Так принято говорить. Но это лишь означает, что по сравнению с нами он очень высоко. Многими этажами выше.
— А как мне туда попасть?
— Туда нет лестницы. Во всяком случае, такой лестницы, которую могут построить другие.
— Я должна построить ее сама?
— Нет.
— А как же тогда?
— Ты сама должна стать этой лестницей.
— Так ты говоришь, что рай не на небе? А где же он?
— Считается, что он в душе, так же как и ад.
— В одном месте?
— Да.
— Вперемешку или отдельно?
— Это как зал ожидания на станции Секейкочард. На одной двери написано: зал ожидания первого класса, на другой — второго.
— А что там на самом деле?
— Коридор.
Читать далее
2
34