Цитаты из книги Лич

– Жизнь так сложилась. – Она только подбрасывает исходную ситуацию, а уж повернуть ее к собственной пользе – задача человека.

Жечь книги – это высшая степень безумия. Их всегда надо сохранять. Можно не выносить, презирать написанное там, но если там есть что-то важное и ценное – оно должно занять место в твоей коллекции. Пускай скрытой, обращаться к которой стоит лишь при крайней необходимости. Но… Вряд ли знания могут быть лишними.

Сильвия сумела устранить свою противницу. Подловила мгновение, когда та «вывалится» из невидимости, и броском кинжала упокоила скандалезное создание. Обычное дело, ведь от кинжала, по рукоять ушедшего в глазницу, все почему-то становятся тихими, мирными и мертвыми.

Любопытство, оно сгубило кошку. Зато удовлетворив его, она воскресла.

– Как тебе сегодняшний день, чтобы расстаться со своей никчемной жизнью? – И тебе мучительно захворать.

Похоже, видок этих милых зверушек им не пришелся по душе. Странно… Тихие, спокойные, сожрать пытаются только каждого первого, никак не больше.

Человек в некоторых случаях – такая упорная зараза, которая имеет толстую кожу из жадности и желания легких денег. Если есть возможность почти за просто так приобрести неплохой капитал, то кое-какие красавцы постараются ей воспользоваться.

Ну наглое существо! Верно говорят, что для некоторых наглость – второе счастье. Для Артаса так и вовсе первое, равно как и основное.

Зомби трудились с пылом и жаром восточных гастарбайтеров – усиленно, но не шибко качественно.

Во мне жизни было ноль целых и столько же десятых, сотых и прочих частей дроби.

Йос все же не храброго десятка, как ни крути! Предпочел сидеть внутри Чертогов, словно крыса в норе. А ведь шансы у него были лишь при атаке, но никак не при обороне. Знал ли он это? Если не дурак, то должен был догадываться. Но против своей сущности не попрешь – паладин явно не желал рисковать своей шкурой.

Как я и думал, на такой подвиг паладин оказался не готов. Одно дело сражаться на территории храмов, где его поддерживает божественная сила, а мои солдаты, наоборот, ею придавлены. И совсем другое – выйти в поле, пусть и со всей стражей, где уже все играет за меня.